t1aro
alZarif
Dr.Schmeisser
KhanBagatur
gurvinek2005
Crusader556
Haktar
Mady
Valyrian_Legionnaire
DinarMayor
Corrector
kosak4
Farin Frostgeir
Рыцарские ордена в Палестине.
Spoiler (expand)
Считаю сзади бой. Задолго до двадцатого века и с совершенно другим содержанием эти слова звучали в небесах Европы. И Святой Земли: потому что именно в этом важном ответвлении христианства возник совершенно новый опыт, монашеско-рыцарские ордена, то есть состоящие из воинов, которые оставили рыцарей из собственной жизни, чтобы принять монашеский облик. А одежда - это все: потому что, если функция «борьбы» оставалась неизменной, она сопровождалась «верой» и, тем более, «повиновением».
Святой Бенедикт в Правиле уже предупреждал честолюбивых монахов, что послушание - основа монашеской жизни: «Первый шаг смирения - это безотлагательное послушание». Итак, этот краеугольный камень монашеской традиции был применен к новому виду жизни: рыцарям, которые покинули «век» со всеми его тщеславию - гордостью, гневом, добычей, самоутверждением - чтобы поставить свой меч на службу братья по вере (Ален Демургер говорит о них в «Рыцарях Христа»).
Этот переворот произошел в начале 12 века. И на Святой Земле, потому что это было через несколько лет после первого крестового похода, который завершился в 1099 году завоеванием Иерусалима. Помимо прочего, у него возникла острая проблема: как провести реквест? И как гарантировать его продолжительность? На политическом уровне были созданы несколько государств, помещенных под корону Латинского королевства Иерусалим. На религиозном уровне были изобретены монашеско-рыцарские ордена. Это было изобретение «снизу»: то есть не творение, которого разыскивал монарх или папа, а смелая идея горстки рыцарей, которые дали жизнь между 1120 и 1129 годами «Бедным рыцарям Христа и Храма Соломона », иначе известные как тамплиеры.
Сначала тамплиеры. И первыми, кто подражал им, были уже основанные госпитальеры (1071-1113), но только с благотворительными задачами, отсюда и название. Орден госпиталя Сан-Джованни был военизирован между 1130 и 1140 годами, став вторым оборонительным столпом христианской Святой Земли.
От защиты паломников до защиты Королевства два ордена также процветали в Европе: по мере того, как росли завещания и пожертвования, росло количество рыцарей, и, прежде всего, в Европе была создана плотная сеть провинций или монастырей и, в качестве альтернативы, рекомендовали поддержка с точки зрения материально-технического обеспечения (оружие, лошади, припасы и деньги) солдатам на передовой.
Затем открылся другой оперативный фронт, а именно Пиренейский полуостров Реконкисты, где процветали подражания: приказы Калатравы (1158 г.) и Сантьяго (1170 г.), за которыми следовали Алькантара и Авис. Новые ордена также возникнут на Востоке: Святой Лазарь и Тевтоны (конец 12 века), затем Святой Фома для англичан (1220 г.). Всего в средние века насчитывалось более пятнадцати таких орденов, многим из которых суждено было исчезнуть с окончанием крестовых походов и Реконкисты. За вопиющим исключением госпитальеров, которые сначала мигрировали на Родос, а затем на Мальту, существуют до сих пор, и тевтонцев, приверженных другой границе христианства, северных стран, омываемых Балтийским морем.
Эта «граница» действительно была способом существования, а также географическим аспектом. Как хорошо написал Святой Бернард, «свидетельство» исключения тамплиеров в этом коротком и знаменитом труде De laude novae militiae, монашеско-рыцарские ордена были монстром, «исключительной вещью», «людьми нового типа», потому что они сочетали в своей жизни смирение монаха и (правильно направляемую) силу рыцаря. И могут ли эти двое действительно идти рука об руку? Да, но только при условии крайней моральной и материальной дисциплины, идеализированной Бернардом и осуществленной столькими героями тех орденов.
Однако такая жизнь была подвержена искушению гордости и власти, особенно когда их материальное богатство стало головокружительным, что не только соблазняло некоторых современников (вспомните французского короля Филиппа IV, который в начале четырнадцатого века уничтожил тамплиеров с помощью ложной процедуры конфискации огромного движимого и недвижимого имущества), но также и некоторых представителей самих орденов. Таким образом, имели место зависть и ревность, кражи и предательства (даже с исламским врагом), вооруженные конфликты внутри орденов и между ними.
Именно этот внутренний недостаток ослабил имидж, которым они пользовались во всем средневековом обществе, тем самым истощив их поддержку. Однако, до конца, христианское монашество стало воинствующим, и евангелическая фигура Марфы - трудолюбивой сестры созерцательной Марии - вновь обрела славу жертвенников.
Святой Бенедикт в Правиле уже предупреждал честолюбивых монахов, что послушание - основа монашеской жизни: «Первый шаг смирения - это безотлагательное послушание». Итак, этот краеугольный камень монашеской традиции был применен к новому виду жизни: рыцарям, которые покинули «век» со всеми его тщеславию - гордостью, гневом, добычей, самоутверждением - чтобы поставить свой меч на службу братья по вере (Ален Демургер говорит о них в «Рыцарях Христа»).
Этот переворот произошел в начале 12 века. И на Святой Земле, потому что это было через несколько лет после первого крестового похода, который завершился в 1099 году завоеванием Иерусалима. Помимо прочего, у него возникла острая проблема: как провести реквест? И как гарантировать его продолжительность? На политическом уровне были созданы несколько государств, помещенных под корону Латинского королевства Иерусалим. На религиозном уровне были изобретены монашеско-рыцарские ордена. Это было изобретение «снизу»: то есть не творение, которого разыскивал монарх или папа, а смелая идея горстки рыцарей, которые дали жизнь между 1120 и 1129 годами «Бедным рыцарям Христа и Храма Соломона », иначе известные как тамплиеры.
Сначала тамплиеры. И первыми, кто подражал им, были уже основанные госпитальеры (1071-1113), но только с благотворительными задачами, отсюда и название. Орден госпиталя Сан-Джованни был военизирован между 1130 и 1140 годами, став вторым оборонительным столпом христианской Святой Земли.
От защиты паломников до защиты Королевства два ордена также процветали в Европе: по мере того, как росли завещания и пожертвования, росло количество рыцарей, и, прежде всего, в Европе была создана плотная сеть провинций или монастырей и, в качестве альтернативы, рекомендовали поддержка с точки зрения материально-технического обеспечения (оружие, лошади, припасы и деньги) солдатам на передовой.
Затем открылся другой оперативный фронт, а именно Пиренейский полуостров Реконкисты, где процветали подражания: приказы Калатравы (1158 г.) и Сантьяго (1170 г.), за которыми следовали Алькантара и Авис. Новые ордена также возникнут на Востоке: Святой Лазарь и Тевтоны (конец 12 века), затем Святой Фома для англичан (1220 г.). Всего в средние века насчитывалось более пятнадцати таких орденов, многим из которых суждено было исчезнуть с окончанием крестовых походов и Реконкисты. За вопиющим исключением госпитальеров, которые сначала мигрировали на Родос, а затем на Мальту, существуют до сих пор, и тевтонцев, приверженных другой границе христианства, северных стран, омываемых Балтийским морем.
Эта «граница» действительно была способом существования, а также географическим аспектом. Как хорошо написал Святой Бернард, «свидетельство» исключения тамплиеров в этом коротком и знаменитом труде De laude novae militiae, монашеско-рыцарские ордена были монстром, «исключительной вещью», «людьми нового типа», потому что они сочетали в своей жизни смирение монаха и (правильно направляемую) силу рыцаря. И могут ли эти двое действительно идти рука об руку? Да, но только при условии крайней моральной и материальной дисциплины, идеализированной Бернардом и осуществленной столькими героями тех орденов.
Однако такая жизнь была подвержена искушению гордости и власти, особенно когда их материальное богатство стало головокружительным, что не только соблазняло некоторых современников (вспомните французского короля Филиппа IV, который в начале четырнадцатого века уничтожил тамплиеров с помощью ложной процедуры конфискации огромного движимого и недвижимого имущества), но также и некоторых представителей самих орденов. Таким образом, имели место зависть и ревность, кражи и предательства (даже с исламским врагом), вооруженные конфликты внутри орденов и между ними.
Именно этот внутренний недостаток ослабил имидж, которым они пользовались во всем средневековом обществе, тем самым истощив их поддержку. Однако, до конца, христианское монашество стало воинствующим, и евангелическая фигура Марфы - трудолюбивой сестры созерцательной Марии - вновь обрела славу жертвенников.
Знать больше:
Régine Pernoud: I Templari
