t1aro
alZarif
Dr.Schmeisser
KhanBagatur
gurvinek2005
Crusader556
Haktar
Mady
Valyrian_Legionnaire
DinarMayor
Corrector
kosak4
Farin Frostgeir
Spoiler (expand)
Большое место в политике Ашшурбанапала занимали его взаимоотношения с Эламом. Подобно своему отцу, он стремился сохранять мирные, дружеские отношения с эламским царем Уртаки. Это была разумная политика, позволявшая ассирийцам активно действовать на западных окраинах.
Элам постигло большое несчастье - засуха. Ассирийский царь направляет в Элам из своих личных запасов зерно для голодающих. Он дает кров бежавшим от голода эламитам, оказывая им всяческую помощь. По словам Ашшурбанапала, эти эламиты жили в Ассирии до тех пор, пока на их родине не выпали дожди и не выросли хорошие урожаи хлебов. После этого их с миром отпустили на родину.
Однако царь Элама Уртаки в ответ на эту заботу поступил неблагодарно. Очевидно, усиление Ассирии беспокоило его, и он не особенно верил в прочность ассиро-эламской дружбы. Кроме того, эламиты не желали отказываться от своих давних притязаний на Вавилонию. Так или иначе, но Уртаки нарушил мир. Вместе с несколькими приморскими царями он неожиданно ворвался на южные окраины Вавилонии, где в тот период наместником был Шамашшумукин, который послал в Ниневию гонца к брату с просьбой о помощи. Ассирийская армия бросилась на выручку и сняла осаду Вавилона. Уртаки позорно бежал в Элам, где вскоре и умер.
Царский посол в Эламе вопреки законам престолонаследия занял не сын Уртаки, а его младший брат - Теумман. В надписи Ашшурбанапала об этом сказано так: "Те-Умман (так ассирийцы писали имя Темпти-Хумпан-Ишнушинак) был сущим исчадием ада". Отсюда явствует, что он силой захватил царскую власть. Об этом свидетельствуют и первые шаги Теуммана. Он решил убить своих пятерых племянников, сыновей умерших братьев, но по счастливой случайности те узнали о грозящей им опасности и бежали в Ассирию с шестидесятые родичами и многочисленным отрядом охраны. Ашшурбанапал не только представил им убежище, но обещал защитить от произвола коварного родственника.
Теумман решил принять меры, чтобы вернуть беглецов обратно в Элам. С этой целью он направил в Ниневию своих послов. Ашшурбанапал принял их с большим почетом.
Сановники и чины низшего разряда стояли в несколько рядов вдоль стен приемной залы. Их одежда походила на царскую. Такая же туника, окаймленная бахромой и стянутая в талии, такой же короткий меч, те же браслеты и серьги из золота, только в головном уборе есть разница. Занимающие низшее положение при дворе появлялись с непокрытой головой, а сановники подвязывали лоб лентой, завязанной узлом на затылке; ленты верховных сановников были шире, их украшали золотые розетки. Представляя воинственные племена, готовые к постоянным трудностям и опасностям войны и охоты, сановники сохраняли высокомерный вид и гордую осанку.
Посольство эламитов возглавляли Хумпантахрах и Набудамик.
Обычаи и нравы жителей Суз были подобны ассирийским и вавилонским. Поэтому одежда обоих посланников была удивительно похожа на одежду сановников Ашшурбанапала. На них надеты такие же длинные туники яркого цвета, окаймленные бахромой, браслеты на руках; мечи за поясом. Голова Хумпантахраха украшена только повязкой вокруг лба; на Набудамике надет колпак с широкой округленной тульей, плотно охватывающей виски.
Сопровождающая послов свита отличалась большим разнообразием одежды и внешнего вида. Одни из сановников походили на ассирийцев: крупный нос с горбинкой, большие глаза, продолговатое лицо, средний рост. У других - курчавые волосы, приплюснутые носы, с толстыми, вывернутыми наружу губами, короткие курчавые бороды; их легко можно было бы принять за африканцев, если бы не белая кожа. Третьи - отличались высоким ростом, правильным прямым носом, голубыми глазами и, по крайней мере некоторые из них, русыми волосами. Эти последние принадлежали к независимым племенам, обитающим в горах, расположенных за Сузами.
Посольская свита была одета менее пышно, чем приближенные ассирийского царя. Цвета так же ярки, но вышивки менее тонки, позолота и драгоценные украшения не так богаты. И это не потому, что эламиты менее любили золото, а потому, что у них его было меньше. Сознание относительной бедности их унижает и в то же время раздражает; вековая вражда, которую народ эламитов питал к ассирийскому господству, еще больше усиливала их природную заносчивость, а внимание, которое им расточали, как только они вступали в Ассирию, только поощряло их самомнение.
Хумпантахрах и Набудамик, введенные евнухом, медленно проходят опустив глаза, скрестив руки на груди, между двух рядов царедворцев. Приблизившись к трону, они падают ниц, целуют пол перед царскими ногами, потом по данному знаку поднимаются и стоят неподвижно. Обыкновенно посланцы иноземных государей остаются на коленях все время, пока продолжается аудиенция, но Ашшурбанапал, желая пощадить гордость эламитов, освобождает их от этой обязанности и позволяет говорить с собой стоя.
Поскольку чужеземцы никогда не представали перед царем без подарков, послы Теуммана также не нарушили этого обычая. После первых же взаимных приветствий Хумпантахрах и Набудамик принесли царю подарки от Теуммана: золотые и серебряные чаши, драгоценные камни, богатые ткани. Затем приступили к изложению своей просьбы. Они потребовали от Ашшурбанапала выдачи племянников Теуммана и всех сбежавших с ними в Ассирию эламских подданных. В противном случае послы угрожали войной.
Это требование было отвергнуто. Ашшурбанапал стремился к тому, чтобы всегда иметь у себя послушных сторонников из царского дома враждебной страны, изгнанных оттуда и жаждущих мести и власти, которых при удобном случае можно поставить на трон. По этому поводу в летописи Ашшурбанапала сказано: "На требование бессовестных уст его я не согласился; я не выдал ему беглецов".
Элам давно готовился к войне, и эпизод с племянниками послужил лишь поводом для ее развязывания. Хумпантахраха и На-будамика, осмелившихся предъявить вызов Ассирии, Ашшурбанапал, нарушив правовые нормы о неприкосновенности послов, задержал в Ниневии вместе со свитой. Эламского писца и несколько человек свиты отсылают к границе. Они должны известить Теуммана о результатах посольства и вручить ему послание, в котором Ашшурбанапал советует отказаться от "дурных намерений", чтобы не навлечь на себя гнев богов.
Война предстояла кровопролитная. Ашшурбанапал ясно представлял это себе и тщательно готовился. Прежде чем снарядить свое войско в поход, он съездил в Арбелу, где совершил жертвоприношение в храме Иштар.
Благодаря разобщенности врагов Ашшурбанапала, которым не удалось своевременно сколотить против него союз, он сумел направить против Элама большую часть своих сил.
Войско Ассирии выступило. Элам был защищен со стороны Ниневии высокими лесистыми, почти неприступными горами, в которых обитало полуварварское племя кашши. Часть его закрепилась в горах Загра. Поэтому поход через горы потребовал бы от Ашшурбанапала больших жертв, а терять половину действующего войска раньше, чем оно могло прибыть на место сражения, было бы нецелесообразно. Ассирийцы решили напасть на Элам с юго-востока, из ассирийской провинции Дер к низовьям р. Хоаспа. Правда, и эта местность для нападающих была связана с большими трудностями. Равнина болотиста, перерезана прудами, речками и каналами, которые затрудняли маневренность войск, но зато сокращали путь.
Войско быстро спустилось вдоль берега Тигра и через десять дней уже стояло под стенами Дурилу. Прошло почти столетие с того времени, как начались ожесточенные войны между Эламом и Ассирией, и Дурилу приобрел большое стратегическое значение, о котором прежде и не подозревали. Быстрота и оперативность ассирийцев привели в замешательство Теуммана и расстроили все его планы. Он рассчитывал, что у него еще много времени и можно успеть закончить переговоры с арамейскими племенами и маленькими халдейскими царствами, подняв их против Ассирии. Эти планы были сорваны. Только Дунану, вождь арамейского племени гамбулийцев, обитающего на восток от нижнего течения Тигра, открыто примкнул к Теумману.
Других союзников у эламского царя не было. Он не мог положиться ни на верность своих вельмож и военачальников, ни на своих подданных: при малейшей неудаче внутри страны грозил вспыхнуть пожар восстания. Поэтому Теумман решился дать только одно сражение в наиболее благоприятных условиях.
Теумман срочно отозвал войско, которое стояло вдоль границы, подкрепил его новыми отрядами и таким образом сформировал большую армию, которую расположил у деревни Туллиз, перед Сузами. Позиция закрывала доступы к столице, господствовала над самим городом, защищала дороги, ведущие в Мадакту, в гористую часть страны. В случае победы Теумман рассчитывал вернуть все потерянное ранее, а поражения - сохранить возможность укрыться в горы и там продолжать защищаться. Оборонительная линия эламитов тянулась от берегов р. Улай ко рву, проходящему мимо Сузской крепости, расположенной на искусственном холме, как ассирийские и вавилонские города. Естественной преградой служила большая пальмовая роща. Она, в свою очередь, могла послужить убежищем для беглецов в случае поражения.
Сражение началось с того, что ассирийские и эламские стрелки обменялись выстрелами из луков, затем военные колесницы, которые имелись у обеих сторон, двинулись друг на друга в атаку, возобновляя ее непрерывно, сначала безуспешно, но затем ассирийцы сломили сопротивление: эламские колесницы, оставшиеся целыми, рассеялись по равнине, за ними последовала конница, а затем побежала и пехота. Конница у эламитов вообще была немногочисленна и слабо обучена, а большая часть пехоты плохо вооружена. Одна часть отступающих бросилась в пальмовую рощу, другая, прижатая ко рву, попыталась отыскать брод или переправиться вплавь на другой берег, чтобы укрыться под защитой укреплений. Вся равнина была усеяна разбитыми колесницами, луками, копьями, трупами людей и лошадей.
Армия Элама была разгромлена. Теумман отступил в рощу со своими двумя сыновьями и преданными ему полководцами. Одного из сыновей, Итуни, он посылает для переговоров о мире. Однако эламский посол убеждается, что положение безнадежно.-Остатки войска бегут в панике. Ассирийский военачальник даже не пожелал говорить с вестником побежденного царя. Теуммана со вторым сыном захватили ассирийские воины. На глазах у эламских воинов, бросивших оружие, царевич, а вслед за ним и эламский царь были убиты.
Так закончилась война Ассирии с Теумманом. Сузы сдались без боя. Царем был провозглашен сторонник Ассирии Хумпанникаш. Однако в дальнейшем на престол в Сузах взошел Аттахамани-Иншушинак, возможно двоюродный брат погибшего Теуммана. Несколько горных округов Хидали были выделены в особое владение, отданное одному из сыновей Уртаки - Таммариту. Таким образом, ассирийский царь уже руководствовался политикой "Разделяй и властвуй", которая так умело осуществлялась позднее римскими завоевателями.
На обратном пути ассирийские войска усмирили гамбулийского племенного князя Дунану, который был верным (и, по-видимому, единственным) союзником Теуммана. Гамбулийский "царский город" Шапибель, раскинувшийся среди рек и каналов, был взят приступом и сожжен. Ассирийцы разрушили плотины, и воды рек залили развалины крепости, уничтожив все, что пощадил огонь. Дунану и его брат Самогуну были доставлены в Ниневию.
Возвратились туда и ассирийские войска. Начались жестокие расправы над противниками и надругательства над трупами умерших. Послы Теуммана, Умбадара и Набудамик, оставленные в Ниневии заложниками, увидев отрубленную голову Теуммана, пришли в ужас. Набудамик пронзил себя железным кинжалом. Дунаду был отведен в Арбелу и зарезан там "как ягненок". В течение пяти лет (653-648 гг. до н. э.) после гибели Теуммана в Эламе царило спокойствие. Положение изменилось, когда начались новые осложнения в Вавилонии. Тогда Элам вновь сделал попытку возвратить себе независимость.
Душой и организатором заговора в Вавилонии стал брат Ашшурбанапала - Шамашшумукин.
Он долго собирался с силами, прежде чем начать войну с братом, и свою главную надежду возлагал на Египет, где в 655 г. до п. э. сыну Нехо, Псамметиху I, с помощью греческих и других наемников удалось добиться самостоятельности, освободив страну от ига Ассирии. Псамметих объединил под своей властью весь Египет. Подняли головы и воспрянули духом и среднеземноморские царьки, увидевшие в Египте опору в своей борьбе против ассирийских поработителей.
Шамашшумукину удалось сколотить коалицию в составе Элама, Халдеи, арамейцев, царьков Финикии и Сирии. Затем к ним присоединился и царь Лидии Гиг, который уже посылал свои войска на помощь Египту. В составе новой коалиции мы вновь видим тех же противников Ассирии, которые объединились против нее 50 лет назад.
Заговор готовился в строжайшей тайне. Чтобы окончательно притупить бдительность Ашшурбанапала, Шамашшумукин накануне восстания направил в Ниневию посольство с богатыми дарами. Послы Вавилона были приняты с искренним радушием и гостеприимством. Ашшурбанапал отпустил их обратно с подарками.
Разразилось восстание внезапно и застало Ассирию врасплох. Ашшурбанапал очутился во вражеском кольце антиассирийской коалиции, мятеж вспыхнул одновременно во всех концах государства.
И все же восстание не имело успеха, так как война началась при неблагоприятных для Вавилона обстоятельствах. Коалиция, созданная с такой тщательностью, оказалась непрочной. Среди союзников Шамашшумукина начались раздоры. В первую очередь это сказалось на взаимоотношениях Вавилона с Эламом.
Шамашшумукин попытался опереться на старшего из сыновей Уртаки - Хумпанникаша. Он послал ему дары и склонил на свою сторону. Хумпанникаш отправил в Вавилон вспомогательные отряды во главе с несколькими военачальниками и сыном погибшего Теуммана - царевичем Ундаси. Сделав вид, что он забыл о своей вражде к Теумману, Хумпанникаш убедил Ундаси выступить мстителем за отца, убитого ассирийцами. Однако против него восстал Таммариту и казнил как самого Умма-Хумпанникаша, так и все его семейство. Овладев престолом и вновь объединив Элам, Таммариту не собирался менять политику своего свергнутого и убитого брата. Ненависть к ассирийскому господству была у большинства эламитов настолько велика, что Таммариту, подобно Хумпанникашу, стал восхвалять погибшего в борьбе с Ассирией Теуммана. Он возмущался расправой ассирийцев со своим дядей, заявляя: "Разве полагается убивать царя Элама в его собственной стране, в присутствии его войска".
Однако положение Таммариту было непрочным. Эламиты, видимо, не очень-то поверили его заявлениям о сочувствии борьбе за независимость. В 649 г. до н. э. он был свергнут одним из вельмож, по имени Индабигаш, и вторично бежал в Ассирию. Таким образом Элам, самый жестокий враг Ассирии, перестал представлять для нее опасность.
Фараон Псамметих I не двинулся дальше Южной Палестины, а иудейский царь Манассия попал в плен к ассирийцам. Воспользовавшись этим, Ашшурбанапал сосредоточил все силы ассирийской армии для решения главной задачи - разгрома Вавилона. Теперь уже над вавилонским государством нависла смертельная опасность.
Ашшурбанапал немедленно осадил аккадские города Сиппар, Куту и Борсиппу, а затем двинулся на Вавилон. Армия Ассирии закрыла все городские ворота - входы и выходы из города, отрезав его от внешнего мира.
Осада была долгой и мучительной. Вавилоняне остались без продуктов и хлеба. Начался голод. Истощенные вавилоняне в отчаянии жевали кожаные ремни, а некоторые из них даже убивали собственных детей. Население было доведено до последней крайности, и в 648 г. до н. э. Вавилон был взят. Вся Вавилония вместе с соседними арамейскими государствами была покорена. Царь Шамашшумукин погиб в осажденном городе.
Вот как описывает разгром Вавилона и гибель Шамашшумукина Ашшурбанапал: "Ашшур, Син, Шамаш, Адад, Бэл, Набу, Иштар из Нинуа, царица Кидмури, Иштар из Арабилу, Нинурта, Нергал (и) Нуску, которые шествуют передо мной (и) побивают моих врагов, Шамашшумукина, брата враждебного, который боролся со мною, бросили в бездну пламенеющего огня и погубили его душу. А людей, которые Шамашшумукину, брату враждебному, посоветовали это дело (и) содеяли зло, которых испугала смерть и (которые), дорожа своей душой, не бросились в огонь вместе с Шамашшумукином, своим господином, которые от удара железного кинжала, нужды, голода, пламенеющего огня спаслись (и) обрели убежище - сеть великих богов, моих владык, из которых нельзя ускользнуть, ниспровергла их. Ни один (из них) не ускользнул, (ни один) беглец не ушел из моих рук; они (т. е. боги) сочли (их) в моих руках.
Колесницы, повозки, балдахины, его наложниц, добро его дворца принесли ко мне. Я вырвал языки тех воинов, нахальные уста которых готовили дерзость против Ашшура, моего бога, и (которые против) меня, князя, чтящего его, задумали злое... Оставшимся жителям Баб-Или (Вавилона), Куты (и) Сиппара... я оказал милость: я повелел жить их душе (и) поселил их в Баб-Или".
Ашшурбанапал объявил себя царем Вавилона и правил там с 647 по 627 г. до н. э. Таким образом, справившись с главными своими врагами, закрепив власть в Вавилоне, Ашшурбанапал мог направить свои силы против его союзников, которых теперь можно было громить поодиночке.
В первую очередь он решил выступить против Элама.
Индабигаш, новый царь Элама, был напуган успехами Ашшурбанапала и попытался избежать столкновения с Ассирией. Он не оказал никакой помощи Шамашшумукину, прекрасно понимая, что положение того безнадежно. В то же время Индабигаш рискнул предоставить убежище беглецам из разгромленной Вавилонии, что неизбежно должно было привести к трениям в его взаимоотношениях с Ассирией.
Особенно обострились они в связи с бегством в Элам халдейского князя Набубэлшумате, внука давнего врага Ассирии - Мардук-апла-иддина. Интересно отметить, что на первых порах Набубэлшумате пытался поладить с Ашшурбанапалом и получил даже от него какие-то владения в Халдее, но во время восстания Шамашшумукина он отпал от Ассирии и, сбежав к эламскому царю, захватил обманным путем ассирийский отряд, предоставленный ему Ашшурбанапалом. Часть этого отряда была заключена в темницу. Ашшурбанапал потребовал освобождения и возврата заключенных. Индабигаш беспрекословно выполнил это требование. Однако некоторые ассирийцы (очевидно, не желавшие возвращаться на родину) продолжали оставаться в Эламе. Ассирийский царь, отправляя обратно эламского посла, поручил ему предъявить Индабигашу требование о возвращении самого Набубэлшумате и других беглецов в следующих словах: "Так как ты не посылаешь обратно этих людей, то я приду разрушить твои города. Я уведу твой народ из Суз, Мадалу и Хидалу. Я свергну тебя с твоего царского трона и возведу другого на твой трон. Зло, которое боги наслали на Теуммана, я обращу на тебя". Однако эламский посол уже не застал в Сузах своего царя и не успел передать ему грозное послание Ашшурбанапала. Эламиты восстали против Индабигаша и в 647 г. до н. э. убили его. На эламский престол вступил Умманигаш (Хумпанхалташ) III.
Новый царь оказал решительное сопротивление Ассирии, и Набубэлшумате не был выдан. Ашшурбанапал, убедившись в том, что мирным путем восстановить ассирийское господство в Эламе не удастся, перешел к решительным действиям. Чтобы получить удобный повод для окончательного разрыва, ассирийский царь послал Умманигашу новое требование, касающееся на этот раз статуи богини Наны, увезенной эламитами из Урука свыше полутора тысяч лет назад.
Царь Элама отверг это требование, и война началась. Ашшурбанапал двинулся на укрепленный город Бит-Имби, оборону которого возглавил зять Умманигаша - Имбаппи. Крепость была взята. Сам Имбаппи и сыновья Теуммана попали в плен. В руках победителя оказались также наложницы из гарема эламского царя.
При вести о падении Бит-Имби Умманигаш, находившийся в это время в Мадакту, покинул этот город и бежал в горы.
Новый претендент на эламский престол, Умбахабуа, обосновался в городе Бубилу, но и он при приближении ассирийских войск бежал на острова Персидского залива.
После этого Ашшурбанапал предпринимает новую попытку сохранить Элам в качестве зависимого царства. На эламский трон он вновь возводит Таммариту, но тот при первой возможности вторично попытался добиться независимости от Ассирии. Призвав население страны к отчаянному сопротивлению завоевателям, он, по словам ассирийского летописца, обратился к своим подданный со словами: "Во что превратились люди Элама? Ассирийцы приходят и захватывают добычу".
Но на этот раз Таммариту правил совсем недолго. Он был свергнут в результате очередного восстания, прибыл к Ашшурбанапалу, умоляя его о помощи, и был оставлен в ниневийском дворце в качестве заложника. В разоренном Эламе стал вновь царствовать Умманигаш, по-прежнему отказывающийся подчиниться Ашшурбанапалу.
Около 642 г. до н. э. ассирийский царь совершает новый поход в Элам с целью полного уничтожения ослабевшего и истощенного противника. Он захватил область Раши и г. Хаману в западной части страны. Умманигаш оставил Мадакту без боя и отступил в укрепленный г. Дур-Ундаси, путь к которому преграждала разбушевавшаяся р. Идидэ. Ассирийским войскам удалось преодолеть бурное течение этой реки. Умманигаш скрылся в горах.
Агония эламского государства продолжалась еще около двух лет (до 640 г. до н. э. ). После ухода ассирийских войск Умманигаш вернулся из своего горного убежища, но не решился направиться в развалины Суз, где, очевидно, оставались ассирийские отряды, и предпочел поселиться в г. Мадакту, покинутом врагами.
Ашшурбанапал направил к нему посла с грозным требованием немедленно выдать Набубэлшумате. Умманигаш, как видно из сохранившихся документов, покорился и обещал немедленно выполнить волю ассирийского царя. Но Набубэлшумате, не желая попасть живым в руки врага, покончил жизнь самоубийством.
Попытка Умманигаша ценой беспрекословного подчинения врагу и предательства по отношению к верному стороннику спасти остаток эламского государства не удалась. После бесконечных неудач и колебаний он утратил всякую поддержку в своей стране. Против него выступил некий претендент на престол - Паэ, о котором мы знаем очень мало. Нет никаких данных о его принадлежности к царскому роду или к придворным сановникам. Очевидно, эламская знать утратила свой престиж, что позволило выдвинуться вождю незнатного происхождения. Деятельность его продолжалась недолго. После безуспешных попыток закрепить свою власть он вынужден был сдаться в плен ассирийцам.
Ни исчезновение последнего соперника, ни тщательные попытки договориться с Ашшурбанапалом не могли уже спасти Умманигаша. Он был настигнут ассирийцами и уведен в Ниневию.
В руках Ашшурбанапала оказались таким образом три эламских царя: Таммариту, Паэ и Умманигаш. Он запряг всех троих и вдобавок пленного арабского шейха Уайатэ в свою колесницу, и они повезли его в храм во время праздника Нового года.
Покончив с Эламом, ассирийский царь открыл себе путь в Южный Иран к племенам, которые с древних времен обитали к востоку от Эламских гор. Ассирийские войска совершили также победоносный поход на юго-запад и подчинили племена Северной Аравии. Это был последний дальний поход. Войска Ашшурбанапала не испугались аравийской пустыни и безводных просторов, где не паслись даже дикие ослы. Арабы за этими песками считали себя вне досягаемости и безопасности, но и они были побеждены.
Возвращаясь на родину, ассирийские войска гнали перед собой огромное число пленных и несметное количество скота, главным образом верблюдов, которых в Ассирии было очень мало. Вслед за тем ассирийское войско двинулось к Средиземному морю и разгромило Ушу (материковую часть г. Тира) и Акку.
Этим завершился период ассирийских завоеваний. Ассирия подчинила себе теперь почти все территории от западных окраин Ирана на востоке до Средиземного моря на западе, от Закавказья на севере до Эфиопии на юге.
Так сложилось обширное государство с центром в городе Ниневии. Последние годы своей жизни Ашшурбанапал провел на берегу Тигра. Как бы далеко ни заносила его судьба и военные походы, все же он неизменно возвращался в свою любимую столицу. Блеск роскошного ниневийского дворца, великолепие архитектурных ансамблей, несметные богатства, стекавшиеся в столицу всемогущего властелина, хорошо вооруженная армия ? все это способствовало тому, что последние годы своей жизни он смог посвятить искусству, истории и литературе.
Элам постигло большое несчастье - засуха. Ассирийский царь направляет в Элам из своих личных запасов зерно для голодающих. Он дает кров бежавшим от голода эламитам, оказывая им всяческую помощь. По словам Ашшурбанапала, эти эламиты жили в Ассирии до тех пор, пока на их родине не выпали дожди и не выросли хорошие урожаи хлебов. После этого их с миром отпустили на родину.
Однако царь Элама Уртаки в ответ на эту заботу поступил неблагодарно. Очевидно, усиление Ассирии беспокоило его, и он не особенно верил в прочность ассиро-эламской дружбы. Кроме того, эламиты не желали отказываться от своих давних притязаний на Вавилонию. Так или иначе, но Уртаки нарушил мир. Вместе с несколькими приморскими царями он неожиданно ворвался на южные окраины Вавилонии, где в тот период наместником был Шамашшумукин, который послал в Ниневию гонца к брату с просьбой о помощи. Ассирийская армия бросилась на выручку и сняла осаду Вавилона. Уртаки позорно бежал в Элам, где вскоре и умер.
Царский посол в Эламе вопреки законам престолонаследия занял не сын Уртаки, а его младший брат - Теумман. В надписи Ашшурбанапала об этом сказано так: "Те-Умман (так ассирийцы писали имя Темпти-Хумпан-Ишнушинак) был сущим исчадием ада". Отсюда явствует, что он силой захватил царскую власть. Об этом свидетельствуют и первые шаги Теуммана. Он решил убить своих пятерых племянников, сыновей умерших братьев, но по счастливой случайности те узнали о грозящей им опасности и бежали в Ассирию с шестидесятые родичами и многочисленным отрядом охраны. Ашшурбанапал не только представил им убежище, но обещал защитить от произвола коварного родственника.
Теумман решил принять меры, чтобы вернуть беглецов обратно в Элам. С этой целью он направил в Ниневию своих послов. Ашшурбанапал принял их с большим почетом.
Сановники и чины низшего разряда стояли в несколько рядов вдоль стен приемной залы. Их одежда походила на царскую. Такая же туника, окаймленная бахромой и стянутая в талии, такой же короткий меч, те же браслеты и серьги из золота, только в головном уборе есть разница. Занимающие низшее положение при дворе появлялись с непокрытой головой, а сановники подвязывали лоб лентой, завязанной узлом на затылке; ленты верховных сановников были шире, их украшали золотые розетки. Представляя воинственные племена, готовые к постоянным трудностям и опасностям войны и охоты, сановники сохраняли высокомерный вид и гордую осанку.
Посольство эламитов возглавляли Хумпантахрах и Набудамик.
Обычаи и нравы жителей Суз были подобны ассирийским и вавилонским. Поэтому одежда обоих посланников была удивительно похожа на одежду сановников Ашшурбанапала. На них надеты такие же длинные туники яркого цвета, окаймленные бахромой, браслеты на руках; мечи за поясом. Голова Хумпантахраха украшена только повязкой вокруг лба; на Набудамике надет колпак с широкой округленной тульей, плотно охватывающей виски.
Сопровождающая послов свита отличалась большим разнообразием одежды и внешнего вида. Одни из сановников походили на ассирийцев: крупный нос с горбинкой, большие глаза, продолговатое лицо, средний рост. У других - курчавые волосы, приплюснутые носы, с толстыми, вывернутыми наружу губами, короткие курчавые бороды; их легко можно было бы принять за африканцев, если бы не белая кожа. Третьи - отличались высоким ростом, правильным прямым носом, голубыми глазами и, по крайней мере некоторые из них, русыми волосами. Эти последние принадлежали к независимым племенам, обитающим в горах, расположенных за Сузами.
Посольская свита была одета менее пышно, чем приближенные ассирийского царя. Цвета так же ярки, но вышивки менее тонки, позолота и драгоценные украшения не так богаты. И это не потому, что эламиты менее любили золото, а потому, что у них его было меньше. Сознание относительной бедности их унижает и в то же время раздражает; вековая вражда, которую народ эламитов питал к ассирийскому господству, еще больше усиливала их природную заносчивость, а внимание, которое им расточали, как только они вступали в Ассирию, только поощряло их самомнение.
Хумпантахрах и Набудамик, введенные евнухом, медленно проходят опустив глаза, скрестив руки на груди, между двух рядов царедворцев. Приблизившись к трону, они падают ниц, целуют пол перед царскими ногами, потом по данному знаку поднимаются и стоят неподвижно. Обыкновенно посланцы иноземных государей остаются на коленях все время, пока продолжается аудиенция, но Ашшурбанапал, желая пощадить гордость эламитов, освобождает их от этой обязанности и позволяет говорить с собой стоя.
Поскольку чужеземцы никогда не представали перед царем без подарков, послы Теуммана также не нарушили этого обычая. После первых же взаимных приветствий Хумпантахрах и Набудамик принесли царю подарки от Теуммана: золотые и серебряные чаши, драгоценные камни, богатые ткани. Затем приступили к изложению своей просьбы. Они потребовали от Ашшурбанапала выдачи племянников Теуммана и всех сбежавших с ними в Ассирию эламских подданных. В противном случае послы угрожали войной.
Это требование было отвергнуто. Ашшурбанапал стремился к тому, чтобы всегда иметь у себя послушных сторонников из царского дома враждебной страны, изгнанных оттуда и жаждущих мести и власти, которых при удобном случае можно поставить на трон. По этому поводу в летописи Ашшурбанапала сказано: "На требование бессовестных уст его я не согласился; я не выдал ему беглецов".
Элам давно готовился к войне, и эпизод с племянниками послужил лишь поводом для ее развязывания. Хумпантахраха и На-будамика, осмелившихся предъявить вызов Ассирии, Ашшурбанапал, нарушив правовые нормы о неприкосновенности послов, задержал в Ниневии вместе со свитой. Эламского писца и несколько человек свиты отсылают к границе. Они должны известить Теуммана о результатах посольства и вручить ему послание, в котором Ашшурбанапал советует отказаться от "дурных намерений", чтобы не навлечь на себя гнев богов.
Война предстояла кровопролитная. Ашшурбанапал ясно представлял это себе и тщательно готовился. Прежде чем снарядить свое войско в поход, он съездил в Арбелу, где совершил жертвоприношение в храме Иштар.
Благодаря разобщенности врагов Ашшурбанапала, которым не удалось своевременно сколотить против него союз, он сумел направить против Элама большую часть своих сил.
Войско Ассирии выступило. Элам был защищен со стороны Ниневии высокими лесистыми, почти неприступными горами, в которых обитало полуварварское племя кашши. Часть его закрепилась в горах Загра. Поэтому поход через горы потребовал бы от Ашшурбанапала больших жертв, а терять половину действующего войска раньше, чем оно могло прибыть на место сражения, было бы нецелесообразно. Ассирийцы решили напасть на Элам с юго-востока, из ассирийской провинции Дер к низовьям р. Хоаспа. Правда, и эта местность для нападающих была связана с большими трудностями. Равнина болотиста, перерезана прудами, речками и каналами, которые затрудняли маневренность войск, но зато сокращали путь.
Войско быстро спустилось вдоль берега Тигра и через десять дней уже стояло под стенами Дурилу. Прошло почти столетие с того времени, как начались ожесточенные войны между Эламом и Ассирией, и Дурилу приобрел большое стратегическое значение, о котором прежде и не подозревали. Быстрота и оперативность ассирийцев привели в замешательство Теуммана и расстроили все его планы. Он рассчитывал, что у него еще много времени и можно успеть закончить переговоры с арамейскими племенами и маленькими халдейскими царствами, подняв их против Ассирии. Эти планы были сорваны. Только Дунану, вождь арамейского племени гамбулийцев, обитающего на восток от нижнего течения Тигра, открыто примкнул к Теумману.
Других союзников у эламского царя не было. Он не мог положиться ни на верность своих вельмож и военачальников, ни на своих подданных: при малейшей неудаче внутри страны грозил вспыхнуть пожар восстания. Поэтому Теумман решился дать только одно сражение в наиболее благоприятных условиях.
Теумман срочно отозвал войско, которое стояло вдоль границы, подкрепил его новыми отрядами и таким образом сформировал большую армию, которую расположил у деревни Туллиз, перед Сузами. Позиция закрывала доступы к столице, господствовала над самим городом, защищала дороги, ведущие в Мадакту, в гористую часть страны. В случае победы Теумман рассчитывал вернуть все потерянное ранее, а поражения - сохранить возможность укрыться в горы и там продолжать защищаться. Оборонительная линия эламитов тянулась от берегов р. Улай ко рву, проходящему мимо Сузской крепости, расположенной на искусственном холме, как ассирийские и вавилонские города. Естественной преградой служила большая пальмовая роща. Она, в свою очередь, могла послужить убежищем для беглецов в случае поражения.
Сражение началось с того, что ассирийские и эламские стрелки обменялись выстрелами из луков, затем военные колесницы, которые имелись у обеих сторон, двинулись друг на друга в атаку, возобновляя ее непрерывно, сначала безуспешно, но затем ассирийцы сломили сопротивление: эламские колесницы, оставшиеся целыми, рассеялись по равнине, за ними последовала конница, а затем побежала и пехота. Конница у эламитов вообще была немногочисленна и слабо обучена, а большая часть пехоты плохо вооружена. Одна часть отступающих бросилась в пальмовую рощу, другая, прижатая ко рву, попыталась отыскать брод или переправиться вплавь на другой берег, чтобы укрыться под защитой укреплений. Вся равнина была усеяна разбитыми колесницами, луками, копьями, трупами людей и лошадей.
Армия Элама была разгромлена. Теумман отступил в рощу со своими двумя сыновьями и преданными ему полководцами. Одного из сыновей, Итуни, он посылает для переговоров о мире. Однако эламский посол убеждается, что положение безнадежно.-Остатки войска бегут в панике. Ассирийский военачальник даже не пожелал говорить с вестником побежденного царя. Теуммана со вторым сыном захватили ассирийские воины. На глазах у эламских воинов, бросивших оружие, царевич, а вслед за ним и эламский царь были убиты.
Так закончилась война Ассирии с Теумманом. Сузы сдались без боя. Царем был провозглашен сторонник Ассирии Хумпанникаш. Однако в дальнейшем на престол в Сузах взошел Аттахамани-Иншушинак, возможно двоюродный брат погибшего Теуммана. Несколько горных округов Хидали были выделены в особое владение, отданное одному из сыновей Уртаки - Таммариту. Таким образом, ассирийский царь уже руководствовался политикой "Разделяй и властвуй", которая так умело осуществлялась позднее римскими завоевателями.
На обратном пути ассирийские войска усмирили гамбулийского племенного князя Дунану, который был верным (и, по-видимому, единственным) союзником Теуммана. Гамбулийский "царский город" Шапибель, раскинувшийся среди рек и каналов, был взят приступом и сожжен. Ассирийцы разрушили плотины, и воды рек залили развалины крепости, уничтожив все, что пощадил огонь. Дунану и его брат Самогуну были доставлены в Ниневию.
Возвратились туда и ассирийские войска. Начались жестокие расправы над противниками и надругательства над трупами умерших. Послы Теуммана, Умбадара и Набудамик, оставленные в Ниневии заложниками, увидев отрубленную голову Теуммана, пришли в ужас. Набудамик пронзил себя железным кинжалом. Дунаду был отведен в Арбелу и зарезан там "как ягненок". В течение пяти лет (653-648 гг. до н. э.) после гибели Теуммана в Эламе царило спокойствие. Положение изменилось, когда начались новые осложнения в Вавилонии. Тогда Элам вновь сделал попытку возвратить себе независимость.
Душой и организатором заговора в Вавилонии стал брат Ашшурбанапала - Шамашшумукин.
Он долго собирался с силами, прежде чем начать войну с братом, и свою главную надежду возлагал на Египет, где в 655 г. до п. э. сыну Нехо, Псамметиху I, с помощью греческих и других наемников удалось добиться самостоятельности, освободив страну от ига Ассирии. Псамметих объединил под своей властью весь Египет. Подняли головы и воспрянули духом и среднеземноморские царьки, увидевшие в Египте опору в своей борьбе против ассирийских поработителей.
Шамашшумукину удалось сколотить коалицию в составе Элама, Халдеи, арамейцев, царьков Финикии и Сирии. Затем к ним присоединился и царь Лидии Гиг, который уже посылал свои войска на помощь Египту. В составе новой коалиции мы вновь видим тех же противников Ассирии, которые объединились против нее 50 лет назад.
Заговор готовился в строжайшей тайне. Чтобы окончательно притупить бдительность Ашшурбанапала, Шамашшумукин накануне восстания направил в Ниневию посольство с богатыми дарами. Послы Вавилона были приняты с искренним радушием и гостеприимством. Ашшурбанапал отпустил их обратно с подарками.
Разразилось восстание внезапно и застало Ассирию врасплох. Ашшурбанапал очутился во вражеском кольце антиассирийской коалиции, мятеж вспыхнул одновременно во всех концах государства.
И все же восстание не имело успеха, так как война началась при неблагоприятных для Вавилона обстоятельствах. Коалиция, созданная с такой тщательностью, оказалась непрочной. Среди союзников Шамашшумукина начались раздоры. В первую очередь это сказалось на взаимоотношениях Вавилона с Эламом.
Шамашшумукин попытался опереться на старшего из сыновей Уртаки - Хумпанникаша. Он послал ему дары и склонил на свою сторону. Хумпанникаш отправил в Вавилон вспомогательные отряды во главе с несколькими военачальниками и сыном погибшего Теуммана - царевичем Ундаси. Сделав вид, что он забыл о своей вражде к Теумману, Хумпанникаш убедил Ундаси выступить мстителем за отца, убитого ассирийцами. Однако против него восстал Таммариту и казнил как самого Умма-Хумпанникаша, так и все его семейство. Овладев престолом и вновь объединив Элам, Таммариту не собирался менять политику своего свергнутого и убитого брата. Ненависть к ассирийскому господству была у большинства эламитов настолько велика, что Таммариту, подобно Хумпанникашу, стал восхвалять погибшего в борьбе с Ассирией Теуммана. Он возмущался расправой ассирийцев со своим дядей, заявляя: "Разве полагается убивать царя Элама в его собственной стране, в присутствии его войска".
Однако положение Таммариту было непрочным. Эламиты, видимо, не очень-то поверили его заявлениям о сочувствии борьбе за независимость. В 649 г. до н. э. он был свергнут одним из вельмож, по имени Индабигаш, и вторично бежал в Ассирию. Таким образом Элам, самый жестокий враг Ассирии, перестал представлять для нее опасность.
Фараон Псамметих I не двинулся дальше Южной Палестины, а иудейский царь Манассия попал в плен к ассирийцам. Воспользовавшись этим, Ашшурбанапал сосредоточил все силы ассирийской армии для решения главной задачи - разгрома Вавилона. Теперь уже над вавилонским государством нависла смертельная опасность.
Ашшурбанапал немедленно осадил аккадские города Сиппар, Куту и Борсиппу, а затем двинулся на Вавилон. Армия Ассирии закрыла все городские ворота - входы и выходы из города, отрезав его от внешнего мира.
Осада была долгой и мучительной. Вавилоняне остались без продуктов и хлеба. Начался голод. Истощенные вавилоняне в отчаянии жевали кожаные ремни, а некоторые из них даже убивали собственных детей. Население было доведено до последней крайности, и в 648 г. до н. э. Вавилон был взят. Вся Вавилония вместе с соседними арамейскими государствами была покорена. Царь Шамашшумукин погиб в осажденном городе.
Вот как описывает разгром Вавилона и гибель Шамашшумукина Ашшурбанапал: "Ашшур, Син, Шамаш, Адад, Бэл, Набу, Иштар из Нинуа, царица Кидмури, Иштар из Арабилу, Нинурта, Нергал (и) Нуску, которые шествуют передо мной (и) побивают моих врагов, Шамашшумукина, брата враждебного, который боролся со мною, бросили в бездну пламенеющего огня и погубили его душу. А людей, которые Шамашшумукину, брату враждебному, посоветовали это дело (и) содеяли зло, которых испугала смерть и (которые), дорожа своей душой, не бросились в огонь вместе с Шамашшумукином, своим господином, которые от удара железного кинжала, нужды, голода, пламенеющего огня спаслись (и) обрели убежище - сеть великих богов, моих владык, из которых нельзя ускользнуть, ниспровергла их. Ни один (из них) не ускользнул, (ни один) беглец не ушел из моих рук; они (т. е. боги) сочли (их) в моих руках.
Колесницы, повозки, балдахины, его наложниц, добро его дворца принесли ко мне. Я вырвал языки тех воинов, нахальные уста которых готовили дерзость против Ашшура, моего бога, и (которые против) меня, князя, чтящего его, задумали злое... Оставшимся жителям Баб-Или (Вавилона), Куты (и) Сиппара... я оказал милость: я повелел жить их душе (и) поселил их в Баб-Или".
Ашшурбанапал объявил себя царем Вавилона и правил там с 647 по 627 г. до н. э. Таким образом, справившись с главными своими врагами, закрепив власть в Вавилоне, Ашшурбанапал мог направить свои силы против его союзников, которых теперь можно было громить поодиночке.
В первую очередь он решил выступить против Элама.
Индабигаш, новый царь Элама, был напуган успехами Ашшурбанапала и попытался избежать столкновения с Ассирией. Он не оказал никакой помощи Шамашшумукину, прекрасно понимая, что положение того безнадежно. В то же время Индабигаш рискнул предоставить убежище беглецам из разгромленной Вавилонии, что неизбежно должно было привести к трениям в его взаимоотношениях с Ассирией.
Особенно обострились они в связи с бегством в Элам халдейского князя Набубэлшумате, внука давнего врага Ассирии - Мардук-апла-иддина. Интересно отметить, что на первых порах Набубэлшумате пытался поладить с Ашшурбанапалом и получил даже от него какие-то владения в Халдее, но во время восстания Шамашшумукина он отпал от Ассирии и, сбежав к эламскому царю, захватил обманным путем ассирийский отряд, предоставленный ему Ашшурбанапалом. Часть этого отряда была заключена в темницу. Ашшурбанапал потребовал освобождения и возврата заключенных. Индабигаш беспрекословно выполнил это требование. Однако некоторые ассирийцы (очевидно, не желавшие возвращаться на родину) продолжали оставаться в Эламе. Ассирийский царь, отправляя обратно эламского посла, поручил ему предъявить Индабигашу требование о возвращении самого Набубэлшумате и других беглецов в следующих словах: "Так как ты не посылаешь обратно этих людей, то я приду разрушить твои города. Я уведу твой народ из Суз, Мадалу и Хидалу. Я свергну тебя с твоего царского трона и возведу другого на твой трон. Зло, которое боги наслали на Теуммана, я обращу на тебя". Однако эламский посол уже не застал в Сузах своего царя и не успел передать ему грозное послание Ашшурбанапала. Эламиты восстали против Индабигаша и в 647 г. до н. э. убили его. На эламский престол вступил Умманигаш (Хумпанхалташ) III.
Новый царь оказал решительное сопротивление Ассирии, и Набубэлшумате не был выдан. Ашшурбанапал, убедившись в том, что мирным путем восстановить ассирийское господство в Эламе не удастся, перешел к решительным действиям. Чтобы получить удобный повод для окончательного разрыва, ассирийский царь послал Умманигашу новое требование, касающееся на этот раз статуи богини Наны, увезенной эламитами из Урука свыше полутора тысяч лет назад.
Царь Элама отверг это требование, и война началась. Ашшурбанапал двинулся на укрепленный город Бит-Имби, оборону которого возглавил зять Умманигаша - Имбаппи. Крепость была взята. Сам Имбаппи и сыновья Теуммана попали в плен. В руках победителя оказались также наложницы из гарема эламского царя.
При вести о падении Бит-Имби Умманигаш, находившийся в это время в Мадакту, покинул этот город и бежал в горы.
Новый претендент на эламский престол, Умбахабуа, обосновался в городе Бубилу, но и он при приближении ассирийских войск бежал на острова Персидского залива.
После этого Ашшурбанапал предпринимает новую попытку сохранить Элам в качестве зависимого царства. На эламский трон он вновь возводит Таммариту, но тот при первой возможности вторично попытался добиться независимости от Ассирии. Призвав население страны к отчаянному сопротивлению завоевателям, он, по словам ассирийского летописца, обратился к своим подданный со словами: "Во что превратились люди Элама? Ассирийцы приходят и захватывают добычу".
Но на этот раз Таммариту правил совсем недолго. Он был свергнут в результате очередного восстания, прибыл к Ашшурбанапалу, умоляя его о помощи, и был оставлен в ниневийском дворце в качестве заложника. В разоренном Эламе стал вновь царствовать Умманигаш, по-прежнему отказывающийся подчиниться Ашшурбанапалу.
Около 642 г. до н. э. ассирийский царь совершает новый поход в Элам с целью полного уничтожения ослабевшего и истощенного противника. Он захватил область Раши и г. Хаману в западной части страны. Умманигаш оставил Мадакту без боя и отступил в укрепленный г. Дур-Ундаси, путь к которому преграждала разбушевавшаяся р. Идидэ. Ассирийским войскам удалось преодолеть бурное течение этой реки. Умманигаш скрылся в горах.
Агония эламского государства продолжалась еще около двух лет (до 640 г. до н. э. ). После ухода ассирийских войск Умманигаш вернулся из своего горного убежища, но не решился направиться в развалины Суз, где, очевидно, оставались ассирийские отряды, и предпочел поселиться в г. Мадакту, покинутом врагами.
Ашшурбанапал направил к нему посла с грозным требованием немедленно выдать Набубэлшумате. Умманигаш, как видно из сохранившихся документов, покорился и обещал немедленно выполнить волю ассирийского царя. Но Набубэлшумате, не желая попасть живым в руки врага, покончил жизнь самоубийством.
Попытка Умманигаша ценой беспрекословного подчинения врагу и предательства по отношению к верному стороннику спасти остаток эламского государства не удалась. После бесконечных неудач и колебаний он утратил всякую поддержку в своей стране. Против него выступил некий претендент на престол - Паэ, о котором мы знаем очень мало. Нет никаких данных о его принадлежности к царскому роду или к придворным сановникам. Очевидно, эламская знать утратила свой престиж, что позволило выдвинуться вождю незнатного происхождения. Деятельность его продолжалась недолго. После безуспешных попыток закрепить свою власть он вынужден был сдаться в плен ассирийцам.
Ни исчезновение последнего соперника, ни тщательные попытки договориться с Ашшурбанапалом не могли уже спасти Умманигаша. Он был настигнут ассирийцами и уведен в Ниневию.
В руках Ашшурбанапала оказались таким образом три эламских царя: Таммариту, Паэ и Умманигаш. Он запряг всех троих и вдобавок пленного арабского шейха Уайатэ в свою колесницу, и они повезли его в храм во время праздника Нового года.
Покончив с Эламом, ассирийский царь открыл себе путь в Южный Иран к племенам, которые с древних времен обитали к востоку от Эламских гор. Ассирийские войска совершили также победоносный поход на юго-запад и подчинили племена Северной Аравии. Это был последний дальний поход. Войска Ашшурбанапала не испугались аравийской пустыни и безводных просторов, где не паслись даже дикие ослы. Арабы за этими песками считали себя вне досягаемости и безопасности, но и они были побеждены.
Возвращаясь на родину, ассирийские войска гнали перед собой огромное число пленных и несметное количество скота, главным образом верблюдов, которых в Ассирии было очень мало. Вслед за тем ассирийское войско двинулось к Средиземному морю и разгромило Ушу (материковую часть г. Тира) и Акку.
Этим завершился период ассирийских завоеваний. Ассирия подчинила себе теперь почти все территории от западных окраин Ирана на востоке до Средиземного моря на западе, от Закавказья на севере до Эфиопии на юге.
Так сложилось обширное государство с центром в городе Ниневии. Последние годы своей жизни Ашшурбанапал провел на берегу Тигра. Как бы далеко ни заносила его судьба и военные походы, все же он неизменно возвращался в свою любимую столицу. Блеск роскошного ниневийского дворца, великолепие архитектурных ансамблей, несметные богатства, стекавшиеся в столицу всемогущего властелина, хорошо вооруженная армия ? все это способствовало тому, что последние годы своей жизни он смог посвятить искусству, истории и литературе.
Spoiler (expand)
На востоке от Месопотамии находится огромное Иранское плоскогорье. В центральной его части довольно скудная почва и растительность, но окрестные горы богаты лесом, металлом (золото, серебро, медь, железо, свинец), мрамором. В общем природные условия Ирана давали возможность населению заниматься как земледелием (пшеница, ячмень), так и скотоводством (в западной части страны - оседлое, в восточной - кочевое).
Во II тысячелетии до н. э. на территорию Иранского плоскогорья с севера и востока проникают ираноязычные племена. Они частично покорили местное население, довольно пестрое по составу, частично слились с ним. Примерно с IX в. до н. э. в западной части страны появляются две большие группы иранских племен: мидийцы и персы.
Древнейшим государственным образованием на Иранском плоскогорье (если не считать Элама и Макну), о котором имеются более или менее достоверные сведения, было Мидийское царство, занимавшее территорию современного северо-запада Ирана и Азербайджана. Первые сведения о Мидии, относящиеся к рубежу X?IX вв. до н. э., свидетельствуют о том, что население ее занималось как скотоводством - кочевым и оседлым, так и земледелием. Мидийское царство не было еще развитым классовым государством, а представляло собой союз нескольких племен. Геродот, в частности, упоминает о шести индийских племенах.
Мидянам приходилось вести постоянную борьбу с соседями. На востоке они боролись с кочевыми племенами, не входившими в индийский союз, а на западе - с Ассирией, Урарту и другими древневосточными государствами.
Мидяне раньше персов вступили на историческую арену. Геродот сообщает, что они жили отдельными деревнями. Во всей Мидии царило "беззаконие" до тех пор, пока некто Дейок, стремясь к власти, не стал справедливо судить всех, кто к нему ни обращался из родной и из соседних деревень.
Однако Дейок вскоре отказался судить единоплеменников за недостатком времени. Грабежи и беззакония возросли с новой силой. Ловко воспользовавшись сложившейся обстановкой и своим влиянием, Дейок, по словам Геродота, заручившись небольшим числом преданных приверженцев, провозгласил себя царем над всеми мидийскими племенами и городами. Он приказал соорудить себе дом, достойный царя, потребовал вооруженной стражи и принудил мидян строить для него столицу. Дворец нового города (Экбатаны) окружали семь стен, возвышающихся одна над другой; зубцы нижних стен были выкрашены разной краской; а верхних - посеребрены и позолочены.
Имя Дайаукку встречается на нескольких ассирийских памятниках. Так, Саргон, описывая свой поход против ванского царя Русы, повествует о том, что он взял в плен и увез в Ниневию некоего Дайаукку с сыном. Два года Спустя он совершает поход в область, которую называют Бит-Дайаукку; по-видимому, это было княжество, основанное человеком по имени Дайаукку.
Однако отождествлять геродотовского Дейока и Дайаукку клинописей по разным причинам весьма трудно. И даже признавая историчность Дейока, придется сделать вывод, что он не был объединителем страны и играл гораздо более скромную роль правителя одной из индийских областей.
В начале VII в. до н. э. Мидия делилась еще на множество самостоятельных областей, что дало возможность Асархаддону на заре своего царствования совершить против нее успешный поход. Однако в 673 г. до н. э. вспыхнуло восстание трех индийских вождей - Каштариту (правителя Кар-Кашши), Мамитиаршу (правителя страны Мадай, т. е. собственно Мидии) и Дуссани (правителя Сапарды). К повстанцам примкнули киммерийцы и частично скифы. Владения Ассирии на востоке подверглись большой опасности. Тогда Асархаддон привлек на свою сторону одного из скифских племенных вождей - Партатуа, выдав за него свою дочь. В ряды повстанцев и их союзников был таким образом внесен раскол, и освободительное движение мидян не привело к большим результатам. Ассирийцы сохранили часть своих владений в Западной Иране. Однако основная часть Мидии (Кар-Кашши, Мадай и Сапарда) добилась независимости.
Согласно античной традиции, после смерти Дейока на престол вступил его сын - Фраорт. Он решил направить все силы против своего исконного врага - Ассирии. Фраорт перешел горы Загра и достиг Ассирии. Оказалось, однако, что переход этот был плохо подготовлен и преждевременен. Мидян разбили, а в числе убитых оказался и сам Фраорт.
Победу над Мидией в 653 г. до н. э. одержал скифский вождь Мадиас, задержавший на короткое время наступление мидян на Ассирию. Царем Мидии стал Киаксар. Он преобразовал индийскую, армию по ассирийскоиу образцу, намного повысив боеспособность войск. Геродот сообщает: "...он разделил войско свое на отряд, образуя отдельные корпуса из копьеносцев, стрелков и конницы, тогда как до того все были смешаны в одну кучу, без всякого порядка". Собрав все народы, еиу повиновавшиеся, Киаксар пошел на Ниневию, решив отомстить за отца. Однако ему помешало начавшееся в 30-х годах VII в. до н. э. новое нашествие скифов.
Они пронеслись почти по всей Передней Азии, увлекая за собой некоторые народы, и окончательно разгромили киммерийцев. Двинувшись к югу, скифы заняли Сирию и Палестину, прежде чем население этих мест узнало об их приближении. Если верить преданию, записанному Геродотом, они пошли бы прямо в Египет, если бы Псамметих не улестил их богатыми дарами. Затем скифы напали на Мидию и нанесли ей несколько поражений. Киаксару пришлось оборонять свое собственное царство.
Во II тысячелетии до н. э. на территорию Иранского плоскогорья с севера и востока проникают ираноязычные племена. Они частично покорили местное население, довольно пестрое по составу, частично слились с ним. Примерно с IX в. до н. э. в западной части страны появляются две большие группы иранских племен: мидийцы и персы.
Древнейшим государственным образованием на Иранском плоскогорье (если не считать Элама и Макну), о котором имеются более или менее достоверные сведения, было Мидийское царство, занимавшее территорию современного северо-запада Ирана и Азербайджана. Первые сведения о Мидии, относящиеся к рубежу X?IX вв. до н. э., свидетельствуют о том, что население ее занималось как скотоводством - кочевым и оседлым, так и земледелием. Мидийское царство не было еще развитым классовым государством, а представляло собой союз нескольких племен. Геродот, в частности, упоминает о шести индийских племенах.
Мидянам приходилось вести постоянную борьбу с соседями. На востоке они боролись с кочевыми племенами, не входившими в индийский союз, а на западе - с Ассирией, Урарту и другими древневосточными государствами.
Мидяне раньше персов вступили на историческую арену. Геродот сообщает, что они жили отдельными деревнями. Во всей Мидии царило "беззаконие" до тех пор, пока некто Дейок, стремясь к власти, не стал справедливо судить всех, кто к нему ни обращался из родной и из соседних деревень.
Однако Дейок вскоре отказался судить единоплеменников за недостатком времени. Грабежи и беззакония возросли с новой силой. Ловко воспользовавшись сложившейся обстановкой и своим влиянием, Дейок, по словам Геродота, заручившись небольшим числом преданных приверженцев, провозгласил себя царем над всеми мидийскими племенами и городами. Он приказал соорудить себе дом, достойный царя, потребовал вооруженной стражи и принудил мидян строить для него столицу. Дворец нового города (Экбатаны) окружали семь стен, возвышающихся одна над другой; зубцы нижних стен были выкрашены разной краской; а верхних - посеребрены и позолочены.
Имя Дайаукку встречается на нескольких ассирийских памятниках. Так, Саргон, описывая свой поход против ванского царя Русы, повествует о том, что он взял в плен и увез в Ниневию некоего Дайаукку с сыном. Два года Спустя он совершает поход в область, которую называют Бит-Дайаукку; по-видимому, это было княжество, основанное человеком по имени Дайаукку.
Однако отождествлять геродотовского Дейока и Дайаукку клинописей по разным причинам весьма трудно. И даже признавая историчность Дейока, придется сделать вывод, что он не был объединителем страны и играл гораздо более скромную роль правителя одной из индийских областей.
В начале VII в. до н. э. Мидия делилась еще на множество самостоятельных областей, что дало возможность Асархаддону на заре своего царствования совершить против нее успешный поход. Однако в 673 г. до н. э. вспыхнуло восстание трех индийских вождей - Каштариту (правителя Кар-Кашши), Мамитиаршу (правителя страны Мадай, т. е. собственно Мидии) и Дуссани (правителя Сапарды). К повстанцам примкнули киммерийцы и частично скифы. Владения Ассирии на востоке подверглись большой опасности. Тогда Асархаддон привлек на свою сторону одного из скифских племенных вождей - Партатуа, выдав за него свою дочь. В ряды повстанцев и их союзников был таким образом внесен раскол, и освободительное движение мидян не привело к большим результатам. Ассирийцы сохранили часть своих владений в Западной Иране. Однако основная часть Мидии (Кар-Кашши, Мадай и Сапарда) добилась независимости.
Согласно античной традиции, после смерти Дейока на престол вступил его сын - Фраорт. Он решил направить все силы против своего исконного врага - Ассирии. Фраорт перешел горы Загра и достиг Ассирии. Оказалось, однако, что переход этот был плохо подготовлен и преждевременен. Мидян разбили, а в числе убитых оказался и сам Фраорт.
Победу над Мидией в 653 г. до н. э. одержал скифский вождь Мадиас, задержавший на короткое время наступление мидян на Ассирию. Царем Мидии стал Киаксар. Он преобразовал индийскую, армию по ассирийскоиу образцу, намного повысив боеспособность войск. Геродот сообщает: "...он разделил войско свое на отряд, образуя отдельные корпуса из копьеносцев, стрелков и конницы, тогда как до того все были смешаны в одну кучу, без всякого порядка". Собрав все народы, еиу повиновавшиеся, Киаксар пошел на Ниневию, решив отомстить за отца. Однако ему помешало начавшееся в 30-х годах VII в. до н. э. новое нашествие скифов.
Они пронеслись почти по всей Передней Азии, увлекая за собой некоторые народы, и окончательно разгромили киммерийцев. Двинувшись к югу, скифы заняли Сирию и Палестину, прежде чем население этих мест узнало об их приближении. Если верить преданию, записанному Геродотом, они пошли бы прямо в Египет, если бы Псамметих не улестил их богатыми дарами. Затем скифы напали на Мидию и нанесли ей несколько поражений. Киаксару пришлось оборонять свое собственное царство.