[Thanatis]

Shtusha1
Смысл ААР именно в картинках с текстом - это по сути отчет о прохождении игры. Просто бы назвали по другому и в другом месте выложили и ни каких вопросов бы не было. Текст у Вас вполне интересный

[Shtusha1]

Thanatis 11 February 2018, 23:01

Shtusha1
Смысл ААР именно в картинках с текстом - это по сути отчет о прохождении игры. Просто бы назвали по другому и в другом месте выложили и ни каких вопросов бы не было. Текст у Вас вполне интересный

постепенно так и начну делать, просто ресурсы нужные найти не могу . Видимо, не так запрос забиваю. Да и с ААРом проще линию повествования вести - сюжет, по сути, готов, остается его в "мясо" одеть... Но картинку теперь сувать буду, если людям надо - почему нет.

[Tiberius S. Gracchus]

Thanatis 11 February 2018, 21:48

Tiberius S. Gracchus
При чем тут правила? Я разве кого то в чем то обвиняю? Просто обращаю внимание, что ААР без картинок не интересен и мало презентабелен

Вадим! Вы директор школы! Педагог! Должны были проследить весь путь автора от первой статьи - до второй. ААР будет таким, как положено, только нужно иногда помогать людям, а не набрасываться с претензиями, направлять надо, указать, где требуется. Да тупо в механике форума пару подсказок дать, а не давить претензиями. Странно, Вадим, что я не педагог, а втираю вам азбучные истины...
Предупреждаю, я авторов в своём разделе в обиду не дам!
Shtusha1 интересно пишет и мой шкурный интерес в том, чтобы Shtusha1 продолжал интересно писать. Понимаете, Вадим?

[Thanatis]

Tiberius S. Gracchus
Камрад, Вы, как обычно, боретесь с ветряными мельницами Нет ни каких претензий или требований. Есть личное мнение. И автор вполне меня понял, как и я его

[Shtusha1]

да ничего такого - я к конструктивной критике отношусь очень хорошо, она помогает совершенствоваться. В данном же случае претензия к составу ААРа логична - пишешь ААР, пиши по правилам. Как я, вроде, уже не раз замечал, конструктивная критика является лучшей помощью, хотя этим немногие грешат, к сожалению... Уже обсуждения моих работ начались, расту, расту...

[Shtusha1]

Поскольку я болею тяжёлой графоманией, писать ААР только по ходу игры у меня не получается. Что означает, что некоторые главы будут без скриншотов, а действие в них будет, в основном, плодом моей больной фантазии. Поэтому буду отмечать, какая это глава - классический ААР со скринами, или припадок моего непризнанного писательского гения. Эта глава является чистым текстом, так что заинтересованным в описании конкретно прохождения кампании можно её не читать. Заинтересованным в ходе сюжетной линии читать обязательно. И обязательно получить удовольствие от чтения . Итак, сама глава

ГЛАВА 3: ЦЕНА ЕДИНСТВА (Reveal)

- И всё же не доверяю я им, стратег… - в который раз повторил Эстарх. Время от времени он поглядывал назад, правда, что он хотел там увидеть, стратегу было непонятно.
- Ну-ну, мой верный гиппарх, мы просто проведаем местных жрецов и узнаем, насколько они расположены к новому правителю этих земель, - стараясь подавить зевоту, ответил Эвмен.
Большую часть соматофилаков пришлось оставить у входа в священную рощу – Эвмена с Эстархом сопровождало всего двое телохранителей. Да, местные жрецы были настолько богаты, что обнесли стеной даже рощу, не говоря уже о самом храме. Храме Артемиды Эфесской… Одно из чудес света, вошедших ныне в состав Пергамского царства. Хотя, технически, храм был нейтрален ко всем дрязгам и войнам между греческими полисами, иначе бы его давно сровняли с землёй. Вера верой, дело делом…
Однако стратег немного кривил душой в разговоре с Эстархом – на самом деле он хотел встретиться с оракулом – в наше время одним из самых влиятельных во всем цивилизованном мире. Дело, которое он задумал, по своей грандиозности превосходило всё, что он делал в своей жизни. Да и его отец… И у него были определённые сомнения, которые он надеялся развеять или хотя бы приглушить тревогу перед решительными действиями.
В своё время то же хотел сделать Александр – создав величественную империю, простиравшуюся от рассвета до заката, он прекрасно понимал её истинные хрупкость и слабость. И пытался это исправить – браки между эллинами и персиянками, ассимиляция восточной культуры в греческую, переселение вглубь своей империи греков и македонян… В какой-то мере именно он поспособствовал окончательному вымыванию эллинов из, собственно, самой Эллады. Ирония судьбы – пытаясь усилить свою новорожденную империю, он, в итоге, не только не смог её сохранить, но и ослабил родную Македонию, ослабил настолько, что несколько варварских нашествий после его смерти едва не стёрли её с лица Ойкумены…
Кто знает, чем бы могло всё закончиться. Но история не знает сослагательного наклонения – смерть македонского царя царей прервала его начинания в самом зародыше, и, не успев дать достойных плодов, они сгинули без следа в песках времени. Этому способствовало как непонимание его политики самими греками и македонянами, так и начавшиеся войны диадохов. Александр не назвал имя наследника, оставляя свою державу достойнейшему… Едва ли так мог поступить великий правитель. Эвмен склонялся к мысли, что Александру помогли уйти в Тартар, при том помогли его ближайшие сподвижники – кто был оскорблён его отношением, кто желал большей награды, а кто и видел себя новым повелителем безграничной империи…
Но, как это часто бывает, заговорщики сильно переоценили свои силы… Решительного верха над оппонентами никто одержать не смог – каждый жаждал слишком многого. Так, прямо над не остывшим ещё телом Александра появился неразрешимый, разрушительный конфликт диадохов – как их прозвали позже. И вскоре этот конфликт вылился в кровавую гражданскую войну. Возможно, империя и уцелела бы, будь у Александра достойный наследник, но его дети были слишком малы. А их защитники слишком ненадежны…
Собственно, как это ни смешно и ни грустно, но нынешние конфликты на просторах Малой Азии, Ближнего Востока, Северной Африки и Балкан это всё ещё продолжающаяся агония державы Александра – затянувшаяся на века гражданская война… Все современные столкновения между эллинистическими государствами происходят из-за предпосылок, заложенных первыми диадохами. Да, пожалуй, никто не мог предвидеть глубины той ужасной пропасти, геенны, в которую вёл страну. Жажда власти в очередной раз затмила разум человека…
Лениво перекликались птицы, щебень мягко потрескивал под копытами коней, легкий ветерок шелестел кронами деревьев, изредка обдувая Эвмена. Солнце, пробиваясь сквозь листву над головой, лишь ласкало кожу, не обжигая его, как же приятно и вместе с тем непривычно было находиться без доспехов. Стратег вдохнул полной грудью – здесь, казалось, все тревоги и дела уходили на задний план, оставляя лишь негу и блаженство от прекрасной погоды…
На очередном повороте показалась небольшая поляна с несколькими домами – при храме было достаточно много прислуги, но селиться вблизи было запрещено – боги не очень любили соседство со смертными… Вблизи дороги играли дети, но, увидев всадников, они начали их внимательно разглядывать – нечасто в храм пропускали вооружённых солдат.
Наконец, вдалеке забелели колонны храма, сначала временами показываясь в разрывах крон деревьев, но постепенно всё лучше и чётче вырисовываясь на горизонте. Удивительно, что на дороге совершенно не было людей – обычно паломников, как слышал Эвмен, было очень много. И очень многие среди них были далеко не последними людьми в обществе, но, к сожалению или к счастью – кто, кроме пифий, даст точный ответ? Оракул принимала у себя далеко не всех – в отличие от других, находящихся в Элладе и Сирии…
Эвмен ошибся – стен вокруг самого храма не было, хотя кто-то ему о них говорил… Нет, слишком это было давно, не вспомнить. Сам храм, что ни говори, действительно поражал воображение – величественная колоннада, опоясывающая здание и алтарь, сотни статуй, искусно вплетённых в барельефы храма, словно готовы были в любой момент сойти на землю или взлететь ввысь… Размерами он был много больше храма Зевса в Пергаме, подавляя своим видом вблизи. Перед главным входом стояло несколько жрецов, оживившихся при виде приближающихся всадников.
- Стратег, мы рады приветствовать вас пред вратами храма Артемиды Эфесской…
- Как я рад засвидетельствовать своё почтение великой богине… - спрыгнув с коня, склонил в ответ голову Эвмен. Жрецы выглядели… Как жрецы. Белые полотняные балахоны, благообразные бороды, седина и внимательные, умные глаза.
- Оракул уже ждёт, стратег.
- Разве я извещал о своём прибытии?
- Оракул знает, что нет, но решила подобным жестом оказать вам почтение… - оракул Артемиды Эфесской оказывает почтение. Эвмен удивился.
- Что ж, раз так, не будем медлить…
- Оракул лишь просила о встрече наедине с тобой, стратег.
- Стратег, ведь нельзя… - сразу влез в разговор пышущий праведным гневом гиппарх.
- Спокойно, спокойно, Эстарх, - ответил Эвмен, - не думаешь же ты, что на меня кто-то станет покушаться в чертоге Артемиды?
- В храме нет никого, кроме жрецов, оракула и охраны, стратег, - подтвердил жрец.
- Если есть охрана у оракула, должна быть и у стратега! – возразил гиппарх.
- Эстарх, ждите здесь, - приказал Эвмен, - что ж, вперёд…
- Прошу, стратег…
Войдя в тень от храма, стратег почувствовал прохладу – но не промозглую, какой стоило бы ожидать в этой болотистой когда-то низине, а приятную, словно убаюкивающую… Сложно объяснить словами. Сам храм изнутри был покрыт фресками и мозаиками – здесь разворачивались грандиозные сражения прошлого, стояли великие цари древности. В центре, перед алтарём, стояла статуя Артемиды – очертания её головы и плеч терялись в сумраке под потолком, что, однако, только делало её величественнее… Эвмен ненадолго остановился перед картиной Александра – словно застывшего в движении, чуть отведи взгляд, и он пойдёт дальше… Жрецы терпеливо стояли рядом, ожидая, когда стратег налюбуется прекрасным произведением искусства.
Оракул встретила его в отдельном небольшом, но уютном помещении. Внутри не было ни слуг, ни жрецов, ни охраны. Зайдя в комнату, Эвмен, к стыду своему, на несколько мгновений застыл – много он слышал баек о красоте эфесского оракула, но всё же был ею сражён. Аристократические, правильные черты лица, золотые волосы, струящиеся по плечам и опускающиеся до поясницы, великолепная фигура, без труда угадывающаяся под туникой и глаза… Глаза были особенные – Эвмен не запомнил их цвета, но запомнил своё первое впечатление – словно внутрь забрался скрупулёзный исследователь и прошелся по всем тайникам души…
- Приятно, наконец, увидеть столь известного стратега у себя в гостях, - начала разговор оракул, и, как это ни глупо и ни смешно, голоса её он тоже не запомнил – запомнил только, что он был нежен и очень приятен на слух, успокаивая и располагая к себе.
- Я не мог пройти мимо двух чудес света – храма и его великолепного оракула, - хриплым голосом произнёс Эвмен. Нахмурившись, стратег прокашлялся – давно он не терял голоса, последний раз такое было, когда он впервые увидел свою будущую жену и, разволновавшись, не смог толком сказать ей ни слова… Оракул, смотря на моральные терзания стратега, рассмеялась, но никакой обиды её смех вызвать не мог, он наоборот словно возвращал уверенность в себе. Так же было и с Кахиной…
- Прошу, стратег… - предложила оракул присесть, Эвмен послушно последовал приглашению.
- Что ж, я думаю, ты знаешь, зачем я пришёл на самом деле… - начал серьезный разговор стратег.
- И да, и нет… Ты ещё сам не знаешь в точности, зачем пришёл, стратег.
- Не сказал бы, - нахмурился Эвмен – он и забыл, как любили оракулы говорить загадками. Не одно государство пало в своё время, платя за неправильное толкование предостережения оракула…
- Ты не знаешь цены своего предприятия, а, не зная цены, не знаешь и цели…
- Так расскажи мне.
- Ты хочешь взвалить на себя очень тяжёлую ношу, ношу, под которой сломался не один правитель... Создать единый народ… - Эвмена прошиб холодный пот, - твои мысли… Они правильны. Но уничтожая одно, ты должен замещать его другим.
- Аристократов я замещу переселенцами из Пергама, - ответил стратег.
- Загляни глубже, Эвмен. Уничтожая старый порядок, что готов ты предложить взамен?
- Я… - задумался стратег.
- Ведь цена может оказаться очень высокой… Твоя дорога скользка и неверна – оступишься, и твои свершения похоронят тебя же.
- Об этом я не думал.
- Задумайся, стратег. Задумайся, какова для тебя цена будущего твоего народа?
Эвмен, уставившись в пол, достаточно долго обдумывал слова оракула. На что же он действительно готов ради своей цели… Наконец, найдя, как ему показалось, ответ, он поднял голову, но оракул пропала. Как же эти жрецы любят эффектные поступки. Хмыкнув, стратег вышел из комнаты и направился к выходу. Во всём храме словно не было ни души, только дымились лампады. Каково же было его удивление, когда в глаза ударили лучи заходящего солнца – хотя, казалось, с оракулом он провёл не больше получаса…
- Стратег! – услышал он взволнованный окрик Эстарха, - я уж начал всерьез подумывать о том, чтобы раскатать этот храм по брёвнышку.
- Экий ты кровожадный, гиппарх, - укорил его задумчиво Эвмен, - да и нет в храме брёвнышек, только камешки.
- Я же ради дела, стратег…
- Да. Ради дела… - всё ещё задумчиво повторил Эвмен, направляя коня прочь от храма. В спину дохнуло ветерком, и Эвмен готов был поклясться, что услышал в шелесте листвы «задумайся, стратег…».
* * *
- Эстарх, начинай собирать войска, до ночи нам надо закрепиться в Эфесе.
Короткая команда, протяжный вой трубы… Солдаты нехотя начали собираться в лохи, хотя, скорее, просто начали не спеша ходить по площади и городу. Однако поторапливать стратег никого не стал - он оглядывал городскую площадь, заваленную телами защитников и нападающих. Пожалуй, Эвмен оставит здесь несколько таксисов – чтобы согнали жителей на уборку тел и похороны павших. Завалы из тел уже начали осматривать помощники врачей – искали раненых.
- Эстарх! – окликнул занятого гиппарха Эвмен.
- Да, стратег?
- Найдите тело Архидеоса – отвезём его в Эфес.
- Будет сделано, стратег, - ещё команда, и один из гонцов помчался в поле перед городом – исполнять поручение.
Такой тиран был достоин отдельных похорон – и хоть славы победителя он в бою не снискал, но славу бесстрашного и несгибаемого воина получил. А для человека сугубо гражданского, да ещё и эллина такое – великое достижение. Что, впрочем, вряд ли как-то поможет Эфесу…
К полудню в армии, наконец, был наведён относительный порядок – подумав, Эвмен объявил привал, незачем чрезмерно гонять солдат. В Сардах армия толком отдохнуть не успела, завтрак тоже был весьма скупым – пара сухарей, да вода. Пусть хоть пообедают нормально. Благо, городок оказался достаточно богатым – и скот нашелся, и зерно, и даже повара… Впрочем, от услуг последних стратег отказался – во избежание, так сказать, разных непредвиденных случайностей. Вряд ли, конечно, в городе найдётся столько яда или человек со злым умыслом – по военным временам армия Эвмена вела себя очень сдержанно и культурно, а большего никому и не надо было.
Заодно были подсчитаны потери в сражении – больше двухсот человек… А сколько ещё отправится в Тартар раненых, только Аиду известно. За неделю войны Эвмен потерял треть армии. Данные достаточно угнетающие. Впрочем, чего ещё ожидать от наступления с армией, преимущественно состоящей из ополчения. Надо было благодарить всех богов за то, что качество вражеских армий едва ли превышало качество, собственно, пергамских войск. Пока солдаты обедали и отдыхали, стратег разбирался с насущными делами – закручивал гайки в Сардах, писал письмо отцу… В общем, занимался обычной рутиной. Из городка то и дело вырывались гонцы, нещадно нагоняя коней и неся с собой письма Эвмена – кто в Сарды, кто в Пергам, кто в пограничные крепости, сейчас практически пустые.
Наконец, после того как спал полуденный зной, войска были построены для дальнейшего марша – на Эфес. Короткий вой трубы, и колонны двинулись вперёд. И хоть опасности быть никакой и не должно – вражеская армия уничтожена вместе с командующим, все окрестности тщательно шерстили тарантинцы – победа победой, но расслабляться было рановато. Небольшой отряд соматофилаков был послан вперёд – известить полис о поражении. Если оставшийся за эпистата аристократ не дурак, то откроет ворота, если дурак – полис падёт в течение нескольких дней и будет выжжен дотла. Последнее было включено в послание, которое должен был передать парламентёр.
Нация… Эвмен задумался над подобным определением. Являются ли эллины нацией? Ведь нация это что-то единое, словно человеческий организм – не могут же конечности жить отдельно от тела? Так и разделённая нация, рано или поздно, обрекает себя на гибель. Счастье, что не осталось ныне такой силы, которая мощным ударом могла бы стереть с лица Ойкумены всех греков, впрочем, это вопрос времени – свято место пусто не бывает… Собственно, уничтожение уже идёт – медленно, словно исподтишка, варвары наступают со всех сторон, подминая под себя греческие земли.
Набирает силу молодая Римская республика – и, пожалуй, у римлян многому можно было поучиться в плане единства. Римляне всегда выступали единым фронтом – в деле защиты интересов государства у них не было богатых и бедных, не было патриотов и предателей. Были римляне – и они не торговались с врагом, они воевали до последней капли крови, либо до победного, либо до смертного конца. Римляне были нацией, и они угрожали эллинам – ослабшим и разобщенным, не способным дать мало-мальски достойный ответ…
Вот ответ! Эвмен, озаренный догадкой, довольно рассмеялся, чем вызвал подозрительный взгляд Эстарха. Нация – народ, вот что должно стать основой! Боги, как же он не додумался до этого раньше! Основой должны стать сами эллины! Ведь все, все государства древности рушились с гибелью правящей фамилии! Еще ни один народ не осознал себя чем-то единым, чем-то особенным… И потому так легко развалилась империя персов – за сотни лет владычества так и не появилось единого народа, были сотни порабощенных общностей под властью одной семьи, и с её разгромом империя разрушилась под собственной тяжестью...
Теперь Эвмен примерно представлял, что надо делать дальше.
* * *
Погода в кой-то веки выдалась нейтральная – всё небо затянули тучи, с моря дул теплый бриз, но дождя, слава богам, не начиналось. Армия уверенно маршировала к Пергаму – в Эфесе Эвмен оставил несколько таксисов пергамских ополченцев – на постоянное жительство. Пора было начинать исполнять свой замысел, к счастью, Эфесские аристократы сами подставили себя под удар, оставались только сардские и… Собственно, пергамские? Эвмен торопливо отогнал от себя эту мысль – последние были достаточно умны, чтобы не подставиться, а ему нужен был праведный суд, а не казнь. Да и глупо, и нелогично было до окончания этой войны – а в её благоприятном для Пергама исходе стратег уже не сомневался, уничтожать единственную поддержку, на которой балансировала пергамская царская власть. Пока…
- Все подготовились? – спросил стратег.
- Да, стратег, вычистили доспехи, оделись в новые туники… Как ты и приказывал, - ответил Эстарх.
- Смотри, если у кого что не так…
- Гиппархи и таксиархи лично проверили каждого своего солдата, они понимают всю важность введения новых военных традиций, стратег.
- Хорошо.
Все войска шли в, можно сказать, парадном обмундировании – решено было вспомнить о древнем обычае триумфа. Хотя кого Эвмен пытался обмануть – они с отцом позаимствовали данное мероприятие у римлян – с них не убудет, а поддержку народом правящей семьи это сильно увеличит.
В лицо дохнул сильный порыв ветра – насколько легче было в доспехах, когда вездесущее солнце не пыталось сжечь всю округу вместе с солдатами, а пряталось в тучах. Вокруг не было видно ни одной крупной рощицы, да их и не было – пожалуй, стоило озаботиться окрестностями столицы, а то вскоре у Пергама останется только голая земля…
Вот вдалеке показались ослепительно белые стены Пергама и уже отсюда, с далёкого холма было заметно сильное оживление у Южных ворот. Эвмен дал приказ остановиться и перестроиться – пора было начинать триумфальный марш. Колонны начали стремительно перестраиваться в парадный порядок – по десять человек в шеренгу, первым был Эвмен, за ним – соматофилаки с Эстархом, аргираспиды… В общем, войска перестраивались в соответствии с их социальным и военным статусом.
Приняв доклад от гонцов всех гиппархий и таксисов, Эвмен дал команду трубачу и пришпорил коня – вперёд, навстречу судьбе...
Полис, как всегда прекрасный – встретил своих защитников оглушающим гулом. Дороги в Пергаме были широкими, по крайней мере, те, что шли от ворот к центру города – с обеих сторон сейчас бесновалась толпа, сдерживаемая оцеплением из городской стражи. С крыш домов летели лепестки цветов всех размеров и оттенков, благо, целые букеты до марширующих колонн не долетали – находились те, кто пытался докинуть…
Эвмен, в начищенных доспехах, в шлеме, махал правой рукой, оглядывая толпы радующихся людей. Приходилось крепко удерживать коня – гул был такой, что даже тренированный боем, он нет-нет, да норовил понести. К счастью, всё же обошлось – копыта коня зацокали по гранитным плитам Центральной площади. Впереди простирался дворец, напротив него – храм Зевса, одно из поздних – не столь великих, как их предшественники, чудес света. И всё же он поражал воображение своим величием, словно соревнуясь с дворцом в красоте.
Войска заходили на площадь и строились напротив дворца, чудо, но даже ополченцы вставали достаточно ровно. Наконец, когда все построились, Эвмен под взглядами тысяч и тысяч людей, заполнивших площадь до отказа, тронул коня, и остановился у мраморной трибуны, на которой стоял отец в окружении аристократов. Немного подождав – пока уляжется гул голосов, Эвмен начал речь.
- Царь, твой приказ был выполнен… - началась самая нелюбимая им часть торжества – долгое и нудное расхваливание доблести пергамских солдат, величия царства… К счастью, заученные слова сами собой срывались с уст – умом Эвмен был занят совершенно другим.
Аристократы… С ними надо было что-то делать, слишком большое влияние они имели, слишком большие финансы держали в своих руках. И, вполне логично, что чем больше денег сосредотачивалось в их руках, чем больше власти прибирали они в государстве, тем меньше им был нужен царь… Гражданские войны часто разрывали Эллинистические полисы – слишком много противоречий сталкивалось между аристократами и самодержцами.
Однако было одно важное «но» - никто из правителей не опирался на простое население. Нет, на словах это делали многие, но в реальности воевали, в основном, наёмниками. И те, и другие. Однако простое население могло стать достойной опорой хотя бы потому, что имело неистребимую ненависть к аристократии. Ведь только дурак не понимал, кто продавливает законы о наследственном рабстве, о закабалении за долги, кто действительно устанавливает правила игры для простолюдинов.
В том и заключалась сущность этой, можно сказать, религии – прибыль ради сверхприбыли. Аристократы не останавливались ни перед чем, даже перед открытым ослаблением мощи своего родного полиса или государства. Не одна древняя держава была уничтожена из-за подобного дикого отношения к своей родной земле, и уж совсем всё усугубляли религиозные деятели, преследовавшие точно такие же цели… К счастью, на жрецов какую-никакую управу всё же находили, да и влияние религии в традиционно эллинистическом обществе было относительно невысоко…
Знамя. Простым людям нужно было знамя – человек, который поведёт их по этому тяжёлому пути. Человек, который встанет над системой, а не будет её частью, но аристократы не позволят подобному случиться – пока, естественно, они имеют силу на что-то влиять. Но стоит начать решительную борьбу, дать простым гражданам надежду на сытую и спокойную жизнь – и у трона появится новая, невиданная доселе поддержка - поддержка народа.
Что же, Эвмен был готов принять подобный вызов.
* * *
Перед городскими воротами Эфеса выстроился парадный караул из городской стражи, ворота были распахнуты настежь. Время шло к вечеру – солнце стремительно катилось к горизонту. Благо, и зной совсем спал, оставив после себя только приятное тепло, вскоре, однако, готовое превратиться в ночную прохладу.
- Смотри, Эстарх, и караул построили, - хохотнул Эвмен. Хотя было не до смеха – вот и думай теперь, то ли это расторопность аристократов, то ли прокол Аристея…
- Ну, положено же, стратег, - флегматично ответил гиппарх.
- И то верно. Ладно, давай команду о входе в город.
Послышался короткий взрык трубы.
- Давай-ка с соматофилаками проедем вперёд, интересно мне, какими байками нас на этот раз попотчуют… - Эвмен пришпорил своего скакуна.
Соматофилаки ринулись за стратегом, поднимая клубы пыли – в город. Уже у самых ворот Эвмен придержал коня – не налётчики же, надо, как-никак, солидно заехать… Тут же, недалеко от ворот, стояла делегация аристократов, ворота и пространство перед ними держало оцепление из городской же стражи. Видимо, чтобы никто не помешал встрече. Хотя не было заметно, чтобы горожане были особенно возбуждены… Наконец, Эвмен остановил коня прямо перед делегацией, сзади подпирали верные соматофилаки, готовые в любой момент начать бой не на жизнь, а на смерть.
- Приветствуем великого пергамского стратега, освободителя нашего свободного полиса!.. – начал речь эпистат, по крайней мере, у Эвмена было такое предположение.
- И я приветствую… Совет города Эфеса, - осторожно ответил Эвмен.
- Столь радостна стала весть о нашем избавлении от кровавого тирана Архидеоса, граждане Эфеса в неоплатном долгу перед Пергамским царством… - продолжил эпистат.
Вся суть речи сводилась к тому, что именно Архидеос вверг полис в войну, за что и поплатился головой на поле брани. И благодарный народ Эфеса с радостью принимает освобождение из рук пергамского стратега и обещает быть самым преданным союзником из всех, что когда-либо были у Пергама. Следя за толпой на улице, Эвмен не мог не заметить, какие отрицательные эмоции вызывало подобное переобувание на лету у жителей Эфеса. Похоже, горожане действительно симпатизировали своему тирану. Что ж, тем лучше.
- Эстарх, - в полголоса позвал стратег находящегося рядом соратника.
- Да, стратег? – тут же отозвался гиппарх.
- Пожалуй, - продолжил так же в полголоса Эвмен, увидев, что в ворота начали входить войсковые колонны, - нам пора избавить Эфес от его нынешнего управления.
- Приказать вырезать?.. – удивился гиппарх.
- Именно. Сами подставились.
- Прямо сейчас? – решил лишний раз перестраховаться Эстарх, опасаясь, что может неправильно понять приказ.
- Да, соматофилаки, я думаю, с этим быстро справятся.
Пара коротких команд… И соматофилаки врезались в толпу аристократов, без пощады вырезая безоружных людей. Вся площадь словно застыла – эфесские горожане не двигаясь, смотрели на соматофилаков, деловито осматривавших тела – мало ли кто ещё был жив? Да колонны пергамских войск всё так же двигались к центральной площади – в эфесских казармах место для поредевшей армии нашлось. Городская стража и вовсе оказалась в сильно неловком положении – вроде и надо было защитить своих сограждан, но и желания нет, и пергамские солдаты не располагают к такой глупости. Потому стражники решили дипломатично продолжать охранять порядок.
- Народ Эфеса, я привёз тело Архидеоса – и он, и ваши сограждане погибли смертью храбрых. Ни один эфесский солдат не сдался на поле боя – все бились до последней капли крови. И я, как видевший подобную доблесть, счёл невозможным слушать столь ужасающую ложь о павших… Завтра состоятся похороны Архидеоса, на которых я лично отдам дань уважения столь бесстрашному стратегу и его армии, набранной из граждан вашего великого полиса!
Проговорив всё это, Эвмен тронул коня – пора было располагаться во дворце, дел предстояло немало. Речь, конечно, так себе, но пришлось придумывать на ходу – не ожидал, не ожидал стратег, что аристократы настолько оборзеют, фактически подставив своё горло под нож. Ну, баба с возу – кобыле легче. Можно было начинать, ммм… пергамизацию? Эфеса.
А вот дворец Эвмена разочаровал – невнятные колоннады, побелка вместо мрамора, словно и не дворец, а вилла богатого горожанина в сельской местности… Впрочем, внутри обстановка была вполне себе царской – и великолепная лепнина, и просторные залы, и даже уютная библиотека, сразу оккупированная Эвменом на нужды кабинета. Конечно, почитать ему вряд ли удастся, но знакомая обстановка его кабинета в Пергаме грела сердце.
Дела, дела, дела… Уничтожив аристократов Эвмен сильно облегчил себе жизнь в будущем, но и сильно осложнил в настоящем – приходилось искать замену погибшим на ходу, что сказывалось на скорости исполнения поручений и общем качестве работы. Накормить войска удалось только после полуночи, благо, завтра, вернее, уже сегодня, они будут спокойно отсыпаться до обеда. Чего не светило Эвмену. Зато контрибуция получилась очень щедрой – убитые аристократы предоставили все свои сбережения в казну царства, равно как и земли, и рабов, и всё прочее имущество. Пергамское царство было перед ними в неоплатном долгу…
Всю ночь Эвмену пришлось налаживать работу административного аппарата города. Дело откровенно скучное, неблагодарное и трудоёмкое… К счастью, к утру с большей частью проблем разобраться всё же удалось, но лечь поспать Эвмен не успел.
- Стратег, пришёл гиппарх Эстарх, - заглянул в комнату соматофилак.
- Впускай.
- Стратег, погребальный костёр приготовили, тело Архидеоса уже на месте, сейчас читают молитвы жрецы.
- Ну что ж, пойдём на площадь.
Эвмен с Эстархом двинулись под охраной десятка соматофилаков – всё же город только перешёл под контроль Пергама, к выходу из дворца. В лицо ударили рассветные лучи солнца – как же приятно было выйти на улицу после бессонной ночи именно в это время, когда утренняя прохлада ещё приятно ласкала кожу, а уже вышедшее солнце лишь согревало, а не палило с небосклона….
На площади, в окружении караула аргираспидов, уже стоял погребальный костёр с телом. Вокруг толпились горожане – похоже, своего тирана люди действительно любили и уважали. По крайней мере, вся площадь была забита под завязку, хотя, казалось бы, только вчера город был захвачен, а аристократия вырезана на глазах у людей. Что ж, это доказывает правильность идей Эвмена – опираться на аристократию далеко не лучший выбор, если хочешь создать единое, мощное государство…
Кое-как пробивая коридор в толпе, соматофилаки расчищали путь для Эвмена с Эстархом. Люди, видя вооружённых солдат, пытались расступаться, но получалось не очень – толкотня была ужасная, не заметившие соматофилаков люди сердито толкали пытающихся расступиться обратно. В общем, всё как обычно… Но, наконец, стратег с гиппархом подошли к оцеплению аргираспидов. Жрецы как раз закончили свои молитвы – к подножию костра уложили принесённых в жертву животных.
- Стратег, прошу… - обратился, судя по всему, главный жрец. И не разберёшь особо – все бородатые, все одеты в одинаковые балахоны… Надо будет узнать.
Эвмен, поднялся по специально приставленной лестнице – костёр высотой примерно достигал человеческого роста, и пробрался по скользкому от масла хворосту к телу. Он долго думал, как выразить своё уважение, что сказать людям и, как ему казалось, придумал наилучший выход. Оглядев толпы людей, затихшие в ожидании речи, Эвмен слегка улыбнулся – её не будет.
Стратег молча поклонился – в пояс, телу Архидеоса, постояв так несколько мгновений, он выпрямился и вложил золотую драхму в рот мертвецу. Всё в гробовой тишине – ни вскрика, ни кашля, все молча наблюдали за стратегом. Спустившись, Эвмен протянул руку – ему тут же дали факел, и подпалил хворост. Огонь, пару мгновений словно в задумчивости, нехотя расходился по древесине, но, дойдя до промасленного хвороста, с невероятной мощью полыхнул во все стороны, охватив весь костёр. Люди, стоявшие вблизи, торопливо отпрянули – так дохнул жар на окружающих.
Всё так же в тишине Эвмен двинулся обратно во дворец.
- Эстарх.
- Да, стратег?
- Приготовь пару десятков соматофилаков – хочу проведать одно из чудес света.
- Ты про храм Артемиды? – на всякий случай уточнил Эстарх.
- А в округе есть другие?
-Нет, стратег. Может, взять пару гиппархий?
- Эстарх, тебе дай волю, ты всю армию туда притащишь. Дай людям отдохнуть. Пары десятков соматофилаков хватит – врагов на этой земле у меня осталось немного, и они пока не готовы к выступлению…
- Надеюсь… -под нос пробормотал Эстарх, подумывая о том, чтобы всё же прихватить хоть одну гиппархию – просто пустить их в паре километров позади отряда, чтобы стратег не узнал.
* * *
- Ты же понимаешь, насколько сложную задачу хочешь взвалить на свои плечи? – спросил, задумчиво вертя в руке писало, Атталос.
- Отец, в противном случае нет будущего ни у Пергама, как государства, ни у эллинов, как народа! Ты же сам видишь, что мы подошли к закату! – Эвмен нервно нарезал круги по кабинету, активно жестикулируя при разговоре, - это конец эпохи эллинизма! Это конец всего, что нам дорого! Сколько ещё продержатся греки?
- Ну-ну, сынок, не надо столько патетики, - невольно улыбнулся Атталос.
- Отец…
- Я понимаю твои чувства, - продолжил царь, осторожно подбирая слова, - сядь, не мельтеши!
Эвмен послушно сел на стул у рабочего стола Атталоса, и с ожиданием уставился на отца.
- Так вот, я понимаю, что ты чувствуешь и хочешь сказать, но… - вздохнув, Атталос продолжил, - ты всерьёз думаешь, что до тебя об этом никто не задумывался?
- Александр Великий…
- Александр в деле управления государством не интересовался такими материями, - оборвал сына царь, - стратегом он был великолепным, но вот правителем… Все его действия были направлены на ассимиляцию аристократии, ты же хочешь перекроить весь порядок вещей.
- Я уже начал…
- Вот именно, ты начал, - оборвал Атталос, - ты начал, но не подумал. Вернее, обдумал далеко не все тонкости. Ты слишком поспешил.
- Ты о пергамской аристократии?
- Именно.
- Вряд ли они догадываются…
- Пока что нет, но как только мы начнём действовать, они поймут, куда дует ветер и вот тогда мы хлебнём лиху. Аристократы намного сильнее, чем ты думаешь, сын.
Замолчав, Атталос отпил вина – пересохло горло, Эвмен терпеливо ждал продолжения, обдумывая сказанное.
- Думаешь, что ты первый, кто хочет создать такое государство? Нет, попыток было немало – и в те времена, когда государства только начали складываться, и много позже. И знаешь, что всех остановило?
- Что?
- Война.
- Я не собираюсь…
- А о тебе никто не говорит, Эвмен, с таким государством начинается кровавая война. Война всех соседей – уничтожение и выжигание – да-да, отравленных свободой людей будут без пощады уничтожать, сын. Те, кому всё же посчастливится остаться в живых, будут обращены в рабство. Вот какова будет цена нашего поражения. Аристократы не потерпят подобного «солнечного» государства, оно будет разжигать постоянные восстания на их земле, нет, завоёвывать ты ничего не будешь – области сами начнут откалываться от соседних с Пергамом государств, этого будет более чем достаточно для того, чтобы настроить против Пергама и царей. И если сначала на нас просто обрушится страшная экономическая блокада, и под страшной я подразумеваю действительно тяжёлую блокаду – не чета той, что нам устроило кольцо полисов сейчас, то отделение пограничных областей уже приведёт к войне. На нас навалятся мощнейшие государства Азии и Европы, и я не вижу особой возможности выжить в таких условиях.
- Об этом я не задумывался… - ответил Эвмен, он был немного ошеломлён – о таком он действительно не думал, таких последствий он не видел.
- Подумай, сын. Будет так, как ты скажешь – я поддержу тебя. Сейчас мы ещё можем дать задний ход – уничтожение местной аристократии в захваченных полисах дело нечастое, но вполне обычное. Просто посадим в этих городах пергамских. Тем более что в Эфесе у тебя было моральное право их уничтожить…
- Я не готов дать ответ сейчас, отец…
- Я не тороплю, обдумай всё хорошенько, через пару дней скажешь. Ты с женой-то встречался?
- Ещё нет…
- Так какого… Ты ко мне пошёл сначала?
- Государственные дела…
- Пара часов в государственных делах ничего не решают, иди, она так ждала тебя…
- Всё, тогда я ухожу.
- Уходи-уходи, - пробормотал Атталос, уже уставившись в бумаги.
Выйдя из кабинета, Эвмен наткнулся на стоящую неподалёку жену. Да, она не считала какие-либо свои дела важнее мужа… стратег почувствовал, как краснеет от стыда. Аргираспиды дипломатично смотрели в коридор, словно не замечая возникшей неловкости. Эвмен подошел к Кахине, не зная, с чего начать…
- Здравствуй, муж, - да, даже нормально пообщаться на чужих глазах было невозможно, ох уж этот этикет…
- Здравствуй, жена, - ответил Эвмен, и, подхватив её под руку, повел в личные покои – чтобы можно было поговорить с глазу на глаз.
Да, слишком часто, к сожалению, мы понимаем, сколько для нас значат наши родные слишком поздно. Эвмен стал принимать жену как должное, да, он её любил – что было нечасто для царской четы, она любила его, но годы стирают чувство важности человека, особенно, когда он всегда рядом, как бы парадоксально это не было. И сейчас он это внезапно понял… В тридцать лет Эвмен всё ещё не имел наследника – первенец погиб при рождении, второго, мальчика, унесла эпидемия, не жалевшая ни простолюдинов, ни богачей, ни царей… Впрочем, для царской четы возраст ещё вполне вменяемый.
- Прости, я решил сначала поговорить с отцом… - сразу начал Эвмен, едва они остались наедине.
- Ничего, я понимаю, государственные дела для правителя должны быть на первом месте, - помолчав, она словно через силу продолжила, - я о тебе волновалась…
- Что со мной может случиться, - улыбнулся Эвмен, - как же я могу покинуть тебя.
- Эвмен, у меня есть новость. Я ещё никому не говорила…
- Что такое? – Эвмен, слушая, копался в еде на столе – виноград – нет, сыр – нет, хм, что бы съесть…
- Я беременна, - сказав это, Кахина встревоженно посмотрела на стратега – и почему она всегда так делала, его реакция была всегда одинаково положительна…
- Это же великолепно! – рассмеялся Эвмен, бросив многострадальный стол, он обнял Кахину, и, всмотревшись внимательно в глаза, поцеловал. Дети… Он мечтал о большой семье.
Остальной день прошёл в беготне – как не хотелось Эвмену остаться с женой, особенно после такой новости, надо было обустроить армию у Пергама – война ещё не закончилась, впереди был поход на Вифинию… В свои покои Эвмен попал только ближе к полуночи, кое-как раздевшись, он лё г рядом с женой, приобнял её – Кахина не спала, ожидая его.
- Тяжёлый день? – тихо спросила она, прижавшись к Эвмену покрепче.
- Да… Ничего, не беспокойся…
- Не могу, у наследника престола слишком опасная жизнь, чтобы перестать за него беспокоиться…
- Не бойся, всё будет хорошо, - улыбнулся Эвмен, и, хоть всё скрывала ночная тьма, он был уверен - Кахина знала, что он улыбнулся...
- Кахина… Ты не спишь? – спросил после долгого молчания Эвмен.
- Уже нет, - сонно пробормотала она.
- Извини… Я хотел спросить… Я сейчас стою на распутье… Не знаю, что решить…
- Хочешь знать моё мнение?
- Да.
- Слушай сердце. Когда бессильна голова, оно помогает принять правильное решение.
- Сердце… - с сомнением протянул Эвмен.
- Боги, какой же ты бываешь глупый, - вздохнула Кахина, - прислушайся к себе и выбери тот вариант, который чувствуется, как лучший.
- Но как же ты…
- Ты же знаешь, что я всегда тебя поддержу.
- Да, знаю, - довериться сердцу…
Эвмен, ещё раз всё взвесив, принял решение и, успокоенный, вскоре заснул.


послесловие:решил попробовать написать главу с "телепортациями" во времени, прочитавших прошу отписаться - получается ли цельная картина повествования, или подобный приём только путает вас, не давая сосредоточиться на сюжете. По моему замыслу, подобный ход должен наоборот накалять внимание...

[Shtusha1]

ГЛАВА 4: НОВЫЙ ШАНС

Все еще чистая писанина - я решил расширить произведение до трех частей (вторую и третью, наверно, запихаю уже в творческий форум), а для этого надо создать более информированную и широкую базу в первой части. Извиняюсь перед теми, кому интересно только прохождение кампании и обещаю перейти к действиям кампании уже в следующей части. Итак, сама глава...

ГЛАВА 4: НОВЫЙ ШАНС (Reveal)

- Стратег… Я ждала тебя. И даже догадываюсь, зачем ты пришёл.
- Как может столь прославленный оракул не знать, зачем пришёл к нему страждущий… Приветствую, - склонил голову Эвмен в знак почтения.
- Слава скоротечна и обманчива, стратег, для большинства людей, к чьему числу принадлежу и я...
Она приняла его в той же комнате, но теперь в глазах не проблескивали смешинки, оракул была предельно собрана и внимательна. Храм всё так же встретил Эвмена пустотой, всё так же горели лампады на алтарях, всё так же жрецы с охраной, проводившие его в комнату, словно растворились в воздухе… Впрочем, в постоянном мраке храма пропасть с глаз было легче, чем казалось.
- Иметь неземную красоту и божественную мудрость при жизни – многие ли откажутся от подобного? - улыбнулся стратег.
- Лестью свой путь не вымостишь, стратег, - рассмеялась, немного оттаяв, оракул, - зачем же ты пришёл ко мне, если всё решил?
- Мне показалось, что нужно… - замялся Эвмен, подбирая нужные слова.
- Засвидетельствовать это в храме?
- Не совсем, я хочу сказать это тебе.
- Хорошо ли ты всё взвесил, стратег? Помни, боги очень жестоки и отбирают то, что пожелают, и цена часто бывает запредельна, - оракул, снова став серьезной, внимательно смотрела стратегу в глаза.
- Да… Я готов, - помолчав, Эвмен ещё раз обдумал всё хорошенько, оракул терпеливо ждала продолжения, - я даже готов отдать божественную сущность своей власти… Готов на всё.
- На всё… Хорошо, стратег, боги услышали тебя.
Эвмена на мгновение охватило ужасное чувство тоски и одиночества, но оно тут же пропало, оставив после себя лишь испуг и опасение, которые он попытался скрыть от оракула. Впрочем, взглянув ей в глаза, стратег понял, что она всё видела. И мог поклясться, что она его жалела. Но не потому же, что увидела эту краткую вспышку слабости?
- Это… Всё? – хмуро спросил Эвмен.
- Да, стратег, теперь твоя судьба в твоих руках. Но помни о договоре – боги жестоки и выбор их может пасть на всё, что угодно их бесконечной воле…
* * *
- Отец, - почтительно склонил голову Эвмен, заходя в его рабочий кабинет. Соматофилак по знаку царя закрыл дверь, оставив их наедине.
- Ну что, уже решил? – Атталос стоял у открытого окна и смотрел на Пергам, потягивая вино – начиналась заря.
Хотя разглядеть лучи солнца было трудновато – тучи, с каждым днём становились все темнее и ниже, надёжно закрывая свет от земли. Слышался приглушённый рокот грома, изредка на западе промелькивали вспышки молний, но тучи не спешили отдавать свою влагу земле...
- Думаю, сегодня всё-таки начнётся… - продолжил царь.
- Что?
- Буря, - Атталос, отвернувшись от окна, с улыбкой взглянул на сына, - я даже вижу, что ты хочешь мне сказать.
- Да? И откуда? - спросил Эвмен.
- Слишком решительный, - рассмеялся Атталос.
- Может, и так, - улыбнулся в ответ стратег, - я решил продолжать.
- Хорошо… Что ж, кое-какие мысли у меня на этот счёт уже есть, но план я предлагаю составить чуть позже – сейчас есть дела поважнее. Заодно и обдумаем всё получше, - царь сел за стол, жестом приглашая сына последовать его примеру.
- Вифиния? – Эвмен, расположившись поудобнее, пригубил вина. Ну, не совсем - Атталос пил его сильно разбавленным, так что в кувшине был скорее просто освежающий напиток…
- Именно. Что думаешь делать с армией?
- Прежде всего, надо бы найти побольше профессиональных солдат, особенно, конечно, мне не хватает кавалерии – сам знаешь, у меня только две гиппархии ксистофоров, остальное – ополченцы. С пехотой… У меня возникла интересная идея – у нас ведь очень много рабов.
- Ты же не хочешь…
- Дать им свободу в обмен на службу.
- Дать им свободу… Не знаю, - задумчиво сказал Атталос, - сомневаюсь я в их боевых качествах. Да и в лояльности, им не за что любить Пергам.
- Да, ты прав, им не за что любить вообще всю Ойкумену. Но если предложить им достойную награду в виде счастливой альтернативы рабству, они полюбят именно Пергам…
- Какую, например? Деньги? Деньгами мёртвый не воспользуется.
- Свобода не только для них, но и для их членов семьи, в случае их смерти – крупное денежное вознаграждение для семьи. Есть и ещё несколько идей, но их я предложу, если смогу убедиться в эффективности своих мер. Для пробы думаю создать один таксис – бунт, если что, не поднимут, а в бою их увижу.
- Сомневаюсь, всё-таки рабы… Да и ты не учитываешь, что среди них немало сломанных людей – такие в бою ничего не стоят, - Атталос, судя по всему, в эту затею не особо верил, - опять же, если освободим всех рабов – кто будет работать в шахтах и на плантациях? Сейчас вся экономика цивилизованных стран держится на рабском труде, Пергам не исключение.
- Ну, во-первых, мы не станем освобождать всех сразу, мы создадим ту экономическую систему, при которой рабство станет невыгодно. Варвары…
- Что варвары?
- Варвары рабов практически не используют, и у них экономика работает не хуже, чем в греческих полисах.
- Не сказал бы.
- Отец, единственный недостаток их системы в чрезмерной децентрализации – если бы они смогли создать единые государства с жесткой иерархией власти, то разнесли бы нас в пух и прах за несколько поколений.
- Сама их экономическая организация основана на сильной децентрализации, вот в чём проблема, - задумчиво произнёс Атталос, - если вводить её, мы потеряем контроль над страной, заменим диктатуру плутократии на диктатуру местных автономий, что приведёт в итоге к развалу страны, не больше…
- Отец…
- Однако, - поднял руку царь, продолжая, - проверка не помешает. Да и на начальном этапе ещё можно будет корректировать развитие. Но придётся думать и решать на несколько шагов вперёд – одна малейшая ошибка обрушит всё… Набирай таксис, мне даже интересно, что из этого получится.
- Всё выйдет так, как я рассчитываю, - уверенно ответил Эвмен.
- Конечно, не сомневаюсь, - рассмеялся в ответ Атталос, - а зачем ты вывел войска из города?
- А зачем им в Пергаме сидеть? Будем тренироваться в поле – всё же плац это не место для отработки перестроений, думаю, ещё построить форт – внешний периметр укреплений Никомедии это деревянный частокол, за него надо прорваться максимально быстро.
- И в чём интерес?
- Интерес в том, что хранится между деревянным частоколом и каменной стеной....
- Не хочешь же ты сказать, что Прусий…
- Пошёл на поводу, да, аристократы за это его щедро наградили. Собственно, именно эти финансы и позволили ему начать блокаду Пергама.
- Откуда такие сведения? – уточнил Атталос.
- У меня есть очень способный человек…
- Ты уже собственную шпионскую сеть у меня под носом построил? – восхитился царь.
- Да нет, в основном она работает за границей – в ближайших пограничных полисах, денег-то не очень много, как ни крути, на всё не хватает. Да и я, строго говоря, просто нашёл крайне способного человека.
- Как я и учил, - довольно улыбнулся в ответ Атталос, - сподвижники – основная сила правителя. Но я отвлёкся от разговора. Что тебе нужно в ближайшее время?
- Парочка архитекторов-фортификаторов, продовольствие… С денежным довольствием всё хорошо – того, что я захватил в Сардах и Эфесе хватит на полгода точно. Может, и на год, если ужаться… Ещё думаю о создании отдельной медицинской службы при армии.
- А не многовато ли? Создавать отдельное медицинское подразделение…
- Я тоже так думал, отец, но… Если бы я имел достаточно врачей, то мог бы сократить потери среди раненых на несколько сотен человек точно. Очень много погибает из-за недостатка ухода.
- Ну, тогда тебе нужны не столько врачи, сколько помощники для них. Чтобы поменять повязку, не обязательно иметь врачебное академическое образование, сам знаешь, у нас костоправов хороших раз-два и обчёлся…
- Ну, есть у меня одна кандидатура… Посмотрим, в общем.
- А «рабским» таксисом кого поставишь управлять?
- Найду среди рабов, сомневаюсь, что кто-то захочет с ними иметь дело по первости…
- В принципе, верно. Хорошо, основную часть обсудили, начинай подготовку. Если что, приходи.
- Да, отец, - Эвмен слегка склонил голову и вышел из кабинета царя.
* * *
Пергам, как всегда, был забит толпами людей – соматофилаки расталкивали горожан конями, чтобы дать проезд Эвмену с Эстархом. Кто-то в ответ грязно бранился, кто-то заведомо изменял свой путь на более безопасный, парочка совсем безумных попытались пройти напролом и получили пару чувствительных тычков пятками копий. Да, жизнь в полисах никогда не отличалась вежливостью и учтивостью…
- Эстарх, набор уже начат?
- Почти, стратег – приказы уже раздают по филам Пергама, через несколько дней набор начнётся по всему царству.
- Хорошо, что с войсками?
- Выведены в поле, сейчас разбивают лагерь.
- Так, что я ещё хотел спросить…
На глаза попалось интересное происшествие – впереди охрана аристократа забивала какого-то раба, сам аристократ, трясясь рядом от ярости, кричал что-то невразумительное. Вокруг постепенно собиралась толпа зевак. Внимание Эвмена привлёк раб – тот, в короткий промежуток времени между ударами, встретился взглядом со стратегом. И взгляд у раба был совсем не рабский – забитый или подобострастный, глаза горели яростью, да такой, что даже у Эвмена прошли мурашки по спине.
- Эстарх, прекрати экзекуцию.
Соматофилаки, подскакав к аристократу, что-то быстро начали объяснять последнему, ещё несколько телохранителей, видя, что охрана продолжает избиение, спешились, обнажили мечи и подошли вплотную к рабу, тонко намекая, что будет со следующим, ударившим невольника. Когда стратег подъехал к месту происшествия, всё было относительно улажено, по крайней мере, аристократ уже немного пришёл в себя и не требовал продолжить избиение невольника.
- Стратег… Для меня большая честь встреча с тобой, - насмешливо, чуть не кривляясь, поклонился аристократ Эвмену.
- Как и для меня большое удовольствие встреча со столь важным членом нашего общества…
- Что могло заинтересовать царского наследника в избиении простого раба?
- Причина.
- Он… Ударил меня, стратег. За что и поплатится жизнью, скот, - гневно скорее прошипел, чем сказал, смотря на раба, аристократ.
- Я вижу, он не местный?
- Нет, стратег. Это скиф – вы же знаете, как они обожают продавать своих сородичей в рабство. Я думал, что смогу сломать дикаря, но, похоже, ошибся. Что бывает нечасто… - словно между прочим, добавил аристократ.
- Я хочу его купить.
- Стратег? Со всем уважением, зачем он тебе?
- Для эксперимента, - ничуть не скривил душой, отвечая, Эвмен.
- С удовольствием, более того, я вам его подарю, стратег, - со злорадством проговорил аристократ.
Хм, кажется, под экспериментом аристократ расслышал не совсем то, что имел ввиду Эвмен. Впрочем, какая разница? Лишних денег у Эвмена не имелось, так что подобная щедрость была ему по душе.
- Эстарх, этот раб в самый ближайший срок должен быть на ногах в твёрдом сознании, как – не важно.
- Понял, стратег, - гиппарх быстро раздал несколько команд – пара соматофилаков, загрузив раба на коня, поскакали с ним в обратном направлении, распугивая людей…
- Было приятно с вами встретиться, стратег.
- Взаимно, - смотря в глаза аристократа, Эвмен прекрасно видел фальшь его слов – собственно, в последнее время аристократия особо и не скрывала своего отношения к царской семье, всё активнее разжигая демагогию о необходимости царской власти и царя вообще…
* * *
- Доказать, что мне можно доверять, значит? – Ишпакай, на бегу сплюнул тягучую слюну – таксис стремительно продвигался в самое сердце вифинских земель.
Если быть точнее, то бежал – коней им не выделили, и регулярным-то войскам их не хватало, кто же даст подобное богатство рабам… Поэтому приходилось идти на своих двоих, что было не так легко – стратег действительно постарался и расщедрился на снаряжение – кольчуги, тяжёлые бронзовые кирасы, махайры и щиты-туреосы, хорошие пергамские шлемы. Создавалось впечатление, что из рабов Эвмен решил создать новые элитные войска… Или он просто игрался. Ишпакай был достаточно опытен, чтобы понимать, что он ещё слишком плохо знает стратега. Но не согласиться он не мог – подобные предложения даются раз в жизни, это был его второй шанс. По крайней мере, Ишпакай так считал.
У бегущего рядом солдата звякнул кинжал, Ишпакай, извернувшись на бегу, ударил в сочленение доспеха нерадивому вояке, тот, сбившись, чуть не упал. Кое-как выровнявшись, он продолжил бежать – слегка согнувшись от боли и кое-как проверяя, не может ли звякнуть ещё что-то. Видевшие это солдаты последовали его примеру – характер у Ишпакая был тяжёлый, как и удар – прочувствовавшие это раз, не стремились повторить подвиг вновь.
Провести таксис через границу тихо ему, к сожалению, не удалось – Вифиния активно готовилась к обороне, всё пограничье тщательно прочёсывали постоянные разъезды, что, с одной стороны, было хорошо для Прусия. С другой – плохо. Видимо, тиран ещё не достаточно хорошо понял характер стратегии Эвмена, который в последней кампании действовал на редкость решительно, громя главные силы противника, пока те не объединились – и сейчас Прусий подставлялся под такой удар. Особенно в свете того, зачем послал своих махайрофоров эпилектов стратег. Ишпакай ухмыльнулся - ну и названия у этих греков…
Эвмен, как понял таксиарх, решил молниеносным ударом занять чёрный город, правда, что это ему давало, Ишпакай не понимал. Вернее, не знал. Ну, займут пергамские силы чёрный город, дальше-то что? Белый с ходу не взять, осаду не устроишь – каждый день будет играть в копилку тирана, чьи силы успеют собраться и пойдут на подмогу. Дальше – штурм с одной стороны и вылазка с другой, всё, поражение. Видимо, был у Эвмена какой-то козырь, о котором он не сообщил таксиарху…
- На месте, - команда шёпотом пошла по рядам назад, ещё пара мгновений и колонна встала, - привал.
Надо было дождаться разведчиков, заведомо высланных в нескольких направлениях – поскольку местные шпионы были, по словам стратега «вне досягаемости», таксису приходилось идти чуть ли не на ощупь, зная только примерное направление. Благо, тучи скрывали луну и звёзды – темень стояла невероятная. За эту ночь надо было пройти все сельские угодья – рядом с Никомедией располагался обширный лес, в котором, по плану, и должен был засесть отряд Ишпакая.
В эту ночь по всей границе внимание вифинских войск отвлекали на себя маленькие – буквально в две-три лохи, отряды пергамских войск. Таксиарх понятия не имел, сколько сил участвовало в данном мероприятии, но, судя по разгоравшимся на горизонте сигнальным огням, суматоху подобные прорывы вызывали немалую. Ишпакай гнал своих людей по кустарнику – иначе их бы давно заметили, а провал операции интересовал таксиарха меньше всего, и так уже успели наследить на пограничье, столкнувшись лоб в лоб с вифинским отрядом. Благо, хоть успели вырезать всех, очень повезло, что отряд был пешим – сидели в засаде.
Разведчиков прождали очень долго – видимо, из-за кромешной тьмы отряды заблудились… В лес прошли только с утренней хмарью, к счастью, всё же незамеченными. Что ж, пока план стратега шёл так, как он задумывал.
* * *
- Эстарх, лагерь уже разбили? – Эвмен, выехав за пределы города, вдохнул полной грудью – канализация канализацией, но от пыли среди ужасной толкотни улиц спрятаться было очень сложно. Духота настроения также не добавляла…
- Занимаются этим, стратег.
- Ровно, красиво?..
- Я… Не знаю, стратег, - растерялся Эстарх от такого вопроса.
- Ты же знаешь, что мы начинаем общеармейскую реформу?
- Реформу, стратег? – спросил все ещё растерянный гиппарх.
- Да, реформу. И начнётся она с разбивки лагеря.
- Стратег, мне кажется…
- Что это очень важная часть подготовки войск? Да, я с тобой согласен, - продолжил Эвмен, - поэтому, как только прибудут фортификаторы, мы станем учиться строить лагерь, как положено. Впрочем, пожалуй, что одного будем всегда таскать с собой. И с частоколом вокруг будет помогать.
- Частоколом?
- Да, Эстарх, частоколом, что это ты сегодня всё переспрашиваешь, не выспался?
- Нет, стратег, - гиппарх решил больше не интересоваться подробностями, итак уже появилось подозрение в невменяемости стратега, становившегося с каждым днём всё страннее и страннее…
Реформы… До захвата Никомедии Эвмен решил особо не торопиться и начать с восстановления железной дисциплины времён Александра, за последние десятилетия эллинистическая военная доктрина сильно сдала. Никто уже не помнил истинного залога успеха – гибкости и стойкости войск, наоборот, эллинистические армии становились всё более костными и неповоротливыми – во весь фронт выстраивалась гигантская фаланга, состоящая, преимущественно, из ополчения. Что из этого выходило прекрасно показали Сарды с Эфесом – много толкотни и практическая невозможность сформировать единый фронт перед наступающим врагом. Такие армии были очень уязвимы и совершенно неуправляемы, но, к сожалению, мало кто понимал это.
Постепенно шло заимствование варварской системы боя – появились так называемые торакиты, практически полностью перенявшие тактику и вооружение дикарей с севера. И опять эллинистические армии разделились на крайности – одни стремительно начали замещать всех сариссофоров новыми торакитами, вторые в гневе отвергли подобное святотатство – как же, лес сарисс доказал свою эффективность в добивании сгнившей изнутри Персидской империи. Никто не думал о времени, а оно, между тем, стремительно шло вперёд. Менялась тактика, совершенствовалось оружие, появлялись новые империи и рушились старые и только чудом пока эти процессы практически не задевали греков…
Эвмен этих крайностей хотел избежать, создав что-то среднее – смесь фаланги и простых пехотных таксисов, способную, на его взгляд, одинаково эффективно вести бой как на пересеченной, так и равнинной местности. Македоняне именно из-за неровной, изрезанной и местами горной земли к северу от Македонии не держали эффективно границу на замке – фаланга просто не могла удержать строй в подобных условиях, чем пользовались варвары, каждые несколько поколений устраивая великие походы на юг. Одно из которых и вовсе чуть не стёрло Македонию с лица Ойкумены…
Учитывая, какую заваруху начинает стратег, Пергаму понадобится сильная, профессиональная армия, способная вести бои как на пространстве всей Малой Азии – как на побережье, так и в его горах и холмах. При том она должна быть быстра и способна начинать бой сразу после марша, что добавляло дополнительные сложности в организацию войск…Эвмен начинал создание принципиально новой для Малой Азии, да и для большей части государств мира армии.
Не выдержав, стратег рассмеялся вслух – слишком громкое заявление для начала…
* * *
- Ты хочешь построить крепость под Пергамом, стратег? – никак не мог понять задачу старый, седовласый уже архитектор.
- Боги, нет! Эстарх, ты-то понимаешь, что я хочу? – обратился Эвмен к единственному, как он полагал, человеку в палатке, который его понимал.
- Стратег, я… Не совсем понимаю, - осторожно открестился гиппарх.
К счастью, в палатку заглянул соматофилак, сообщив, что пришел второй архитектор, чем спас находящихся внутри от праведного гнева стратега.
- Пускай, - махнул рукой Эвмен.
В палатку вошел молодой, лет тридцати, парень. Осмотревшись, он небрежно кивнул Эвмену, признав в нём старшего.
- Меня вызывали…
- Вызывали, вызывали. Итак, задача – построить временный лагерь для войск, но максимально укреплённый и всего за несколько часов.
- Стратег, а лагерь нужно укреплять единожды, или вы намерены перенять опыт римлян? – спросил, немного подумав, архитектор.
- Опыт римлян, - заинтересованно ответил Эвмен, кажется, он нашёл подходящего человека, - хотя небольшой участок необходимо будет возвести по определенным чертежам.
- Чтобы его…
- Ну-ну, архитектор… Как зовут?
- Поликлет Младший, стратег.
- Ааа, из Эпидавра?
- Да, стратег.
- Так вот, Поликлет из Эпидавра – не стоит озвучивать все свои догадки на людях, да и в одиночестве. Архитектор, - обратился Эвмен к более опытному собрату Поликлета, - спасибо, что пришли, я вас больше не держу.
- Стратег, - склонил он голову в ответ и вышел.
- Всем, кроме архитектора, наружу, - ожидая, пока все выйдут, Эвмен рассматривал Поликлета.
Парень производил хорошее впечатление – живой, с умными, ясными глазами и, что просто отлично – понимал Эвмена с полуслова. Ещё один соратник в будущем.
- Итак… Теперь выкладывай свои мысли.
- Я считаю, что участок стены будет скопирован со стен, которые вскоре будут штурмовать наши войска…
- Так.
- А с фортом – судя по всему, война будет идти на землях, преимущественно находящихся во власти врага.
- Ну, неплохо, неплохо, - удовлетворенно сказал Эвмен, - теперь слушай, что мне от тебя нужно…
Эвмен действительно решил позаимствовать опыт римлян с фортами – необходимо было готовиться к будущим войнам, вести которые он предпочтёт на земле врага. Римляне уже показали, насколько хороша эта идея, хотя, и сами пользовались подобной организацией очень редко – в нынешней Италии для них серьёзных врагов уже не было. Бонусом это станет повышать дисциплинированность солдат – аккуратная расстановка внутреннего пространства лагеря, внешний вал, чётко организованные патрули…
- И за сколько мне надо продумать детали… Стратег?
- Завтра лагерь должен быть перестроен в соответствии с твоим планом, послезавтра должен быть поставлен основной частокол, через три дня должна встать стена с чертежа. Ах, да, - Эвмен на несколько мгновений закопался в сундук и достал оттуда несколько листов пергамента, - держи, это то, что ты должен возвести. Вопросы?
- А успею ли я…
- Поликлет, - перебил Эвмен архитектора, - ты теперь военный инженер. А военный инженер не спрашивает о сроках – он выполняет поставленные задачи за то время, что ему дает стратег. Так что если кроме этого…
- Есть ещё… На какие силы я могу рассчитывать при возведении лагеря?
- Все солдаты. Но и задача не из простых – силами армии укреплённый лагерь должен возводиться где-то за час-два. Чем меньше, тем лучше, будем корректировать по результатам.
- Не уверен, что за один раз будет возможно…
- А у тебя не один раз будет. Но если в итоге не выполнишь задачу – повешу на центральной площади Пергама как последнего вора.
- Я… - запнулся Поликлет, подбирая слова, - могу отказаться?
- Нет.
- Тогда вопросов больше нет…
- Отлично, не задерживаю тебя. Позови Эстарха и подожди его снаружи.
Архитектор, что-то напряженно обдумывая, вышел из палатки – едва не промахнувшись мимо выхода…
- Стратег…
- Эстарх, обеспечь архитектора отдельным шатром со всем необходимым, охрану – как у меня. Головой за парня отвечаешь.
- А что ему нужно?
- Откуда я знаю, у него спроси! Эстарх, что ты сегодня такой заторможенный?
- Понял, стратег, это всё?
- Да, выполняй.
Откинувшись на спинку стула, Эвмен вздохнул – надо обдумывать, что делать дальше. Так, войска заняты на три дня, можно заняться другими делами… Внезапно потянуло домой, к жене, на Эвмена навалилась невероятная тоска. Но усилием воли он задавил подобный взбрык чувств – не время и не место.
Обдумав всё хорошенько, Эвмен решил съездить к оракулу – почему-то ему казалось, что сделать это необходимо…
* * *
- Отец, ты хотел меня видеть? - Эвмен зашёл в кабинет отца.
- Вечно тебя не найти, когда это нужно, - проворчал в ответ Атталос, - у меня просто прекрасные новости.
- Было дело… - ответил Эвмен, - какие?
- Дело… Знаешь, что пелопонесская война затихла?
- Теперь – да... И пока не вижу для нас выгоды.
- По сути, её и нет, кроме одного – и македоняне, и греки распустили своих наёмников, судя по всему, перемирие там воцарится надолго.
- Начинаю чувствовать, куда ты клонишь… С чего они прекратили войну?
- У греков появилась заноза в виде Спарты, решившей, судя по всему, восстановить былое величие. Пока что они действуют вполне успешно – Афинский союз выбит с Пелопоннеса , посмотрим… А Македония потеряла контроль над Византием – олигархическое восстание…
- Хм.
- Да нет, это даже для них странно – думаю, что там есть какие-то подводные камни, не всё мы знаем…
- Ну, это хорошо – пусть воюют дальше, хотя македонские войска у наших границ мне не очень нравятся, конечно.
- Тут проблем особо нет – Филипп не намерен начинать войну – я договорился о поставке нам боевых коней, сможем позже сформировать несколько гиппархий.
- Ааа, - махнул рукой Эвмен, - в основных боевых действиях они мне не помогут.
- Ну, задел на будущее неплохой, да и надо начинать разведение боевых коней в царстве – в будущем мы не сможем рассчитывать на союзников.
- Да… Это всё?
- Нет, теперь самое главное, все наёмники - фракийцы и достаточно большое количество эллинов, вчера прибыли в Пергам. Слава о нашей заварушке дошла до Эллады.
- Так, и…
- Да, у наёмников есть две гиппархии фракийских всадников.
- Это которые…
- Именно. Принимай пополнение, сын, - довольно улыбнулся Атталос.
Так в армию Эвмена попали две полнокровные гиппархии фракийцев – их стиль боя был схож со стилем тарантинцев – засыпать дротиками и вырезать оставшихся в живых. Но в плане качества вооружения и доспехов, боевых возможностей они сильно превосходили подобные греческие силы. Впрочем, что с них взять – фракийцы, сыны Ареса…
- Всё, я пошёл, - Эвмен хотел успеть проведать Кахину, а то опять только и делал, что бегал по делам, словно и не было у него жены…
- Хорошо, гиппархии я отправил к тебе в лагерь.
Поворот, прямо, поворот, поворот… И вот двери его покоев под надёжной охраной аргираспидов, солдаты слегка склонили головы, пропуская Эвмена внутрь. Стратег зашел в зал, аккуратно прикрыв за собой двери.
- Кахина! – почти сразу же его жена вышла из их покоев.
- А что ты… - удивленно начала она.
- Выкроил пару часиков для нас, - улыбнулся Эвмен.
* * *
- Стратег! – послышался голос Эстарха из-за двери.
Только добравшийся до кровати Эвмен едва заметно выругался – вроде вот она, Кахина, ждёт, но… Вздохнув, он, под рассерженным взглядом жены вышел из покоев, аккуратно притворив дверь. Да, его не смогли оставить в покое и на полчаса.
- Эстарх, если это что-то не срочное, я откручу тебе голову, - добродушно приветствовал гиппарха Эвмен.
- Я по поводу раба, стратег.
- Какого раба?.. Ааа, боги, и угораздило же его окрепнуть именно сейчас. Ладно, он здесь?
- Да, стратег, ждёт в коридоре.
- Заводи, - сказал, вздохнув, Эвмен. Дело, к сожалению, действительно было срочным – времени до выступления было всё меньше.
Эстарх завёл звенящего цепями раба в комнату – обритый, во множестве шрамов и свежих ссадин и порезов, он всё ещё не был сломлен. Злой взгляд впился в лицо Эвмена, внимательно изучая нового… Нет, не хозяина – у этого человека хозяина быть не могло. Скорее врага. Ну, пока что – Эвмен был уверен, что сможет превратить этого человека в одного из своих сподвижников, ведь именно такие люди ему понадобятся для окончательного разрушения старого строя, злые и решительные…
- Эстарх, а почему он с ног до головы закован? – недовольно спросил стратег.
- Буйный.
- Плевать, прикажи расковать.
- Может напасть, стратег, - предупредил Эстарх.
- Ничего, не нападёт. Зови кузнеца.
- Стратег, может, всё же…
- Нет, не надо. Ничего мне не грозит, Эстарх, всё, иди выполняй.
- Понял, - склонил голову Эстарх и вышел, притворив за собой двери.
- Не хочешь поесть? – обратился Эвмен к рабу.
Тот молча наблюдал за стратегом.
- Зря, готовят здесь прекрасно, - продолжил Эвмен, выбирая себе что-нибудь съестное, - особенно ярко это чувствуется после той баланды, которой кормят в войсках. Или в рабстве… Удивительно, но качеством и та, и другая еда очень схожа. Итак… Если хочешь, перейдём сразу к делу.
А дело шло к обеду. Эвмен, выбрав-таки блюдо с какими-то мясными закусками, уселся за стол, подумав, добавил ещё и кувшин вина. Раб всё так же неподвижно стоял у дверей. Стекло в окнах задребезжало от раската грома, мгновением позже небо расцветила молния. Начал дождь.
Когда Эвмен закончил сервировку стола, в комнату ввалился Эстарх с кузнецом.
- Стратег… - задыхаясь, начал гиппарх.
- Ты что, бежал сюда, что ли? – удивился Эвмен.
- Что? Нет. Кузнец, - показал рукой гиппарх. Впрочем, тот уже сноровисто расковывал раба.
- Быстро нашёл его… У нас что, есть кузница на этом этаже? – удивился Эвмен.
- Я не знаю, стратег…
- Всё, готово. Стратег, если не возражаете, - обратился кузнец к Эвмену приятным баритоном.
- Да-да, конечно, я больше тебя не задерживаю. Эстарх, передай приказ продолжать учения.
- Понял, стратег, - посмотрев с сомнением на раба, гиппарх вышел из комнаты. Явно накажет аргираспидам внимательно прислушиваться к происходящему в зале…
Раб тем временем аккуратно растирал конечности – судя по ссадинам и стёртой местами до мяса коже на руках, ногах и шее, цепи на нём висели очень давно. Наконец, заметив, что стратег за ним наблюдает, раб прямо взглянул ему в глаза. Вроде, злобы стало поменьше, хотя Эвмен не был уверен.
- Может, всё же присоединишься? – вновь спросил Эвмен, - в любом случае, я уже даровал тебе свободу. Так что можешь быть покоен – ты равный гражданин.
- Как бы не так, - ответил с сильным акцентом скиф. Постояв, он, наконец, последовал приглашению, сев за стол напротив Эвмена.
- Ну, пока, конечно, нет, но я могу дать тебе возможность им стать. И даже больше…
- А если я откажусь? – скиф смотрел, как Эвмен неспешно ест, но сам к еде не притрагивался.
- Тогда я тебя отпущу на все четыре стороны.
- И что за предложение? – спросил после недолгого молчания скиф.
- Возглавить таксис, в будущем – армию.
- Неожиданное… Предложение, - запнувшись, ответил скиф, - и кто же встанет под команду раба?
- Другие рабы.
- Не уверен, что они станут хорошими солдатами… - с сомнением ответил скиф, - им не за что бороться.
- А как на счёт свободы для них и их семей и выделения земли на поселение с денежным довольствием?
- Это может разбудить жар сердец… У тех, кто не погас полностью.
- Как же мне тебя называть, таксиарх? – продолжал Эвмен, обедая.
- Моё имя Ишпакай… Стратег.
- Эвмен, - склонил голову стратег, - итак. Тогда вот тебе задача – из государственных рабов отбери себе людей – тех, с кем вскоре пойдёшь в бой. Сделать это надо за сегодня-завтра. Нет, за сегодня… В приоритете – бывшие солдаты и наёмники, учитывай, что на подготовку будет очень мало времени. Подобранных людей стразу организуй в лохи и отправляй в военный лагерь, для этого я дам тебе людей. Закончив, придёшь ко мне на доклад. Не позднее завтрашнего утра. Можешь приходить и ночью. Так, пока что всё. Вопросы?
- Мне нужны соответствующие полномочия.
- У моих людей есть нужные грамоты, впишешь своё имя.
- Тогда всё, - подумав ,ответил скиф.
- Значит, говоришь, грамотный? – усмехнулся Эвмен, - ладно, можешь не рассказывать. Но, сдаётся мне, ты не простым солдатом был…
Ишпакай промолчал. Впрочем, стратег и не ждал ответа. По крайней мере, не сейчас…

[Shtusha1]

ГЛАВА 5: ПРОРЫВ
Приближаюсь к походу на Никомедию - чертовы греки заплатят за свою воинственность! Из неожиданного - Селевкиды предложили союз. С чего бы это они? Следующая глава - штурм Никомедии с обилием скриншотов!

ГЛАВА 5: ПРОРЫВ (Reveal)

Эвмен, напевая про себя въедливую песенку, гнал коня к выходу из города. Сзади, чуть приотстав, сопровождали соматофилаки. К счастью, дождь загнал большинство жителей под крыши домов, что позволяло лошадям скакать спокойно, не расталкивая грудью толпу. Стратегу всё же удалось побыть наедине с Кахиной, благо, Эстарх подхватил бремя управления учениями на часок…
Однако, всё хорошее достаточно быстро проходит, к концу подошёл и этот недолгий перерыв… Надо было навестить лагерь – после приезда в город Эвмен ещё не успел осмотреть, что же там наворотил архитектор, Эстарх с другими таксиархами и гиппархами отзывались о нём в очень… скажем так, эмоциональном ключе. Правда, чего такого мог наворотить молодой архитектор, что его все возненавидели за несколько дней, Эвмен понять не мог. Впрочем, скоро он всё увидит и услышит.
Мимо промелькнули городские ворота, отряд вырвался на равнину. Над головой сверкнула, осветив сумрачные окрестности, молния, зарокотал гром. Сзади нагнал соматофилак и, перекрикивая вой ветра и шелест дождя, попросил пустить коня шагом или хотя бы рысью – опасно. Эвмен, мгновение подумав, придержал своего скакуна, хоть и любил штормы – чтобы в лицо хлестала вода, завывал ветер, в такую погоду он словно чувствовал себя одним во всей вселенной, наедине только со своими мыслями…
Копыта коней вязли в дорожной грязи, пытавшейся, словно трясина, засосать несчастного прохожего, оказавшегося на дороге в этот бушующий день… Да, пожалуй, надо будет озаботиться дорогами – как и любое эллинистическое государство, Пергам мало заботился о коммуникациях внутри страны, хорошими дорогами были связаны только крупные полисы с портами. Заброшенные остатки Великой Персидской дороги, не обсуживавшиеся годами и даже десятилетиями, выглядели весьма и весьма недурно на фоне остальных пергамских дорог…
Второй идеей Эвмена стало создание хорошо укреплённых крепостей на важнейших дорогах – когда они будут построены, а также в ряде пограничных территорий. Рабов он надеялся использовать как военных поселенцев – застроив всё пограничье небольшими поселениями можно было обезопасить внутренние территории от мелких и средних набегов. Поселенцам будут выделяться жалование, денежное содержание на вооружение и небольшие налоговые льготы. Весьма и весьма хорошие условия для бывших рабов, вполне может быть, что на пограничье переселится и немало свободных граждан, что ж, тем лучше – в условиях постоянной опасности социальные границы быстро стираются. Что, как надеялся Эвмен, ускорит ассимиляцию рабов в пергамском обществе и не вызовет излишнего недовольства, как, например, если бы стратег попробовал поселить их вместе с гражданами в крупных полисах на тех же правах....
Да, посторонний наблюдатель мог заметить, что всё это уже было – военные поселения, крепости, хорошие дороги… Но было одно очень важное «но» - никто не вводит подобные меры на постоянной основе и в масштабах всего государства. И на это была ставка Эвмена – массовость реформ и их социальная часть. Хотя с социальной частью он пока что решить до конца не мог – слишком много тонкостей… Как только стратег решал один вопрос, из него появлялось ещё несколько и конца или края этому видно не было.
Как, как сплотить народ с профессиональной армией? Что нужно сделать, чтобы солдат воевал за свою страну и свой народ, а не за деньги? Что сделать, чтобы люди держались за Пергамское царство – все, до единого, насмерть? Пока ответов Эвмен не знал…

Наконец, отряд подъехал к лагерю… Эвмен, остановив коня, осматривал укрепления и представление перед ними. Вышли как раз к той стороне, которую укрепили по чертежам Эвмена. Получилось… Внушительно. Как раз сейчас войска продвигались вперед, таща тараны к стенам. Из-за начавшегося ливня вся земля, и так вспаханная постоянными передвижениями войск, превратилась в болото – волы вязли в грязи по самое брюхо и, бешено ревя, пытались вырваться из западни. Тараны приходилось тащить солдатам на своём горбу. Поскольку колеса таранов так же уходили в грязь, их тащили как сани на днище, что, естественно, требовало огромных усилий от солдат.
Вот, чуть погодя, от стоящей на пригорке группы всадников сорвался гонец – прямиком к отряду Эвмена.
- Стратег, гиппарх Эстарх приветствует…
- Да-да, сейчас я сам от него это услышу, - отмахнулся Эвмен, направляя коня к пригорку.
Впрочем, пару раз верный скакун чуть не соскользнул со склона, хотя уклон и не был таким уж сильным…
- Стратег, - склонил голову Эстарх.
- Ну что ж, дело идёт и это хорошо…
- Не знаю стратег, такими темпами у нас скоро появятся дезертиры – солдаты сильно ропщут.
- Боги, Эстарх, а когда солдаты были всем довольны и счастливы?
- И всё же, стратег…
- А где аргираспиды и фракийцы?
- Фракийцы у стены, - показал рукой Эстарх, - аргираспиды внутри – исполняют роль защитников.
- Ты ведь меняешь их местами в перерывах?
- Аргираспидов, стратег? Это же элитная часть!
- И что, если они охраняют дворец, то должны сражаться хуже полевых войск? Эстарх, что за диверсия? Кому продался?
- Стратег, да я.. – начал возмущённо гиппарх.
- Ладно-ладно, верю, - прервал Эвмен, - что с пополнением?
- Пока что пришли только из Пергама – полторы сотни человек, я раскидал их по подразделениям, понесшим наибольший урон. Хотя такими темпами придётся вводить принудительный набор…
- В смысле?
- Стратег, солдаты очень недовольны подобными учениями, да ещё и регулярными.
- Ну, для начала попробуем пряником их, если не сработает, то…
- Что, стратег?
- Придётся вводить жёсткие дисциплинарные наказания. Вплоть до смертной казни.
- Стратег, мы же не какие-то варвары, чтобы убивать своих солдат…
- От тех, кто заслужит смертной казни, будет больше проблем в строю, чем в Тартаре. Мне не нужны паникёры, воры и трусы в армии. Или ты думаешь, я головы резать буду всем, кто не так на меня взглянул?
- Нет, стратег… Ах да, пришло несколько лох рабов, где их размещать?
- Я же сказал, Эстарх…
- Вместе с остальными солдатами? Я боюсь, что могут возникнуть конфликты…
- Вот на тех, кто начнёт устраивать конфликты, я и опробую смертную казнь.
- И всё же, стратег, я думаю, что рабы…
- Хватит, Эстарх, не надо слишком много думать! – разозлился Эвмен, - это не рабы, теперь это солдаты пергамской армии, и если я услышу ещё раз от тебя об их рабстве…
- Я понял, стратег, - склонил голову обиженный Эстарх.
Вздохнув – сорвался, Эвмен пустил коня к укреплениям, нужно было осмотреть, как всё понял и что в итоге наворотил архитектор…
* * *
- Живее, живее, скоты, вы думаете, у нас так много времени? – Ишпакай, следил за своими людьми, постоянно подгоняя их и посматривая на солнце сквозь кроны деревьев.
К полудню морской ветер разогнал тучи, подставив влажную, размякшую за недели дождей и ураганов землю под лучи солнца. Весело перекликались птицы, шелестели, сбрасывая последние дождевые капли, кроны деревьев. Приятный, слабый ветер гулял по округе, не давая солнцу палить всё живое, пахло… Лесом, в общем-то.
В окрестностях Пергама, в отличие от Никомедии, никаких лесов уже давно не осталось, так, небольшие пролески и рощи, перемежавшиеся плантациями, полями и пустырями. Развитый полис поглощал очень много древесины, истребляя её запасы на всём побережье. Дошло до того, что начался импорт угля и дерева даже из Эллады… Эллады! И решения для подобной проблемы пока никто не предоставил – высадки новых лесов не приводили к желаемым результатам, да и расчищенные земли использовали под новые и новые плантации – олигархия жаждала всё больших доходов. Бонусом такая варварская вырубка привела к засаливанию многих земель, падению урожайности, изменению климата – ещё столетие назад погода была более-менее равномерна, теперь же долгие периоды засухи менялись долгими периодами проливных дождей…
В общем, показывала себя активная, ничем, кроме руки олигархов не управляемая урбанизация… Вифиния в этом плане выгодно отличалась от Пергама – из-за меньших размеров полиса, презрения к промышленному производству, зачастую более тёплого климата – хотя, казалось бы, не так и далеки друг от друга были полисы, леса сохранились здесь в больших количествах. Собственно, здесь были леса, а не рощи, и этим можно было всё сказать. В основном древесину использовали как строевой или корабельный лес, благо, нужные породы росли везде в изобилии…
И, как понял Ишпакай, Эвмен Никомедию хотел не освобождать от тирана, а подчинить её воле Пергама. И, как всегда, стратег хотел сделать всё быстро и аккуратно – таксиарх уже заметил педантичность и усидчивость Эвмена, его желание продумывать всё заранее, по возможности сокращая необходимые для достижения задачи усилия. Качества, которых он не видел среди тех греческих лидеров, с какими он воевал на Понте Евксинском…
- Таксиарх, мы нашли нескольких местных, - обратился к Ишпакаю гекатонтарх, рядом с ним стояли несколько крестьян и тройка махайрофоров.
- А что, я давал какие-то другие указания? – резко спросил таксиарх.
- Нет, но я подумал…
- Не надо пытаться думать, если ты этого не умеешь, гекатонтарх. Убить, тела закопать и замаскировать. И если ещё раз подойдёшь ко мне с такой ерундой, станешь рядовым, ясно?
- Да, таксиарх… - склонил голову гекатонтарх, пряча злой блеск глаз, способный выдать его истинные чувства.
Крестьяне, осознав смысл слов скифа, начали тревожно галдеть и оглядываться, ища поддержки и спасения. Однако, чудес, видимо, всё же не бывает – быстрые удары махайрофоров окончили их жизни. Тела тут же потащили к краю лагеря – закапывать.
Не то, чтобы Ишпакай был садистом или убийцей, но лишние проблемы он по возможности отсекал с корнем. Держать крестьян в лагере было незачем – две с лишком сотни солдат и так были достаточно заметны, а если учесть, что они ещё и активно валили лес и охотились на диких животных… Отпускать их под честное слово таксиарх тоже не собирался. Благо, он выставил засады на всех направлениях лагеря, это, конечно, отбирало чуть больше сотни человек от работы, но лучше медленнее и живее. Воевать с вифинской армией Ишпакай не смог бы при всём желании.
А то, что она появилась бы здесь сразу, как стало известно об отряде, было понятно и дураку…
* * *
- Красиво-красиво, но скажи мне, Поликлет, кто будет таскать на своём горбу все эти брёвна? Кто?
Эвмен, оглядев лагерь, понял возмущение гиппархов и таксиархов – весь лагерь был перестроен в соответствии с новым, чрезмерно вычурным планом, были прокопаны глубокие, замощённые древесиной рвы – для отвода воды из лагеря. Внешний периметр был больше похож на полноценные крепостные стены.
- Ты мне скажи, зачем, зачем все эти овалы, ромбы, трапеции?.. Зачем? Это военный лагерь, а не город, квадраты, максимум – прямоугольники, такими, и только такими фигурами надо располагать солдатские палатки!
- Но при штурме… - попробовал возразить Поликлет.
- Задача не штурмующим усложнить задачу, а облегчить нашим солдатам путь до стен – чтобы они добрались как можно быстрее. Поликлет, в твоих лабиринтах минотавр бы заблудился, хотя казалось бы!
- Но…
- Дальше, зачем тебе эти гигантские рвы?
- Отвод воды…
- А зачем ты расположил лагерь в низине, архитектор?! Вода уже почти заполнила твои траншеи, что ты будешь делать, когда места в них не останется? И главное, ты целую рощу на это дело перевёл! На рвы, рвы, которые не нужны вообще!
- Но мне не ставилась задача перенести лагерь…
- Тебе была поставлена задача построить вменяемый лагерь! Сколько времени заняло строительство?
- Где-то четырнадцать часов…
- Четырнадцать часов? Ты помнишь, о каких сроках я тебе говорил, Поликлет?
- Час-два…
- Кто тебя назвал выдающимся архитектором, я не понимаю!
- Со всем уважением, стратег…
- А вот у меня к тебе уважения пока нет, Поликлет, ну нет и всё! Да и откуда ему взяться, если ты полностью провалил поставленную тебе задачу? Мне не нужны твои оправдания и обиды, мне нужен готовый, в сроки готовый, Поликлет, результат!
Поликлет, всё же обидевшийся, стоял перед Эвменом в его палатке. Внутри больше никого не было – стратег решил поговорить с архитектором с глазу на глаз.
- Вот что… - продолжил, помолчав, Эвмен, - к вечеру мне нужен твой анализ – ошибки, твои мысли по улучшению организации лагеря и его строительства. Завтра мы уходим на новое место, так что обдумай всё хорошенько – придётся, судя по всему, учиться на собственных шишках…
- Я понял, стратег…
- Ах да, - окликнул Эвмен архитектора, уже выходившего из палатки, - по чертежам стену построил великолепно – я даже и не ожидал. По словам моих людей, словно кусок настоящей сюда поставили. Молодец.
Когда полог закрылся, отрезав Эвмена от дождя и грязи, он принялся за работу – обдумывать дальнейшие планы по обучению, да и без этого накопилось немало бумаг… Но, как всегда, поработать спокойно ему не дали.
- Стратег, к тебе пришёл Аристей, - сообщил соматофилак.
- У этого-то что, - пробормотал себе под нос Эвмен, и продолжил уже в полный голос, - впускай.
- Стратег… - склонил голову вошедший шпион.
- Здравствуй, Аристей. И почему мне кажется, что ты тоже с плохими новостями.
- Не всегда же мне тебя радовать, стратег, - с лёгкой улыбкой развёл руками шпион.
- Да, действительно, так не бывает... Так зачем пришёл?
- У нас две проблемы, стратег…
- Давай, не тяни, без тебя тошно, - поморщился Эвмен.
- Одна внутренняя и одна внешняя, о чём говорить в первую очередь?
- Давай внутреннюю, - пожал плечами стратег – какая, в сущности, разница?
- В Сардах готовится олигархический переворот.
- Ого… И когда они будут готовы выступить?
- Не раньше полутора-двух месяцев. У них возникают серьёзные проблемы с закупкой вооружения.
- А люди?
- Жители полиса не очень довольны тем, что руководство городом полностью отдано пергамскому эпистату и уж совсем не нравится местным строительство пергамской колонии. Восставать не хотят, но за деньги под копьё поставить вполне можно.

- И какая численность?
- Не больше тысячи, как мне кажется. Да и то, это по самому худшему сценарию.
- Хорошо… Что с внешней?
- Прусий активно шерстит Вифинию в поисках пергамских шпионов – пару моих уже поймали, если так пойдёт и дальше, то я лишусь своей агентуры в Вифинии за несколько недель. В Никомедии условия настолько тяжёлые, что я уже подумываю отзывать их обратно.
- Нет, - Эвмен, видя вопросительный взгляд шпиона, продолжил, - мне нужна вся возможная информация до самого последнего момента.
- А того, что я предоставил недостаточно, стратег?

- Я должен знать, что ничего не изменится, Аристей, иначе потерплю тяжелейшее поражение. Сам же понимаешь.
- Да, стратег, я понимаю…
- Хорошо, касательно Сард – замедляй их приготовления, как можешь и как хочешь, но так, чтобы они даже не подозревали, что это не череда случайностей…
- Я понял, стратег. Мне понадобятся дополнительные финансы…
- Сходишь к моему казначею и возьмешь, сколько тебе нужно.
- Тогда всё, стратег.
- Только… Аристей! Не наглеть!
- Как можно, стратег, - улыбнулся шпион в ответ.
- Тогда больше не держу тебя.
Оставшийся день прошёл относительно спокойно – войска были заняты учениями, Эвмен разгребал накопившиеся проблемы и обдумывал дальнейший план тренировок, обычная командирская рутина…
Ближе к ночи подтянулся и Ишпакай.
- Набрал? – перешёл сразу к делу стратег.
- Да. На вид ребята хорошие, выбирал преимущественно из бывших наёмников.
- Тем лучше. С условиями все согласны?
- Согласны, хотя и не очень верят…
- Ну-ну, что за ерунда. Смысл мне тогда всё это затевать?
- Кто его знает, - хмуро ответил Ишпакай.
- Так, таксиарх, мне такие настроения в армии даром не нужны. А если ты сам в это не веришь, как поверят в это твои бойцы?
- Трудно сразу поверить. Непонятно, зачем это тебе, стратег…
- Потому что нужно. Итак… Семьи у многих есть?
- Где-то у трети.
- Ну, на них и покажем пример.
- Какой?
- Освободим и посадим на землю. Станут вольными геоморами…
- Каковы дальнейшие распоряжения?
- Так, для начала, получите доспехи и вооружение. Возьмёшь подводы и в Пергам на оружейные склады – там тебе выделят всё необходимое, вот, - протянул пергамент Эвмен, - это соответствующее распоряжение. Смотри, не потеряй.
- И что же получать?
- Прочитаешь, там всё написано. Так, дальше – к рассвету твои бойцы должны быть в броне и с оружием. На общее построение вы идёте… И, Ишпакай, мне плевать как, но твои люди должны сообразить нормальный строй. Дальше действуете соответственно приказам. Вопросы?
- Что с обучением?
- Вместе с остальными войсками. Муштра, перестроения, штурм-оборона… Прочувствуете, в общем. Так, Ишпакай, сразу предупреждаю – у тебя будет максимум пара-тройка недель, чтобы создать из таксиса вменяемую боевую единицу, после будете проходить проверку делом.
- Если не справимся?
- Расформирую подразделение, оставшихся в живых распущу на все четыре стороны. Думай сам, в общем, что тебе нужно.
- Я понял.
- Ну, тогда, по сути, всё. Ещё вопросы есть?
- Нет, - лаконично закончил Ишпакай.
- Хорошо, тогда больше не держу тебя.
Ишпакай молча вышел из палатки – ни склонив головы, ни кивнув… Стратег хмыкнул – скифы были до ужаса гордыми людьми, считая себя равными всему и всем, даже богам. И этот-то подход ему и был нужен в новом государстве, которое он хотел построить… Подумав ещё немного, Эвмен лёг спать – завтра будет достаточно сложный день, надо было выспаться.
* * *
Ночной воздух приятно холодил кожу, пахло свежестью и влагой, округу накрыл едва заметный туман. Стратег вдохнул воздух и потянулся, слегка звякнув доспехом. Рядом стояли охранявшие палатку соматофилаки.
- Стратег…
- А, Эстарх. Уже не спишь?
- Некогда, стратег. Продолжаем, как было оговорено?
- Да, - ответив, Эвмен проводил взглядом прокатившуюся мимо телегу со звенящим содержимым – этак, Ишпакай и не успеет к подъёму…
- Хорошо, стратег.
На сегодня Эвмен запланировал марш на новое место стоянки – со строительством нового лагеря. К сожалению, начали появляться дезертиры – трое человек нынешней ночью попытались бежать из лагеря. И стратег не знал, что же с ними сделать – казнить для устрашения или просто выпороть, как рабов, унизив перед товарищами? Неправильно выбрав наказание, Эвмен рисковал окончательно подорвать и так ставший дюже мятежным боевой дух армии. Что самое удивительное, меньше всего роптали фракийские наёмники, да и то больше по привычке – на еду, условия жизни и маленькую плату. К учениям они относились в духе – деньги платят, на убой не гонят и ладно, боги с ним, этим диким стратегом.
Необходимо было каким-то образом переломить подобные настроения в «родных» пергамских подразделениях. И, честно говоря, пока кроме устрашения и наказаний Эвмен выхода найти не мог. По крайней мере, на уговоры он не слишком-то и надеялся...
В темноте разнёсся звон медных колоколов – подъём. Лагерь, только-только казавшийся сонным и практически вымершим, наполнился шумом, гамом и беготнёй. Эвмен смотрел на это действо, обдумывая речь, которую он будет говорить солдатам – как те позавтракают и выйдут на общее построение. Небо начало понемногу светлеть – заря. Впрочем, тучи, как всегда, скрывали её своим тёмным нутром, обещая продолжить поливать Ойкумену ливнями…
К рассвету войска были построены в поле перед лагерем, Эвмен, оглядев такую массу солдат, приготовился рвать глотку – надо было, чтобы все его услышали… По рядам ходило волнение, но, наконец, командиры смогли установить полный порядок – да, с дисциплиной всё ещё было очень плохо. Наконец, Эстарх доложил о построении войск стратегу.
- Солдаты Пергама!..
Эвмен, подумав, решил не казнить первых бегунов – их с позором выгонят из армии с запретом иметь личное оружие. Как и с запретом вступать в ополчение – всё, эти люди больше не были солдатами, они не были мужчинами в полном смысле слова, только рабам в Пергаме запрещалось иметь своё оружие. Они – никто, люди, на словах имеющие гражданство, но на деле полноправными гражданами не являющиеся. И стратег позаботится о том, чтобы всё это случилось с тремя дезертирами. Ставка на личную гордость здесь была сильнее, чем ставка на страх…
- За подобное позорное поведение эти… Люди лишаются права ношения оружия, лишаются права вступать в ополчение. Вы больше не мужчины, не защитники, вы хуже рабов, - обратился Эвмен к стоящим перед строем дезертирам, - вы предатели. Снять ножны! Стоящие рядом аргираспиды сорвали с солдат ножны, заведомо одетые на них поверх туник – как ещё один знак унижения. Пошли отсюда вон!
Тут же аргираспиды начали выталкивать троих бывших солдат подальше от лагеря и построенных таксисов. Один попытался сопротивляться – с чего бы это, но сильный тычок под рёбра заставил двигаться дальше. Строго говоря, это было даже хуже казни – Эвмен собирался сделать из этих дезертиров показательный пример, их будут травить, унижать, всячески смешивать с грязью и притеснять, да так, что последний ребёнок в Пергамском царстве об этом узнает...
- Однако, я дам шанс тем, кто чувствует, что не сможет выдержать подобных испытаний. Кто не хочет состоять в моей армии? Выйти из строя – сегодня я дам вам шанс уйти достойно., уйти мужчинами без потери своих прав!
Тишина… Гнетущая, давящая тишина опустилась на поле. По таксисам шло тихое оживление, все переглядывались, шептались, размышляли… Наконец, из строя начали выходить ополченцы – на взгляд Эвмена, вышло человек пятьдесят. Все смотрели себе под ноги или поверх голов, не решаясь взглянуть на товарищей или стратега. Что ж, Эвмен ожидал худшего…
- Да будет так. Вы свободны от службы. Забирайте своё оружие и доспехи и возвращайтесь домой – к спокойной мирной жизни, больше я не смею вас держать. Солдаты Пергама, - вновь обратился Эвмен к таксисам, - отныне вы – главная защита и оборона, последний оплот царства, мужчины, на чьих плечах лежит защита их семей – жён, детей, родителей… И, как от защитников, я буду требовать от вас беспрекословного подчинения своим командирам, применения всех своих сил к тому, чтобы стать достойными подобного звания! Разойдись!
Эвмен, сходя со стены – выступал на ней, как на самом высоком месте в округе, услышал словно взорвавшее тишину бурление солдат – все говорили, спорили, кричали. Долго придётся наводить порядок в подразделениях, долго…
В небе мелькнула молния, начал дождь.
* * *
За две недели перенесли лагерь четыре раза – удалось, наконец, снизить время разворачивания до трёх часов, ещё много, но в разы лучше, чем было в первый раз. Солдаты, проклиная стратега, активно тренировались – всё так же штурмовали опостылевшую стену, маршировали с утра до ночи, бились стенка на стенку… Муштра имела место только военная - без парадных маршей, солдаты учились держать строй в любых условиях и на любой местности, штурмовать укрепления и оборонять их… И хотя пока заметные улучшения произошли только в плане дисциплинированности – Эвмен, к радости своей, смог достучаться до солдат, дела шли всё лучше и лучше. Если бы не необходимость смять Вифинию в самые короткие сроки, стратег предпочёл бы тренировать своих солдат ещё парочку лет и только потом бросать в бой.
Однако всё хорошее заканчивается намного быстрее плохого, как не раз подмечал Эвмен. И период затишья подошёл к концу.
- Стратег, к тебе Аристей.
- Впускай, - кивнул Эвмен в ответ.
- Стратег…
- Аристей, - приветливо улыбнулся Эвмен, - может, хочешь выпить с дороги?
- Не откажусь, стратег…
- Прошу, - показал рукой Эвмен на стоящие на столе кувшин с вином и неказистые стаканы. Не во дворце живут, не до роскоши…
- У меня плохие новости, стратег, - продолжил, выпив целый стакан, Аристей.
- Кто бы сомневался, - хмыкнул в ответ стратег.
- Всю мою вифинскую сеть раскрыли.

- Плохо. Очень плохо… И каким же образом?
- Крот в моём ближайшем окружении…
- Уже знаешь кто?
- Нет, но он на очень высокой должности – скоро найду…
- Что с Сардами?
- Там заняты другие люди, так что всё идёт по плану. До конца вифинского похода я их удержу точно.
- И на какие сроки ты рассчитываешь?
- Месяц-полтора…
- Хорошо, наводи пока у себя порядок. Ах да, данные захватить сумели?
- Насколько я знаю, нет, стратег.
- И насколько точно ты знаешь, Аристей?
- Самые ценные бумаги были уничтожены – остались только общие отчёты о ситуации в стране.
- То есть о моих планах они ни сном, ни духом?
- Да, стратег.
- Смотри… Ладно, можешь идти.
* * *
- Не рановато? – Атталос опять осматривал город – в разрывы облаков его освещал свет, солнечные лучи расцвечивали мраморный город, делая похожим на Олимп…
- Рано, но иного выхода не остаётся. Как раз будет проверка для рабов.
- Хм, не слишком ли важное дело ты доверяешь им?
- Даже невыполнение этого плана не повлияет на развитие событий значительно.
- Смотри…
- Всё будет отлично.
- Хорошо. Кстати, есть хорошая новость…
- Какая?
- Не догадаешься никогда. Ко мне приходил селевкидский дипломат.
- Хм, и чего же такого они нам предложили?
- Союз, - улыбнулся Атталос.

- Неожиданно…
Селевкиды с давних пор считали Пергам отколовшимися от их державы повстанцами, хоть это и было глупостью – Пергам завоевал свою независимость ещё при жизни Александра, так что Атталиды, при желании, могли в подобном преступлении обвинить самих Селевкидов… Все отношения формировались в соответствии с подобными представлениями – до войны, конечно, не доходило, но…
- И чем они подкрепляют свои слова? – спросил стратег.
- Я договорился с дипломатом о поставке коней для катафрактов – как для всадников, так и для разведения и о весьма льготных правах торговли…
- И что же им требуется взамен?
- Спокойный и крепкий тыл на нашем направлении.
- И всё?
- Да, - вновь улыбнулся Атталос.
- Подозрительно как-то оно…
- Почему? По моей информации, Селевкиды сейчас не в самой лёгкой ситуации – война идёт и на востоке, и на юге, и на севере… Судя по всему, фронт на западе им нужен в последнюю очередь. Если я правильно понял, Селевкиды надеются вести торговлю через наше царство – поскольку сами находятся в сильной экономической блокаде. И это даёт нам очень много возможностей – если мы сможем провести шёлковый путь через Пергам и закрепить его, то вопрос о финансах отпадает сам собой – денег хватит на что угодно…
- Надо будет ещё удержать его на нашем направлении после того, как у Селевкидов всё устаканится…
- Время есть – этим и займёмся. Тем более, многие цели переплетаются с этой в исполнении…
- Тоже верно. Хорошо, всё решили, я пойду к жене…
- Иди-иди, а то она меня чуть не каждый день о тебе спрашивает…
* * *
- Ну, начали! – Эвмен увидел, как за одной горящей стрелой в небо взвились другие, сигнализируя по всей границе начало наступления.
Обдумав всё, Эвмен решил воспользоваться ситуацией в свою сторону – подобная операция Прусием воспримется исключительно как месть за казнённых шпионов. И этим, кстати, Эвмен показывал и пергамским шпионам, что они будут достойно отмщены… На самом же деле таксис Ишпакая под прикрытием должен был прорваться к Никомедии и подготовить за несколько недель штурмовой инвентарь, чтобы подошедшие к городу войска с ходу начали штурм – сделать это было жизненно необходимо…
- А зачем мы всё это делаем, стратег? – спросил стоящий рядом Эстарх.
- Много будешь знать, быстро и болезненно умрёшь, Эстарх.
- И всё же я не понимаю, стратег…
- Не бойся, Эстарх, через несколько недель ты всё узнаешь и увидишь собственными глазами. Это весьма забавно…
Невдалеке послышалось несколько вскриков – видимо, столкнулись с первой засадой. Да, шумиху солдаты должны были навести знатную – если пехота действовала, в основном, в ближнем пограничье, то кавалерия гекатонтархиями прорывалась в глубокий тыл Вифинии, уничтожая на своём пути разрозненные силы противника. Заодно и натопчут посильнее, чтобы скрыть следы таксиса Ишпакая, благо, местность, в основном, была каменистой…
Вот на горизонте начали разгораться сигнальные огни – сейчас начнётся потеха, в эту ночь пергамская армия соберёт богатый урожай…
- Эстарх, может, и нам прокатиться?
- Не думаю, что это хорошая идея, стратег, можем попасть в засаду.
- Экий ты ленивый стал… Ладно, возвращаемся в лагерь. Эстарх, завтра к обеду у меня должна быть информация о наших потерях – до единого человека.
- Понял, стратег. По коням! - скомандовал соматофилакам Эстарх, запрыгивая в седло.
* * *
- Эвклид, а я всё ждал вас, - Эвмен внимательно оглядел вошедшего в палатку аристократа.
- Стратег... Я прибыл сразу, как получил ваше извещение…
- Да, верю. Как дела в Сардах?
- Не очень, стратег - экономика хиреет, аристократы меня ненавидят и травят… В общем, могло бы быть и лучше, - сразу взял быка за рога Эвклид. Стратег в ответ рассмеялся.
- Что же, что же, я наслышан о твоих злоключениях, однако, вызвал тебя по другому поводу. Но… Он прямо касается твоего благосостояния.
- Я слушаю, стратег.
- Мне очень понравилось, как ты организовал медицинскую службу в Сардах.
- И ты хочешь, стратег, чтобы я возглавил медицинскую службу твоей армии? Но, насколько я знаю, никаких отдельных подразделений для этого нет…
- Нет. Но могут появиться. Итак, как я понимаю, возражений нет?
- У меня нет особого выбора – жизни в Сардах мне уже не дадут, стратег, - честно ответил аристократ.
- Что ж, тогда слушай… Мне нужна организация медицинской службы на том уровне, который позволит избежать небоевых потерь и потерь среди раненых настолько, насколько это вообще возможно в условиях войны. Для начала у тебя будет моя армия, но, постепенно, твоя юрисдикция распространится на все войска Пергама. Но, если не оправдаешь моих надежд…
- Виселица, я полагаю, стратег?
- Именно. Ну, что, берёшься?
- Это очень интересное и рискованное предложение, стратег…
- Тем не менее…
- Да, стратег, я согласен.
- Отлично. Тогда вот тебе задача… Сомневаюсь, что ты успеешь организовать всё до похода на Никомедию, однако же, ты пойдёшь с армией – увидишь всё сам, по наблюдениям накидаешь примерный план – что нужно, почему, как и зачем. Сейчас можешь уже начать искать хирургов – я предполагаю, что одного на… Два таксиса будет более, чем достаточно, однако, в конечном счёте, решать тебе. Вопросы?
- Сложно так сказать, стратег…
- Ну, ничего, тебе уже выделили палатку – заселяйся и думай. Появятся вопросы, сразу заходи ко мне – отвечу. Всё, я больше тебя не держу, Эвклид…
Смотря в спину уходящему аристократу, Эвмен прикидывал будущую организацию медицинской службы – какой видел её он…

[Shtusha1]

ГЛАВА 6: ШТУРМ (Reveal)

- Живее, псы войны! Не то всем хвосты пообщипаю! Вперёд! Живее! – Ишпакай, раздавая болезненные тычки всем особо нерасторопным, гнал своих людей вперёд - к Никомедии.
В небе виднелся серп луны, освещающий со своей высоты ночную Ойкумену. По листве гулял едва заметный ветерок, лениво ухали совы – в такую ночь надо сидеть со своей девушкой в саду, разглядывая ночное небо, усыпанное звёздами, а не воевать... Благо, собрать осадное оборудование они с трудом, но успели. Теперь надо было до утра вытащить три тарана на своих горбах из самой чащи леса. Проклиная всё на свете и особенно Ишпакая, солдаты вырубали кустарник, за ними тут же толкали тараны и несли связки фашин – закидывать ров. Тишина отошла на второй план – Эвмен шёл к Никомедии широким фронтом, охватывая все возможные разрозненные силы Прусия и наводя очередную шумиху.
Что ж, пока, насколько мог судить со своей стороны Ишпакай, всё шло по плану – вифинцы напрочь отказывались, как и другие греки, учиться на своих ошибках. И вновь их застали врасплох, и вновь они платили за это своей кровью и жизнями… Чем-то это напоминало скифу его прошлое – частые набеги на греческие полисы, неспособные придумать вменяемой защиты своих предместий от кочевников. Впрочем, эллины традиционно были слабы против кавалерии и на севере чаще всего жили только в полисах, занимаясь торговлей и морским промыслом и не пытаясь залезть вглубь скифских или сарматских земель…
Последним эллином, попытавшимся забраться в степи, был Александр. И поход его закончился ужасным, тяжелейшим поражением – было потеряно около трети войска, оставшаяся часть в небоеспособном состоянии отступила обратно в «цивилизованные» земли… Да и то только потому, что местным кочевникам не захотелось добить остатки его великого войска – так простые люди показали государю-богу, что есть препоны, с которыми не справиться даже ему… Собственно, все цивилизованные государства терпели тяжелейшие поражения в войнах со степными народами – что киммерийцами, что скифами, что сарматами. Вся тактика цивилизованных государств была основана на захвате ключевых пунктов на землях противника – важных полисов, хороших дорог для снабжения войск. Но у кочевников не было городов, не было дорог, были только бесконечные степи и невероятно быстрые конные армии, неспешно, исподволь уничтожавшие самые гигантские орды, вторгавшиеся в эти земли.
Ишпакаю, как скифу, было трудно привыкнуть к строго пехотной доктрине эллинистических государств, вот и сейчас он командовал таксисом, а не гиппархией. И, что ни говори, командовать так же эффективно, как он командовал кочевниками, Ишпакай был не способен. Пока, по крайней мере… Но, надо признать, Эвмен уже всерьёз озаботился наращиванием количества кавалерии в войсках, вопрос только, когда Ишпакай сможет сформировать нужные подразделения – воевать пехотой он не любил. Нынешний бой покажет, на что может рассчитывать Ишпакай в плане дальнейшей войны – сидеть на земле до старости ему не хотел, он воин, а не пахарь…
- Солдаты, чем быстрее выберемся из леса, тем больше будет времени отдохнуть, так что не копайтесь там, живее, живее! – Ишпакай, смотря, как медленно идёт работа, приказал работать и командирам, сам взявшись за топор. К Никомедии надо было выйти в срок во что бы то ни стало…
* * *
- Ну что, Эстарх, как тебе? – спросил, вглядываясь в зарево на горизонте, Эвмен.
То тут, то там разгорались сигнальные огни, вифинские пограничники выполняли свой долг, как могли, но что могли сделать разрозненные отряды против вторжения целой армии? С неба ярко светила луна, освещая отряд соматофилаков рядом со стратегом. Обдумав всё хорошенько и изучив карты Вифинии, Эвмен разделил армию на семь отрядов, прорывавшихся по разным дорогам к Никомедии. Самые восточные состояли, преимущественно, из кавалерии – им необходимо было пройти намного более длинный путь, чем их западным соседям. Фактически, они делали большую петлю и прорывались к полису вдоль побережья Понта.
- Пока всё идёт по плану, стратег…
- Да я не о том! Есть в этом зареве что-то захватывающее и романтическое, тебе не кажется?
- Я… Не думал об этом в подобном… плане, стратег, - осторожно ответил Эстарх.
- Да ну тебя!
Каждые полчаса подходили гонцы с докладами от отрядов – насколько продвинулись, какое сопротивление встретили, потери… Обдумывая, как же координировать действия такой громадной и непростой операции, Эвмен пришёл к выводу, что это трудновыполнимо – не было возможности быстро и оперативно поддерживать связь. Если с нахождением ставки стратега проблем не было – заранее были заготовлены зажигательные стрелы, пропитанные какой-то алхимической дрянью, при горении дававшей более яркий свет. Хотя Эвмен разницы не видел. Днём вверх будут пускать стрелы с греческим огнём – очень уж хороший дым он оставлял в воздухе. Каждые пять минут в небо над отрядом стратега взвивалась очередная такая стрела, обозначая нахождение ставки стратега. Но вот отряды так обозначать себя не могли – шли, по возможности, тихо, чтобы как можно больше вражеских сил застать врасплох. Знать-то о вторжении они знали, но вот где и как идут вражеские войска – нет, что давало немалое преимущество пергамским солдатам, которое подобными мерами свелось бы на нет.
Впрочем, пока доклады были, в основном, положительными – с малыми потерями отряды успешно прорывались к Никомедии, перемалывая попадающиеся на их пути силы врага. К утру войска должны были выйти к полису, где их должны ждать махайрофоры вместе с осадным оборудованием. Сам Эвмен двигался вместе с соматофилаками и парой таксисов заграждения позади наступающих колонн – во избежание неприятных неожиданностей.
- Стратег!
- А, Эвклид… Что такое? Почему без коня?
- А зачем он мне? Я совершенно не понимаю, как можно руководить врачами в подобных условиях! – начал изливать своё недовольство запыхавшийся Эвклид, едва переведя дух, - ничего непонятно, никаких докладов, как в подобных условиях можно спасать жизни?
- Как зачем? Каким образом ты будешь двигаться вместе с армией? Для этого я и взял тебя в этот поход, Эвклид, осмотрись, обдумай… Хотя, конечно, подобного рода действия не будут частым явлением – мало кто разделяет свои армии непосредственно во время наступления… Если к тебе не приходят гонцы, значит, ужесточим наказание за подобный проступок. Вот и всё.
- Не думаю, что наказания станут достаточным стимулом, стратег…
- Да ну? Эвклид, для олигарха ты очень плохо знаешь людей. Или слишком хорошо о них думаешь.
- Я философ и врач, стратег, и только потом уже олигарх.
- Как скажешь, Эвклид, как скажешь… - согласился Эвмен.
- Относительно госпиталей, стратег… - замялся философ и врач.
- Эвклид, не тяни, не люблю этого. Озвучивай предложение, а я скажу, насколько диким оно мне покажется.
- Я считаю, стратег, что палатки надо разбивать только в самом крайнем случае – поддерживать порядок в постройке намного легче. И постройки надо выбирать максимально большие и освещенные и хорошо проветриваемые.
- Ого… Откуда такие мысли?
- Практика, стратег, ничего больше. Я проводил эксперименты с больными, и в описанных мной условиях люди идут на поправку намного быстрее.
- Тогда надо создать отряд для поиска подобных помещений вблизи поля битвы…
- У меня есть люди, поддерживающие мои идеи, стратег, если позволите…
- Да, конечно, Эвклид. Это твоя служба, тебе и решать, кто в ней будет состоять.
- Тогда я начну выбирать подходящее здание…
- Обожди. Сколько тебе надо для подготовки госпиталя?
- Для сложных операций несколько часов, для простых, вроде перевязки – минут двадцать.
- Тогда подожди до утра – найдёшь здание вблизи Никомедии. Как раз несколько часов будет, пока мы ещё до стен дойдём, пока прорвёмся внутрь… Как раз и раненые пойдут. Хм, можно, заодно, попробовать разделить госпитали по степени тяжести ранений… Хм… Ну, знаешь, перевязка – в пункт у самого поля боя, где чего подшить – в полноценный госпиталь, но в палатке, самые тяжёлые случаи – ампутации там, например, в госпиталь в здании… Надо подумать.
- Я понял, стратег.
Постепенно отряд стратега продвигался к полису. На пути попадались перебитые отряды вифинских войск – где сваленные на обочинах, где лежащие неубранными посреди тракта… Только на дороге, по которой двигался Эвмен, было несколько сотен трупов. Если и на остальных так же, то на подмогу Прусию приходить будет просто некому…
Утро Эвмен встретил уже у стен Никомедии – отряд подошёл как раз к восходу солнца, освещавшего казавшийся спящим полис. Погода была прекрасная – свежесть ночи ещё не была забита духотой дня, весело перекликались проснувшиеся птицы на деревьях, бриз приятно охлаждал разгорячённых людей. Впрочем, нет – стал слышен звон набата, гарнизон готовился к обороне. Птицы сразу стихли – гул от ударов разносился далеко за пределами полиса, тщетно взывая о помощи…

- Эстарх, что у нас с войсками?

- Пока не подошло пять гиппархий с востока, стратег. Остальные только перед нами прорвались, разлёт не больше получаса, - чётко отрапортовал гиппарх в ответ.
- Ну что же, отлично. Строимся напротив города, где Ишпакай?
- Не рановато, стратег?
- Нет, Эстарх, самое оно. Времени ждать нет. Вон, - указал стратег рукой на видневшиеся в чёрном городе длинные складские помещения, - видишь?
- Да, стратег.
- Что, никакого интереса, что там?
- Ну, склады, стратег… - удивлённо протянул Эстарх, не понимая, куда клонит Эвмен.
- Именно. Это продовольственные склады на случай осады.
- Не мог же Пруссий…
- И это наша главная цель – на защите города около двух тысяч человек, как думаешь, сколько они протянут без продовольствия и фуража?
- Я понял, стратег.
- Отлично, гиппарх, отлично, - улыбнулся в ответ Эвмен, - где, боги его раздери, Ишпакай?!
Тем временем у стен уже начали выстраиваться пергамские войска – носились гонцы, слышались команды, маршевые колонны перестаивались в боевые порядки, готовясь к наступлению на укрепления. До сих пор не было видно отставших гиппархий – неужели наткнулись на серьёзные силы врага? Это было нежелательно – Эвмен имел на них планы в штурме, при том планы достаточно важные…
- Стратег, - подошёл, наконец, Ишпакай.
- А, таксиарх, я уж стал волноваться, что не успели.
- Всё прошло по плану, стратег.
- И где же… А, вижу. Хорошо. Успели отдохнуть?
- Да, стратег, успели.
- Один из таранов ваш – вставайте на левом фланге, аккурат напротив вон тех длинных зданий, - указал на город Эвмен, - понял?
- Да, стратег.
- Отлично, задача твоего таксиса – любыми правдами и неправдами прорваться к этим складам и охранять их от врага. Как только станет возможно, я пошлю к тебе подкрепления, но до них ты должен держаться насмерть.
- Понял, стратег. Склады должны остаться целыми или в случае утраты можно их подпалить?
- Какой ты кровожадный, лишь бы что поджечь… Желательно целыми, но если увидишь, что не удержать – поджигай и, как хорошо разгорится, отступай к стене.
- Ясно, стратег. Это всё?
- Да, исполняй.
Когда войска заканчивали строиться – солнце всё выше поднималось над горизонтом, обещая жаркий и знойный день, подошли оставшиеся гиппархии. Они были потрёпаны – кто немного, кто сильнее, но, в целом, сохраняли боевой настрой. Внешне, по крайней мере…
- Что случилось? – сразу спросил Эвмен подскакавшего гиппарха.
- Наткнулись на небольшую армию, стратег. Человек шестьсот положили… Ещё несколько сотен разбежались, но преследовать не стали – сразу последовали к вам. Галатов.
- Даже так? Отлично. Потери?
- Шестьдесят три человека, стратег. Остальные готовы к бою.
- Хм, хуже, чем я надеялся… Кони?
- Устали, но, в большинстве, не фатально. Спешенных нет – все при копытах.
- Ну, ничего, отдохнут – вы в ближний бой вступите ближе к полудню, а то и к вечеру.
- Я понял, стратег. Мои люди?..
- Отдохнут в седле, сейчас скачите к обозу – копья, дротики берите, меняйте битое снаряжение, на всё даю… полчаса. Через полчаса вы выстраиваетесь за пехотой, тарантинцев растягивай вдоль всего строя, ксистофоров – за соматофилаками.
- Понял, стратег, - склонил голову и погнал коня обратно к кавалеристам гиппарх.
К счастью, сезон дождей уже пару недель, как сошёл на нет – земля полностью просохла и тараны можно было толкать, не опасаясь того, что колёса завязнут в грязи. Хотя и здесь были свои сложности – тащить поначалу их придётся с горы, что потребует определённых усилий. Хоть Ишпакай и заверял, что их можно просто столкнуть – не сломаются, под руководством скифа же сделано! Тараны и впрямь были основательными – толстые, идеально подогнанные друг к другу брёвна и доски, хорошо промоченные шкуры на крышах, ровные, обитые полосами металла колёса – пригодилось таки железо, не зря Ишпакай вытребовал его у стратега. Просто удивительно, как хорошо получились осадные орудия в условиях скрытого в лесу лагеря… Впрочем, скифы были мастерами уловок, обмана и скрытности в военном деле. Головы одели уже здесь – поскольку весили они слишком много, решено было подвезти их в обозе.
Пехоту Эвмен распределил на три штурмовых отряда – по количеству таранов. Пешие застрельщики, как и конные, были призваны обеспечить прикрытие штурмующих укрепления солдат. На ворота стратег нацелил два таксиса, на флангах – по три. Да, центральный отряд быстрее прорвётся внутрь, но его задачей было отвлечение на себя как можно большего количества вражеских сил, после чего прорвавшиеся на флангах отряды должны были ударить в тыл наседающим на эти два таксиса вражеским солдатам. Всё это будет поддерживаться огромным количеством стрел и дротиков, летящих из-за стены – вражеские солдаты будут вынуждены отступить вглубь полиса, либо все полягут у стен. В любом случае, выиграет Эвмен …
Наконец, кавалерия заняла свои места, стратег кивнул Эстарху, команда, и по полю разнёсся низкий гул трубы, подхваченный трубачами таксисов и гиппархий, мгновение, и монолитная масса войск двинулась вперёд – к стенам Никомедии. Солнце стремительно карабкалось по небосклону, стремясь занять зенит и начать опалять своими лучами Ойкумену…
- Ну что ж, начали, - скорее для себя, чем для других, сказал Эвмен.

Поначалу солдаты двигались очень медленно – спускали тараны по уклону, но, дойдя до ровного места, немного ускорились – за ними неотступно двигались остальные силы, готовясь к бою. Рокот барабанов, свист свирелей, и поступь солдат – Эвмен поклясться мог, что шаг солдат чувствовался в самом воздухе… Вот вперёд вырвались пешие застрельщики – часть несла фашины для рва, часть прикрывала их. В обычных условиях они бы потеряли немало солдат, но Прусий, видимо, сильно недолюбливал лучников, что подвело его сейчас…


Свою лепту вносила и слабая защищённость внешнего периметра. Система обороны чёрного города не была такой уж серьёзной – высокий, укреплённый частокол даже не имел площадок для обороняющихся, ров был выкопан для галочки – в пару метров глубиной и даже не был заполнен водой. Хотя, казалось бы, и река рядом, и море не так далеко, и акведук в полис идёт… Никомедию можно было сравнить с Колоссом – стоит красиво и массивно, но при более внимательном взгляде оказывается понятно, что и фундамент плох, и нагрузка не рассчитана.
Лучники начали обстрел – стрелы летели аккурат за стену. Было бы у Эвмена больше времени, он просто приказал бы расстреливать врага за стеной, но сейчас вифинцы активно готовились к перевозке продовольствия в белый город, что стратегу нужно было в последнюю очередь… По крайней мере, должны были. Но вот на закидывающих фашинами ров солдат посыпались дротики – не прицельно, но свой урожай они всё же начали собирать, солдаты с фашинами были одеты только в туники и не имели даже щитов.
- Стратег, госпиталь организован, - обратился к Эвмену незаметно подскакавший Эвклид.
- Боги! Эвклид, ты меня так заикой сделаешь, - откликнулся в ответ он.
- Не думаю, стратег… Что делать с ранеными?
- В смысле?
- С теми, я имею ввиду, - указал рукой Эвклид на падавших на землю солдат впереди.
- Сейчас ничего – сначала надо прорваться внутрь и остановить обстрел, иначе там, как минимум, половина твоих санитаров останется вместе с мёртвыми…
- Надо будет приписать санитаров к подразделениям.
- А чего такого делают эти санитары? Перевязку и остановку крови?
- Ну, в основном, да… Стратег.
- Проще тогда самых сообразительных научить – по паре человек на десяток вполне хватит, я думаю. Незачем чрезмерно расширять штат армии – чем она больше, тем менее управляема.
- Или так…
- Стратег, орудия у стен! – отвлёк Эвмена от разговора Эстарх.
Застрельщики, быстро закидав ров и разровняв поверхность, быстро отступили к тарантинцам – дальше в дело они вступят уже на городских улицах, лучники продолжали стрельбу. Вот таран у городских ворот начал раскачиваться – мах… мах… мах… Удар! Створки пошатнулись так, что это стало заметно даже отсюда – с возвышенности. Этак их надолго не хватит… Вскоре к нему присоединились два собрата на флангах, с глухим, далеко разносящимся гулом пробивая брешь в стенах.
- Ну, пока всё идёт неплохо… - проронил Эстарх.
- Посмотрим… - ответил Эвмен. Не нравилось ему, как гладко идёт штурм, - засады на всех направлениях выставлены?
- Да, стратег.
- Уверен в них?
- Как в себе самом, стратег.
- Смотри… За язык не тянул.
Вот ворота начали жутко трещать, вгибаясь под ударами – несколько брёвен выпало, открыв прорехи. Тут же возникла перестрелка между аргираспидами и защитниками города, к счастью, тяжёлые доспехи давали им большое преимущество. Вообще, муштра показывала себя с самой лучшей стороны – солдаты чётко держали строй, прикрывались со всех сторон щитами, молниеносно реагировали на изменение ситуации... Как показали те же аргираспиды, быстро отогнав от ворот вражеских застрельщиков. По их наведению начали стрельбу и лучники – теперь относительно прицельную.
- Стратег! – осадил коня у ставки гонец.
- Докладывай.
- Ворота защищает только таксис фракийских застрельщиков, тяжёлой пехоты не видно.
- Хорошо. Передай таксиархам, чтобы действовали по плану, но с оглядкой.
- Есть, стратег!
- Эх, фракийцы… - пробормотал Эстарх под нос.
- А что такое, гиппарх? Фракийцы, как и эллины, разделены на множество враждующих между собой племён. Только, в отличие от нас, они в этой вражде закалились так, что могут свалить любое крупное государство. Если объединятся, конечно… А тут и вовсе наёмники, они воюют за тех, кто платит.
- Наёмники ненадёжны, стратег…
- Не фракийцы. Им, как раз, доверия больше, чем местным подразделениям.
Наконец, остатки створ под очередным ударом распахнулись. Пока таран оттаскивали в сторону, аргираспиды отгоняли от ворот фракийцев, внутрь рванул таксис гоплитов, с ходу врезавшись в поредевший строй застрельщиков. Слева и справа стена пока держалась – трещала, стонала, отплёвывалась щепками, но стояла. Впрочем, надолго её не хватит, Ишпакай действительно знал толк в создании осадного оборудования…
И тут случилось достаточно необычное событие – в строй прорывавшихся уже вглубь улицы гоплитов врезались две гиппархии – соматофилаков Прусия и фригийских ксистофоров. Хм, странно, Эвмен и не знал, что фригийцы занимаются наёмничеством – прокол Аристея… Ну, как врезались – на улицах города особо не развернёшься и не разгонишься, но… Это достаточно сильно изменило ход боя – неся тяжёлые потери, гоплиты стали отступать обратно к воротам. К счастью, и тут себя показала сильно повысившаяся выучка – солдаты держали строй, огрызались, и забирались за собой жизни всадников одну за другой. Хотя одни они явно не справятся... И лучники ситуацию спасти не могли – не каждая стрела пробивала тяжёлый доспех и в упор, что уж говорить о навесной стрельбе… В теории, конечно, падающая сверху стрела приобретала ещё больший импульс, но на деле это нивелировалось изгибом доспеха, по которому стрела и соскальзывала. Требовалась большая удача, чтобы она попала в сочленение доспеха, навык, к сожалению, тут был не важен… Хотя и его тоже не хватало – греческие лучники были традиционно слабо подготовлены. Пока что.


Вот, затрещав, рухнула стена на правом фланге. Эвмен дал приказ прорываться сразу трём таксисам – один теснил подошедший на подмогу таксис фракийцев, два других устремились на подмогу своим товарищам у ворот. Через несколько минут кавалеристы оказались окружены и прижаты к городской стене, где, теряя всё больше людей, отбивались от наседающих теперь гоплитов. Необходимо было удержать подкрепления врага на левом фланге, к счастью, и там стена обрушилась, похоронив под собой несколько десятков вставших в упор тектосагов – надо же, и где Прусий набрал таких наёмников? Тектосагские мечники обитали преимущественно в Иллирии и Цизальпинской Галлии, странно было видеть их здесь, на Понте… И вместо помощи стратегу тектосаги вынуждены были удерживать пролом.


Обменявшись залпами дротиков с противником, махайрофоры рванули в пролом и начали активно теснить врага. Благо, и подошедшие сзади тарантинцы начали прицельный обстрел тектосагов, помогая пехоте перемалывать вражеских солдат. Что ж, фронт боя более-менее стабилизировался, пергамские войска начинали выдавливать вражеских солдат вглубь полиса.

- Стратег, я думаю, стоит начинать собирать раненых, – обратился в очередной раз подскакавший к ставке Эвклид. Неспокойный отчего-то конь нервно гарцевал под ним, удерживаемый в узде опытной рукой своего наездника.
- Да, начинай, - обратился Эвмен к… таксиарху? Стратег ещё не знал, какое дать звание начальнику медицинской службы, после того, как передал очередной приказ гонцу, - только в черту города пока не лезь – уже после того, как бой сместится вглубь полиса. Иначе придётся новых людей нанимать в помощь твоим хирургам…
- Я понял, стратег, - быстро склонив голову, Эвклид погнал коня к своим людям – спасать жизни…
- Не получилось, как хотелось… - пробормотал себе под нос Эвмен.
- Пока всё идёт хорошо, стратег, - ответил услышавший это Эстарх.
В городские ворота прошли аргираспиды – дополнительное прикрытие для перемалывавших кавалерию гоплитов. Солнце подступало к зениту – было всё душнее и жарче, сражающимся сейчас не позавидуешь – духота, спёртость, пыль и тяжёлые доспехи… Всё так же разносился звон набата, извещая полис о нападении, впрочем, не сильно он и помогает обороняющимся, ополчения Эвмен не видел. Что и говорить, ставка на олигархию не оправдывает себя в битве насмерть…
Ополчение могло бы сильно осложнить жизнь штурмующим, но все простые люди сидели по домам – ещё когда шпионская сеть работала, по Никомедии активно распускали слухи о том, что пергамцам нужен целый город с целым населением, если, конечно, это население не окажет сопротивления при штурме.... В пример ставились Сарды с Эфесом, множество копий указа Эвмена о запрете грабежа чёрного города Никомедии, в общем, стратег всеми силами пытался ослабить оборону полиса перед натиском. И это ему, судя по всему, удалось.
Вскоре тектосаги дрогнули и начали пятиться вглубь улицы – по приказу Эвмена по ним тут же ударили фракийские всадники, наёмники, не выдержав, сломали строй и побежали…

- Гонец! Приказ таксиарху махайрофоров – следовать приказу сейчас же! Всё, пошёл!
Дело шло к обеду, но Эвмен надеялся, что суматоха и бой у стены не дали начать нормальную перевозку продовольствия в белый город. Во всяком случае, при наилучшем расположении обстоятельств, за это время они смогли бы перегрузить не больше четверти припасов.
- Гонец! Приказ гиппархам фракийцев – пусть прорываются в белый город на плечах бегущих, пошёл! – вряд ли, конечно, ворота открыты, но на левом фланге Эвмен ничего не терял – какого-либо осмысленного сопротивления там уже не было, пока его ещё сообразят…
Махайрофоры бегом двинулись к складам – если и не смогут ими овладеть, то перевозку продовольствия точно остановят… В город сквозь проломы в стене и выбитые ворота втекали войска, продвигаясь вглубь улиц – захватывать контроль над полисом. Эвмен услышал многоголосый рёв - вражеская кавалерия прекратила своё существование.

- Гонец! Приказ таксиарху первого таксиса гоплитов – идти на подмогу таксису махайрофоров, пошёл!
Эвмен долго думал, как различать таксисы одинаковых родов войск, но лучше цифр ничего не придумал… Поэтому штандарты таксисов украшали тотемное животное и большая, вышитая золотом цифра.
- Стратег…
- Да, Эстарх, пора. Выдвигаемся в город! – Эвмен решил переместиться ближе к месту событий – слишком большое расстояние между стратегом и его войсками сильно ухудшало управляемость.
Судя по всему, Прусий нанял всех фракийцев, что были ему доступны – на передовой таксис торакитов выскочил таксис ромфайрофоров и, если бы они успели уйти вглубь улиц, то вряд ли уцелели бы, но… Фракийцы были больше варварами, поэтому не обратили внимания на огромное количество павших от дротиков соратников, а зря – из-за стены на них тут же обрушился дождь из стрел и дротиков, выкашивая слабо бронированного врага, словно серп спелую пшеницу… Попытавшийся их прикрыть таксис фракийских… пельтастов, что ли, Эвмен, к стыду своему, и не знал, как точно у них называются подобные подразделения, лишь слегка отсрочил неизбежное.



- Ну что, Эстарх, повоюем? – спросил, въехав в город, Эвмен.
- Опасно, стратег…
- Да брось. Надо прорваться на площадь перед воротами в белый город – там и сделаем ставку. Быть настороже, вперёд!
Впрочем, далеко ускакать не удалось – завернув за угол, соматофилаки лоб в лоб столкнулись с таксисом аконтистов, спешивших… Да боги его знают, куда они спешили – вифинскими войсками словно никто не управлял – их передвижение шло совершенно хаотично, странно, Прусий был очень хорошим полководцем и подобный хаос не был похож на его обычную, достаточно жёсткую, манеру управления. Не мог же он возглавить атаку своих соматофилаков?

Ромфайрофоры, как и следовало ожидать, полегли практически мгновенно, но смогли забрать с собой несколько десятков торакитов – что ни говори, в рукопашном бою эти солдаты были одними из лучших в мире… Всё, стены перешли под полный контроль пергамских солдат, войска, строясь в колонны, двинулись к белому городу – необходимо было блокировать его со всех сторон… Следом втягивалась и кавалерия, ксистофоры – на поддержку пехоты, а тарантинцы начали спешно занимать чёрный город, очищая его улицы от пытавшихся сопротивляться отрядов врага. Благо, хоть цельных таксисов в чёрном городе не осталось, так что разбитые на илы тарантинцы вполне спокойно их перемалывали, при необходимости объединяясь и снова распадаясь на малые отряды... Слышна была постоянная перекличка труб ил и гиппархий – тарантинцы быстро захватывали кварталы, умело координируя свои действия.
Вырезав аконтистов, соматофилаки закрепились на какой-то грязноватой, неряшливой площади – Эвмен решил раздать приказы по подразделениям и прорываться дальше.. Лучники уже выпускали в небо горящие стрелы – чтобы гонцы видели, где находится стратег.
Едва Эвмен успел отправить сообщение Эвклиду – чтобы начинал заниматься ранеными внутри города, не заходя, пока что, глубоко внутрь, на него посыпались доклады. Склады взяты под контроль – Ишпакай божился, что удержит их силами своих таксисов, что ж, хорошо, тут же поскакал гонец назад. В таком случае гоплитов Эвмен так же послал к стенам белого города – там они нужнее будут… Куча докладов о занятии улиц чёрного города и, наконец, самое неожиданное – гонец от фракийцев, сообщивший, что им удалось взять ворота белого города.
- Эстарх, вперёд! – нахлёстывая коня, Эвмен поскакал за гонцом, показывавшим путь. К нескольким пехотным таксисам разошлись гонцы с приказом следовать к воротам – стратег взял бы и больше, но тогда в воротах может начаться давка, а это ему нужно было в последнюю очередь…
Вот смолк набат – видимо, кто-то из солдат наконец-то добрался до него. Вырвавшись к воротам в белый город, Эвмен послал гонцов к пешим стрелкам – лучникам и пращникам, предстоял ещё прорыв к дворцу тирана и вряд ли он будет лёгким… Вскоре показались таксисы торакитов и аргираспидов, стратег с ходу послал их к центральной площади и разослал гонцов к следующим таксисам – вслед за этими двумя внутрь начнут проходить таксисы гоплитов, к счастью, ворота захватили в целости и сохранности и створы были распахнуты настежь – в ряд спокойно проходило восемь человек. Так что давки возникнуть не должно было…
Эвмен проследил взглядом за очередной горящей стрелой, умчавшейся ввысь. Что ж, судя по всему, к концу дня Никомедия падёт – такого благополучного развития событий Эвмен и в мечтах не ожидал. Непонятно, почему…
- Стратег! – прервал мысли Эвмена очередной гонец, - Эвклид передаёт, что найдено тело Прусия!
- Я понял, возвращайся.
- Эвклид спрашивает, что с ним делать, стратег.
- Пусть положат отдельно от остальных трупов, там разберёмся.
- Понял, стратег! – развернув коня, гонец умчался обратно. Хм, быстро же его нашли – Эвмен не ожидал подобной скорости в городе, охваченном боями.
Ну что ж, теперь понятно, что войска действительно лишились управления в самом начале сражения. Но становится непонятно, почему Прусий бросился в подобную атаку и не попытался прорваться из кольца, когда понял, что сражение проиграно… Чудеса, да и только…
- Стратег, таксисы прорвались к центральной площади, но попали под удар кавалерии!
- Много?
- Гиппархия фракийцев, стратег.

- Передай, чтобы встали в оборону – сейчас подойдёт подмога и перейдут в дальнейшее наступление. До этого – стоять на месте.
- Есть, стратег! – гонец помчался обратно в белый город, лавируя между марширующими пехотными колоннами.

Солнце начало сползать с неба к горизонту - пока едва заметно, но дело уже смело шло к вечеру. Гиппархия фракийцев, напавшая на первыми вырвавшиеся к площади таксисы, закономерно полегла – стеснённость улиц и монолитный пехотный строй, ощетинившийся копьями не дали им шанса уцелеть… Судя по данным передовых сил, сопротивление в городе было практически сломлено – на одних из ворот белого города были выведены из строя механизмы открытия, но остальные удалось открыть. Теперь счёт шёл на часы…
На площади оставался только священный отряд – один таксис хорошо тренированных и вооружённых до зубов солдат. Один таксис вифинцев, все остальные были наёмниками… Глупо. Подошедший таксис лучников стал поливать их стрелами – один за другим из строя выпадали раненые и убитые, вот во фронт ударили пергамские гоплиты, одновременно охватывая таксис с флангов. Эвмен с соматофилаками и ксистофорами неспешно въехал на площадь, расположившись напротив сражающегося священного отряда.




- Готов, Эстарх?
- Всегда готов, стратег! – бодро ответил Эстарх.
- За Пергам! Вперёд! – Эвмен пришпорил коня – к счастью, площадь была достаточно обширна, чтобы успеть взять хороший разгон…
Копьё от удара разлетелось в щепки, отбросив вифинца на строй своих товарищей, мгновение, и конь Эвмена грудью снёс ещё несколько солдат, отдавая им свою инерцию… Стратег воткнул метровый обломок копья в попытавшегося встать солдата – пятку всегда подбивали медным наконечником, слишком часто оно ломалось от таранного удара… Быстро вытащив меч из ножен, Эвмен продолжил бой – сзади напирали и поддерживали остальные кавалеристы, быстро уничтожая последних вифинцев…

Упал на брусчатку площади последний вражеский солдат, наступившую было тишину разорвал крик пергамских солдат – победа. Эвмен, ещё не до конца веря в такую удачу, осматривал последнее место боя. Солнце расцвечивало город кроваво-красными лучами – через час-полтора сядет…

- Победа, стратег.
- Да, Эстарх. Победа…

Что ж, судя по всему, этот ААР придётся считать провальным - особого интереса у публики он не вызывает. Печально, но факт. Однако, я всё же считаю, что стал писать лучше, чем, скажем, в моем первом ААРе. Так что через две главы я оканчиваю эту историю и думаю, о чём писать дальше.

[as1991]

Shtusha1, это у Вас не аар, а прямо повесть