t1aro
alZarif
Dr.Schmeisser
KhanBagatur
gurvinek2005
Crusader556
Haktar
Mady
Valyrian_Legionnaire
DinarMayor
Corrector
kosak4
Farin Frostgeir
Кампанию за арвернов я временно заморозил и решил запустить то, что всегда хотел в Европе Барбарорум - кампанию за Македонию.
Македония начинает в окружении врагов на всех границах, и в союзе с Селевкидами, от которых в начале игры никакой помощи. Греки, эпирский царь Пирр, да еще и варвары-геты где-то на севере. Антигон Гонат, рассудив, что это слишком много, первым делом отправил посла Карпа Эгиния найти ставку гетского басилевса и уговорить его на мир. Главный враг - Пирр Эпирский - стоял с грозным войском на Пелопоннесе, и куда он направится, сказать было трудно. Антигон не стал дожидаться, что решит сумасбродный эпирец, и наняв на Истме критских лучников и бродячих спартанцев, атаковал Афины - нужно было не дать другому злейшему врагу македонян, Хремониду Афинскому, укрепиться. Пирр пошел в Этолию, где благополучно застрял, блокированный свободолюбивыми этолийцами. Антигон решился на штурм Афин!
Это был самый кровопролитный штурм в его жизни. Через пролом в стенах спартанцы Антигона ворвались в город, одновременно наемные галаты захватили неохраняемый участок стены с одной стороны, а критяне смели со стен противника с другой стороны от пролома, и голоногие гоплиты-ополченцы захватили ворота, открыв их для фаланги. Казалось, вот она - победа! Но отважный Хремонид бросился в контратаку. Афиняне бились столь яростно, что сковали ворвавшиеся македонские отряды. Антигону пришлось бросить в бой резервы и лично возглавить их. Ворвавшись на улицы, он с конницей гетайров промчался до главной площади, рубя бегущих, за ним устремились остальные войска, и сопротивление афинян было сломлено. Хремонид отступил к площади и ощетинился копьями. В тесноте пошла просто резня - на самом флажке, за тридцать секунд до истечения времени, македоняне выиграли. Афины пали.
В ярости от потерь Антигон устроил резню, предав город огню и мечу. Особенно поразило греков разрушение Акрополя. Дым от пожарищ напомнил им времена Ксеркса - Антигон навеки получил прозвище "Эллинофоб", но мятежный дух афинян был сломлен. Вместо демократии в городе была установлена македонская сатрапия, и в дальнейшем афиняне не доставляли хлопот македонским владыкам.
Как бы то ни было, это была важнейшая победа - положение Антигона, зажатого между независимыми греческими полисами и армией Пирра, сразу улучшилось. Не лишними были и деньги, награбленные на горящем Акрополе - на них македонский царь начал широкомасштабное строительство во всех городах своей державы, заложив основы будущего финансового благополучия.
Тем временем Эгиний добрался до гетской ставки и убедил гетского басилевса Дромихета заключить мир. Оттуда посол направился на север, чтобы заключит ь союз с сарматами - могущественным народом, по слухам, обитавшим где-то на краю Ойкумены, чтобы приставит сарматский горчичник к гетскому затылку и обезопасить Балканы от варварского нашествия. Путешествие Эгиния растянулось на три года и вошло в анналы античной географии - он пересек скифские степи, дошел до среднего течения Танаиса, где-то в степи зимой разыскал верховного царя сарматов и оставил записки об этом удивительном народе, полные чудесных сказок про женщин-амазонок и одежды из звериных шкур мехом внутрь, которыми сарматы якобы защищались от мороза. Этими сказками он видимо пытался отвлечь внимание царя от неудачи своей миссии - сарматы отказались от союза. "И мы не передумаем" - невежливо добавили они, чтобы голоногий грек лучше уяснил себе, что ловить ему тут нечего. Совсем нечего. Эгиний уяснил, и, убоясь царского гнева, решил отправится на восток, в сердце владений царя Азии - Селевкида.
Он перешел Кавказ, открыл для Македонии Армянское царство Хайасдан, и в далекой Месопотамии сумел выцыганить у селевкидского царя Антиоха карты Азии. Для Македонии, утратившей детали походов Александра, это было очень кстати. А когда на обратном пути Эгиний исследовал всю Малую Азию, Антигон Гонат решил, что посол выполнил больше, чем от него ожидали, и не стал пенять ему на неудачу сарматского дела. Ведь путь по следам Александра Великого живо интересовал его...
Эгиний получил награду и впоследствии сделал блестящую дипломатическую карьеру, превратив свой дом в Пелле в настоящий центр переговоров, где рекой лилось лучшее вино и велись важные беседы. To view the link Register Uploaded with To view the link Register
Пока Эгиний путешествовал по Азии, Антигон воевал. Он не спешил, наращивая силы и внимательно следя одним глазом за передвижениями своего заклятого врага, Пирра, а другим - за спартанцами, собиравшими армию в Спарте. Кто первый двинется в этом треугольнике, тот подставится. Двинулись спартанцы, осадившие Коринф. Антигон немедленно поспешил на выручку городу и в упорном сражении разбил спартанского царя. Пирр, вернувшийся из Этолии на Пелопоннес, посмешил к Коринфу но опоздал - македоняне были готовы к новому сражению. Эпирский царь не рискнул ввязываться в бой и опять ушел к Термону. В это время на севере зять Антигона, Неарх, нанес несколько поражений эпиротам и захватил Амбракию. В отчаянии эпирский царь попытался прорваться через Этолию, вступил в сражение с ребельными этолийцами и неожиданно потерпел поражение. На эпирских кораблях он бежал в море, где как раз оказался македонский флот из Коринфа.
To view the link Register Uploaded with To view the link Register
Так погиб великий Пирр - бесславно утонул в море. А у Антигона одной проблемой стало меньше.
После падения столицы эпироты поднялись в силе тяжкой на борьбу, выставив целых две скриптовых армии, но гибель Пирра подорвала их дух. Вместо атаки на Амбракию эти армии ушли на север, захватив ребельские города в Иллирии и Дардании, потом потерпели несколько небольших поражений и согласились на мир. Антигон решил их не трогать, полагая, что сильная эпирская армия на северных границах будет хорошим буфером между Македонией и гетами -и набирающим силу Римом.
На юге он еще раньше замирился с греками, опасаясь, что если захватить Спарту, то со спартанской освободительной армией так просто не справишься. Тем более, спартанцы согласились платить дань - 1000 мнай в течении 10 ходов.
Так Антигон сравнительно легко выиграл опаснейшую войну за господство в Греции.
Македония начинает в окружении врагов на всех границах, и в союзе с Селевкидами, от которых в начале игры никакой помощи. Греки, эпирский царь Пирр, да еще и варвары-геты где-то на севере. Антигон Гонат, рассудив, что это слишком много, первым делом отправил посла Карпа Эгиния найти ставку гетского басилевса и уговорить его на мир. Главный враг - Пирр Эпирский - стоял с грозным войском на Пелопоннесе, и куда он направится, сказать было трудно. Антигон не стал дожидаться, что решит сумасбродный эпирец, и наняв на Истме критских лучников и бродячих спартанцев, атаковал Афины - нужно было не дать другому злейшему врагу македонян, Хремониду Афинскому, укрепиться. Пирр пошел в Этолию, где благополучно застрял, блокированный свободолюбивыми этолийцами. Антигон решился на штурм Афин!
Это был самый кровопролитный штурм в его жизни. Через пролом в стенах спартанцы Антигона ворвались в город, одновременно наемные галаты захватили неохраняемый участок стены с одной стороны, а критяне смели со стен противника с другой стороны от пролома, и голоногие гоплиты-ополченцы захватили ворота, открыв их для фаланги. Казалось, вот она - победа! Но отважный Хремонид бросился в контратаку. Афиняне бились столь яростно, что сковали ворвавшиеся македонские отряды. Антигону пришлось бросить в бой резервы и лично возглавить их. Ворвавшись на улицы, он с конницей гетайров промчался до главной площади, рубя бегущих, за ним устремились остальные войска, и сопротивление афинян было сломлено. Хремонид отступил к площади и ощетинился копьями. В тесноте пошла просто резня - на самом флажке, за тридцать секунд до истечения времени, македоняне выиграли. Афины пали.
В ярости от потерь Антигон устроил резню, предав город огню и мечу. Особенно поразило греков разрушение Акрополя. Дым от пожарищ напомнил им времена Ксеркса - Антигон навеки получил прозвище "Эллинофоб", но мятежный дух афинян был сломлен. Вместо демократии в городе была установлена македонская сатрапия, и в дальнейшем афиняне не доставляли хлопот македонским владыкам.
Как бы то ни было, это была важнейшая победа - положение Антигона, зажатого между независимыми греческими полисами и армией Пирра, сразу улучшилось. Не лишними были и деньги, награбленные на горящем Акрополе - на них македонский царь начал широкомасштабное строительство во всех городах своей державы, заложив основы будущего финансового благополучия.
Тем временем Эгиний добрался до гетской ставки и убедил гетского басилевса Дромихета заключить мир. Оттуда посол направился на север, чтобы заключит ь союз с сарматами - могущественным народом, по слухам, обитавшим где-то на краю Ойкумены, чтобы приставит сарматский горчичник к гетскому затылку и обезопасить Балканы от варварского нашествия. Путешествие Эгиния растянулось на три года и вошло в анналы античной географии - он пересек скифские степи, дошел до среднего течения Танаиса, где-то в степи зимой разыскал верховного царя сарматов и оставил записки об этом удивительном народе, полные чудесных сказок про женщин-амазонок и одежды из звериных шкур мехом внутрь, которыми сарматы якобы защищались от мороза. Этими сказками он видимо пытался отвлечь внимание царя от неудачи своей миссии - сарматы отказались от союза. "И мы не передумаем" - невежливо добавили они, чтобы голоногий грек лучше уяснил себе, что ловить ему тут нечего. Совсем нечего. Эгиний уяснил, и, убоясь царского гнева, решил отправится на восток, в сердце владений царя Азии - Селевкида.
Он перешел Кавказ, открыл для Македонии Армянское царство Хайасдан, и в далекой Месопотамии сумел выцыганить у селевкидского царя Антиоха карты Азии. Для Македонии, утратившей детали походов Александра, это было очень кстати. А когда на обратном пути Эгиний исследовал всю Малую Азию, Антигон Гонат решил, что посол выполнил больше, чем от него ожидали, и не стал пенять ему на неудачу сарматского дела. Ведь путь по следам Александра Великого живо интересовал его...
Эгиний получил награду и впоследствии сделал блестящую дипломатическую карьеру, превратив свой дом в Пелле в настоящий центр переговоров, где рекой лилось лучшее вино и велись важные беседы. To view the link Register Uploaded with To view the link Register
Пока Эгиний путешествовал по Азии, Антигон воевал. Он не спешил, наращивая силы и внимательно следя одним глазом за передвижениями своего заклятого врага, Пирра, а другим - за спартанцами, собиравшими армию в Спарте. Кто первый двинется в этом треугольнике, тот подставится. Двинулись спартанцы, осадившие Коринф. Антигон немедленно поспешил на выручку городу и в упорном сражении разбил спартанского царя. Пирр, вернувшийся из Этолии на Пелопоннес, посмешил к Коринфу но опоздал - македоняне были готовы к новому сражению. Эпирский царь не рискнул ввязываться в бой и опять ушел к Термону. В это время на севере зять Антигона, Неарх, нанес несколько поражений эпиротам и захватил Амбракию. В отчаянии эпирский царь попытался прорваться через Этолию, вступил в сражение с ребельными этолийцами и неожиданно потерпел поражение. На эпирских кораблях он бежал в море, где как раз оказался македонский флот из Коринфа.
To view the link Register Uploaded with To view the link Register
Так погиб великий Пирр - бесславно утонул в море. А у Антигона одной проблемой стало меньше.
После падения столицы эпироты поднялись в силе тяжкой на борьбу, выставив целых две скриптовых армии, но гибель Пирра подорвала их дух. Вместо атаки на Амбракию эти армии ушли на север, захватив ребельские города в Иллирии и Дардании, потом потерпели несколько небольших поражений и согласились на мир. Антигон решил их не трогать, полагая, что сильная эпирская армия на северных границах будет хорошим буфером между Македонией и гетами -и набирающим силу Римом.
На юге он еще раньше замирился с греками, опасаясь, что если захватить Спарту, то со спартанской освободительной армией так просто не справишься. Тем более, спартанцы согласились платить дань - 1000 мнай в течении 10 ходов.
Так Антигон сравнительно легко выиграл опаснейшую войну за господство в Греции.
В 54 года Антигон был цветущим мужчиной, обладателем кучи привлекательных трейтсов, бесстрашным победителем и битвах, грозным завоевателем - и алкоголиком. Напившись, ему мерещились мальчики кровавые в глазах - зарезанные его солдатами на Акрополе. И он пил еще больше, чтобы прогнать их. В царском семействе все было хорошо. У царя было два брата и зять, а наследнику, Деметрию, шел всего 10-й год. Поэтому официально преемником считался брат Антигона - Кратер, в молодости отличившийся при обороне Коринфа от спартанцев, а потом поселившийся в Афинах и - вопреки брату - предавшийся всему греческому. Царь был эллинофоб, а брат его - эллинолюб. Даже прошел посвящения в Элевсинских мистериях и изрядно поднаторел в греческом искусстве риторики и философии. Македоняне недолюбливали его греческую ученость и за глаза называли "трещоткой", а то и "брехуном". Недавним горцам казалось, что в многоглаголании несть спасения. Они даже осмеливались говорить царю, что негоже держать преемником такого огречившегося болтуна. Но Кратер был верным и преданным, Антигон знал это и в ответ только смеялся - вот подрастет Деметрий, тогда уж...
. Македоняне шли, торопясь вскарабкаться по крутому склону, но этолийцы успели первыми. Их конница атаковала родосских пращников, взобравшихся на вторую вершину. На помощь родосцам Александр послал фракийских продромов, но тем временем этолийские туреофоры опрокинули с другой вершины македонский авангард и, преследуя его, схватились с фалангой. Выставив сариссы, македоняне с дружным криком отбросили легковооруженных, но при этом строй их смешался. Часть фаланги увязла в бою у подножия, другая взошла на холм, и, перевалив его, была атакована главными силами неприятеля. С яростными криками этолийцы перешли в контратаку и окружили вырвавшуюся вперед часть фаланги. 
. Этот удар решил исход битвы. Этолийцы были разгромлены, а их земля - присоединена к Македонии.
Сразу видно образованного человека, классно так получается, и читать интересно.
и остался еще на 2 хода у Дельф. Тихо мирно гоняю мародеров и прокачиваю экономику, собираю армию на самого Пирра, нанял шпиона посмотреть сколько у него слонов осталось, а затем послал в Рим нужно геополитику узнать. УЗНАЛ Бродит кто-та-там РИМЛИНИН. Странно, помню именно он меня гонял когда за карфаген играл, так он скриптовый генерал. Кто такой монстр чтобы у рима родное отнять? Ага правильно город один у эпира есть так они армейку собрали и выбили римлян из Капуи. Так что у Рима теперь 5 скриптовых армий и стека полтора своих. Обиделся теперь я на эпир(( Вынес Пирра нефиг пускай отвечает за свои действия( кстате армия Пирра: сам Пирр в 102 человека 30 слонов с 5 опыта, 3 фаланги, 1 Мечники) так я как жук хитрый думаю ща как слонов сбунтую как они в ярость впадут 
артподготовку вели 2-прящника 2-метатели дротиков 3-фракийские метатели 1-конница лукарей и 1-конница дротиков, так боекомплект кончился у всех убил 1 СЛОНА!!! Они правда потом взбунтавались, но 2 отряда моей фаланге не хотят об этом вспоминать.
