t1aro
alZarif
Haktar
Mady
Corrector
kosak4
Как читатель и пейсатель:
To view the link Register
To view the link Register
Dr.Schmeisser Dr.Schmeisser
KhanBagatur
gurvinek2005 gurvinek2005 Dr.Schmeisser Dr.Schmeisser Dr.Schmeisser
Crusader556 Dr.Schmeisser Dr.Schmeisser
Valyrian_Legionnaire
DinarMayor KhanBagatur DinarMayor gurvinek2005 Dr.Schmeisser Dr.Schmeisser Dr.Schmeisser KhanBagatur KhanBagatur gurvinek2005
Farin Frostgeir Dr.SchmeisserCommunity ImperialИсторические Форумы
История Двадцатого Века
Личность в истории Новейшего Времени
Vkontakte
|
1
|
Date: 16 September 2020, 18:00
Хехе)
To view the link Register
В Испании принят Закон демократической памяти, запрещающий оправдание и прославление франкизма и деятельность организаций, носящих имена представителей эпохи Франко.
Закон, экземпляр которого имеется у DW, характеризуется правительством как мера по "окончательной дефранкизации" Испании. Он позволяет закрыть восемь общественных организаций с франкистскими названиями - в первую очередь, существующий с 1976 года Национальный фонд имени Франсиско Франко. Запрещаются также публичные выступления сторонников диктатуры и демонстрация символики той эпохи: портретов, эмблем и флагов.
И хехе номер 2:
To view the link Register
Власти Испании намерены расследовать преступления, связанные с нарушением прав человека во время Гражданской войны 1936-1939 годов и в период франкизма. Ради этого правительство пиренейского королевства решило отменить закон об амнистии 1977 года и принять новый - о демократической памяти, который запретит прославление диктатуры и тоталитаризма. Соответствующий законопроект кабинет министров, возглавляемый социалистом Педро Санчесом, одобрил во вторник. Впрочем, этому документу предстоит еще долгий путь через парламент. Но после того, как он будет окончательно принят, Испанию ждут большие перемены.
Только преступления красных в свою Гражданскую, они, судя по всему, изучать не хотят.
To view the link Register
В Испании принят Закон демократической памяти, запрещающий оправдание и прославление франкизма и деятельность организаций, носящих имена представителей эпохи Франко.
Закон, экземпляр которого имеется у DW, характеризуется правительством как мера по "окончательной дефранкизации" Испании. Он позволяет закрыть восемь общественных организаций с франкистскими названиями - в первую очередь, существующий с 1976 года Национальный фонд имени Франсиско Франко. Запрещаются также публичные выступления сторонников диктатуры и демонстрация символики той эпохи: портретов, эмблем и флагов.
И хехе номер 2:
To view the link Register
Власти Испании намерены расследовать преступления, связанные с нарушением прав человека во время Гражданской войны 1936-1939 годов и в период франкизма. Ради этого правительство пиренейского королевства решило отменить закон об амнистии 1977 года и принять новый - о демократической памяти, который запретит прославление диктатуры и тоталитаризма. Соответствующий законопроект кабинет министров, возглавляемый социалистом Педро Санчесом, одобрил во вторник. Впрочем, этому документу предстоит еще долгий путь через парламент. Но после того, как он будет окончательно принят, Испанию ждут большие перемены.
Только преступления красных в свою Гражданскую, они, судя по всему, изучать не хотят.
Date: 16 September 2020, 19:38
løgan
Только преступления красных в свою Гражданскую, они, судя по всему, изучать не хотят.
Ай,яй,яй,стервецы этакие!И чего это они не хотят изучать преступления красных,а? Ну,конечно, осталось только записать нынешнюю Испанию в ряды стран выбравших социалистический путь развития. "Кхе,кхе"
Date: 16 September 2020, 21:01
Veles 16 September 2020, 19:38
Ай,яй,яй,стервецы этакие!И чего это они не хотят изучать преступления красных,а? Ну,конечно, осталось только записать нынешнюю Испанию в ряды стран выбравших социалистический путь развития. "Кхе,кхе"
В Испании в ноябре 2019 на выборах в генеральные кортесы большинство мест взяла рабоче-социалистическая партия PSOE, которая и To view the link Registerэтот закон. Эта же самая PSOE занимала лидирующее положение в Народном Фронте 80 лет назад, у которого было большая часть мест в кортесах, когда началась гражданская война. В состав этого самого Народного Фронта также входили такие интересно-замечательные партии, как Компартия Испании (про-сталинские), POUM (коммунисты-троцкисты) и ещё несколько радикальных левых организаций калибром поменьше. Так что расследование своих художеств в период 36-39 этим правительством - это ситуация даже в теории невозможная)Вообще, закон, тем не менее, однозначно правильный, потому что Франко был упырём, хоть и меньшего масштаба по сравнению с современниками. Декоративная демократия, цензура, расстрелы полит. оппонентов, подавление коренных испанских нацменьшинств, политически-мотивированная эмиграция - это он всё себе может спокойно на "счёт мясника" записать. С другой стороны, победив, франкисты избавили страну от неоднозначных социальных экспериментов с левой стороны, которые, как показывает История, тоже бескровно не проходят.
Date: 16 September 2020, 21:29
Ну сейчас каталонцы и баски на шею сядут, социалисты начнут стандартное левацкое дерьмо и заигрывание с меньшинствами, особенно угнетенными при Франко, а сепары Каталонии и басков с Франко воевали чуть ли не до 50х.
А вообще лично я Франко считаю самым разумным из всех фашистких лидеров. В войну не влез, под дудку Гитлера не плясал, даже евреев переправлял бегущих из Франции, переправлял в Португалию где они из Лиссабона уплывали или в Англию или в Новый Свет. А в какой то момент просто начал пепеговоры с Союзниками и договорился о сотрудничестве, а в замен его не трогали.
Так в демократической Европе фашисткий режим правил до 1970х и всех все устраивало.
А вообще лично я Франко считаю самым разумным из всех фашистких лидеров. В войну не влез, под дудку Гитлера не плясал, даже евреев переправлял бегущих из Франции, переправлял в Португалию где они из Лиссабона уплывали или в Англию или в Новый Свет. А в какой то момент просто начал пепеговоры с Союзниками и договорился о сотрудничестве, а в замен его не трогали.
Так в демократической Европе фашисткий режим правил до 1970х и всех все устраивало.
Date: 16 September 2020, 21:53
Вот что творило левачье тогда в Испании:
С самого начала революции ей повсеместно сопутствовала волна убийств, разрушений и грабежей. Милицейские соединения политических партий и профсоюзов организовывали отряды, которые брали себе имена, напоминающие названия футбольных команд. Существовали, например, «Рыси Республики», «Красные Львы», «Фурии», «Спартакус», «Сила и Свобода». Другие отряды называли себя в честь левых, испанских и заграничных, политических лидеров. Их страстная ненависть первым делом была обращена против церкви. Во всей республиканской Испании костелы и монастыри безжалостно грабились и сжигались, хотя церковь практически нигде не принимала участия в мятеже. Почти все истории, рассказывающие, как мятежники вели огонь с церковных башен, оказывались неправдой.
Этим акциям сопутствовали неконтролируемые покушения на жизни священников и «буржуев». Националисты называют цифру в 85 940 убитых или казненных в республиканской Испании за время войны. Эти данные, возможно, преувеличены, хотя они на удивление соответствуют тяжелым обвинениям в уничтожении 300 или 400 тысяч человек. Из общего числа убитых 7937 имели отношение к религии: 12 епископов, 283 монахини, 5255 священников, 2492 монаха и 249 послушников. Точность этих цифр подтверждается и другими доступными свидетельствами. Если в целом принять эти подсчеты за истину, то можно предположить, что между 18 июля и 1 сентября 1936 года было казнено примерно 75 000 человек, ибо почти все противозаконные убийства в республике следует отнести к началу войны.
Эти бесстрастные цифры – как и те, что относятся к разгулу страстей у националистов, – ошеломляют. Многие преступления сопровождались частично фривольной, частично садистской жестокостью. Так, например, приходский священник в Навальморалесе сказал арестовавшим его милиционерам: «Я готов пострадать за Христа». – «О, это мы тебе устроим, – ответили они. – Ты умрешь точно как Христос». Связав, они подвергли священника безжалостному бичеванию. Затем привязали ему к спине бревно, напоили уксусом и увенчали терновым венцом. «Богохульствуй, и мы простим тебя», – сказал главарь милиционеров. «Это я прощаю и благословляю вас», – ответил священник. Милиционеры стали совещаться, как предать его смерти. Некоторые хотели гвоздями распять на кресте, но в конце концов просто пристрелили. Последней его просьбой, обращенной к своим мучителям, было желание при расстреле стоять лицом к палачам, чтобы, умирая, он мог благословить их.
Епископ Хаэны был убит вместе со своей сестрой, которую специально пригласила милиционер по прозвищу Веснушка. Убийство состоялось на глазах двухтысячной возбужденной толпы в болотистом пригороде Мадрида, известном как «Пруд дядюшки Раймонда». Епископов Кадиса и Алмерии заставили вымыть палубу тюремного судна, стоявшего рядом с Малагой, после чего их расстреляли. Епископа Сьюдад-Реаля убили, когда он работал над книгой по истории Толедо. После его смерти была уничтожена картотека из 1200 карточек. Монахиня была убита, отказавшись выйти замуж за одного из милиционеров, которые захватили ее монастырь Нуэстра-Сеньор-дель-Ампаро в Мадриде. «Комитет Крови» в Эль-Пардо (провинция Мадрида) во время суда над приходским священником упился до бесчувствия церковным вином. Один из милиционеров использовал дароносицу как миску для бритья. Случалось, что монахинь перед расстрелом насиловали. Труп священника бросили на мадридской улице Салле-Мария-де-Молина с плакатом на шее: «Я иезуит». В Сернере монаху в уши забивали четки, пока не продырявили барабанные перепонки. Имеются достоверные данные, что нескольких священников сожгли живьем. Огромные толпы собирались в Барселоне, когда на обозрение были выставлены эксгумированные трупы девятнадцати салезианских монахинь. В Сьемпосуэлос дона Антонио Диаса де Мораля кинули на арену с быками, которые затоптали его до беспамятства. Потом ему отрезали ухо, подражая обычаю, когда у быка отрезают ухо, чтобы наградить матадора. Кое-кого сжигали живьем, а других хоронили заживо, предварительно заставляя выкопать себе могилу. В Алькасаре-де-Сан-Хуане молодому человеку, известному своим благочестием (хотя, может, кто-то считал это ханжеством), выкололи глаза. В провинции Сьюдад-Реале преступления отличались особой жестокостью. Матери двоих иезуитов загнали в рот распятие. Сбросили в шахту 800 человек. Их смерть встречалась аплодисментами, словно победа на корриде. Раздавались крики: «Свобода! Долой фашизм!» Не один священник сошел с ума от этих зрелищ. Один приходский церковник в Барселоне потерял рассудок после того, как его несколько дней допрашивали, куда он дел свой профсоюзный билет. «Зачем мне билет? – непродуманно ответил тот. – Я священник».
Конечно, если говорить об убитых, то к юристам относились еще с большей ненавистью, чем к церковникам. Опасность угрожала всем, кого только могли заподозрить в симпатиях к националистам. В иррациональной обстановке Гражданской войны, когда речь заходила о националистах, никто не мог толком разобраться, что является государственной изменой, а что нет. Главным основанием для подозрений во враждебности к революции было членство в CEDA, фаланге или принадлежность к церкви. В сельских районах революция проявлялась главным образом в убийствах представителей обеспеченных классов или «буржуев». Описание Эрнестом Хемингуэем в романе «По ком звонит колокол» сцены, как жители маленького пуэбло первым делом колами забили насмерть всех мужчин из семей среднего класса, а потом скинули их со скалы, почти точно соответствует событиям в андалузском городке Ронда. Там в первый месяц войны было убито 512 человек.
В больших городах, где потенциальных врагов было побольше, применялись более сложные процедуры. Все политические партии и профсоюзы республики организовали у себя следственные отделы, которые с гордостью называли себя по русскому образцу «чека». Только в Мадриде их было двадцать шесть. Первые дни войны в городах республики характеризуются полным смешением различных групп, каждая из которых обладала неограниченной властью и каждая несла ответственность лишь перед какой-то партией или государственным учреждением или даже перед конкретным человеком. Порой разные «чека» консультировались друг с другом прежде, чем «выдернуть» очередную жертву. Но эти консультации были лишь формальностью, которая, как правило, ничего не давала. Перекрестный допрос всегда состоял из угроз и оскорблений. Порой глава «чека» издали показывал задержанному какую-то карточку, давая понять, что это его членский билет партии, враждебной Народному фронту. Смертные приговоры этих «судов» выносились большой буквой «L» (Liberty), то есть «Свобода», на соответствующих документах. Буква сопровождалась жирной точкой. Это означало, что заключенный должен быть немедленно казнен. Приговор приводился в исполнение специальными группами, которые часто состояли из бывших преступников.
Наибольший страх в Мадриде вызывала та «чека», которую называли «утренний патруль». Ее деятельность разворачивалась в ранние утренние часы. Но различий между этой командой и «бригадой уголовных расследований», возглавляемой бывшим печатником Гарсиа Атаделем12, было немного. Все эти организации имели доступ к архивам министерства внутренних дел, которые помогали им разыскивать членов правых партий. Деятели первых «чека» потом стали политическими вождями республики.
Большей частью в «чека» просто расстреливали. Но случались и акты откровенного зверства и пыток.
Кем были эти убийцы? В целом можно считать их появление результатом заключительного взрыва настроений подавленной ненависти, которые из поколения в поколение крылись под внешней оболочкой испанского общества. Откровенно говоря, многие из убийц (такие, как Гарсиа Атадель из Мадрида) были обыкновенными мясниками, которые возникают во время каждой революции. Но встречались и такие, которым откровенно нравилось убивать, испытывая при этом едва ли не сексуальное наслаждение.
(Хью Томас. Гражданская война в Испании 1931-1939)
С самого начала революции ей повсеместно сопутствовала волна убийств, разрушений и грабежей. Милицейские соединения политических партий и профсоюзов организовывали отряды, которые брали себе имена, напоминающие названия футбольных команд. Существовали, например, «Рыси Республики», «Красные Львы», «Фурии», «Спартакус», «Сила и Свобода». Другие отряды называли себя в честь левых, испанских и заграничных, политических лидеров. Их страстная ненависть первым делом была обращена против церкви. Во всей республиканской Испании костелы и монастыри безжалостно грабились и сжигались, хотя церковь практически нигде не принимала участия в мятеже. Почти все истории, рассказывающие, как мятежники вели огонь с церковных башен, оказывались неправдой.
Этим акциям сопутствовали неконтролируемые покушения на жизни священников и «буржуев». Националисты называют цифру в 85 940 убитых или казненных в республиканской Испании за время войны. Эти данные, возможно, преувеличены, хотя они на удивление соответствуют тяжелым обвинениям в уничтожении 300 или 400 тысяч человек. Из общего числа убитых 7937 имели отношение к религии: 12 епископов, 283 монахини, 5255 священников, 2492 монаха и 249 послушников. Точность этих цифр подтверждается и другими доступными свидетельствами. Если в целом принять эти подсчеты за истину, то можно предположить, что между 18 июля и 1 сентября 1936 года было казнено примерно 75 000 человек, ибо почти все противозаконные убийства в республике следует отнести к началу войны.
Эти бесстрастные цифры – как и те, что относятся к разгулу страстей у националистов, – ошеломляют. Многие преступления сопровождались частично фривольной, частично садистской жестокостью. Так, например, приходский священник в Навальморалесе сказал арестовавшим его милиционерам: «Я готов пострадать за Христа». – «О, это мы тебе устроим, – ответили они. – Ты умрешь точно как Христос». Связав, они подвергли священника безжалостному бичеванию. Затем привязали ему к спине бревно, напоили уксусом и увенчали терновым венцом. «Богохульствуй, и мы простим тебя», – сказал главарь милиционеров. «Это я прощаю и благословляю вас», – ответил священник. Милиционеры стали совещаться, как предать его смерти. Некоторые хотели гвоздями распять на кресте, но в конце концов просто пристрелили. Последней его просьбой, обращенной к своим мучителям, было желание при расстреле стоять лицом к палачам, чтобы, умирая, он мог благословить их.
Епископ Хаэны был убит вместе со своей сестрой, которую специально пригласила милиционер по прозвищу Веснушка. Убийство состоялось на глазах двухтысячной возбужденной толпы в болотистом пригороде Мадрида, известном как «Пруд дядюшки Раймонда». Епископов Кадиса и Алмерии заставили вымыть палубу тюремного судна, стоявшего рядом с Малагой, после чего их расстреляли. Епископа Сьюдад-Реаля убили, когда он работал над книгой по истории Толедо. После его смерти была уничтожена картотека из 1200 карточек. Монахиня была убита, отказавшись выйти замуж за одного из милиционеров, которые захватили ее монастырь Нуэстра-Сеньор-дель-Ампаро в Мадриде. «Комитет Крови» в Эль-Пардо (провинция Мадрида) во время суда над приходским священником упился до бесчувствия церковным вином. Один из милиционеров использовал дароносицу как миску для бритья. Случалось, что монахинь перед расстрелом насиловали. Труп священника бросили на мадридской улице Салле-Мария-де-Молина с плакатом на шее: «Я иезуит». В Сернере монаху в уши забивали четки, пока не продырявили барабанные перепонки. Имеются достоверные данные, что нескольких священников сожгли живьем. Огромные толпы собирались в Барселоне, когда на обозрение были выставлены эксгумированные трупы девятнадцати салезианских монахинь. В Сьемпосуэлос дона Антонио Диаса де Мораля кинули на арену с быками, которые затоптали его до беспамятства. Потом ему отрезали ухо, подражая обычаю, когда у быка отрезают ухо, чтобы наградить матадора. Кое-кого сжигали живьем, а других хоронили заживо, предварительно заставляя выкопать себе могилу. В Алькасаре-де-Сан-Хуане молодому человеку, известному своим благочестием (хотя, может, кто-то считал это ханжеством), выкололи глаза. В провинции Сьюдад-Реале преступления отличались особой жестокостью. Матери двоих иезуитов загнали в рот распятие. Сбросили в шахту 800 человек. Их смерть встречалась аплодисментами, словно победа на корриде. Раздавались крики: «Свобода! Долой фашизм!» Не один священник сошел с ума от этих зрелищ. Один приходский церковник в Барселоне потерял рассудок после того, как его несколько дней допрашивали, куда он дел свой профсоюзный билет. «Зачем мне билет? – непродуманно ответил тот. – Я священник».
Конечно, если говорить об убитых, то к юристам относились еще с большей ненавистью, чем к церковникам. Опасность угрожала всем, кого только могли заподозрить в симпатиях к националистам. В иррациональной обстановке Гражданской войны, когда речь заходила о националистах, никто не мог толком разобраться, что является государственной изменой, а что нет. Главным основанием для подозрений во враждебности к революции было членство в CEDA, фаланге или принадлежность к церкви. В сельских районах революция проявлялась главным образом в убийствах представителей обеспеченных классов или «буржуев». Описание Эрнестом Хемингуэем в романе «По ком звонит колокол» сцены, как жители маленького пуэбло первым делом колами забили насмерть всех мужчин из семей среднего класса, а потом скинули их со скалы, почти точно соответствует событиям в андалузском городке Ронда. Там в первый месяц войны было убито 512 человек.
В больших городах, где потенциальных врагов было побольше, применялись более сложные процедуры. Все политические партии и профсоюзы республики организовали у себя следственные отделы, которые с гордостью называли себя по русскому образцу «чека». Только в Мадриде их было двадцать шесть. Первые дни войны в городах республики характеризуются полным смешением различных групп, каждая из которых обладала неограниченной властью и каждая несла ответственность лишь перед какой-то партией или государственным учреждением или даже перед конкретным человеком. Порой разные «чека» консультировались друг с другом прежде, чем «выдернуть» очередную жертву. Но эти консультации были лишь формальностью, которая, как правило, ничего не давала. Перекрестный допрос всегда состоял из угроз и оскорблений. Порой глава «чека» издали показывал задержанному какую-то карточку, давая понять, что это его членский билет партии, враждебной Народному фронту. Смертные приговоры этих «судов» выносились большой буквой «L» (Liberty), то есть «Свобода», на соответствующих документах. Буква сопровождалась жирной точкой. Это означало, что заключенный должен быть немедленно казнен. Приговор приводился в исполнение специальными группами, которые часто состояли из бывших преступников.
Наибольший страх в Мадриде вызывала та «чека», которую называли «утренний патруль». Ее деятельность разворачивалась в ранние утренние часы. Но различий между этой командой и «бригадой уголовных расследований», возглавляемой бывшим печатником Гарсиа Атаделем12, было немного. Все эти организации имели доступ к архивам министерства внутренних дел, которые помогали им разыскивать членов правых партий. Деятели первых «чека» потом стали политическими вождями республики.
Большей частью в «чека» просто расстреливали. Но случались и акты откровенного зверства и пыток.
Кем были эти убийцы? В целом можно считать их появление результатом заключительного взрыва настроений подавленной ненависти, которые из поколения в поколение крылись под внешней оболочкой испанского общества. Откровенно говоря, многие из убийц (такие, как Гарсиа Атадель из Мадрида) были обыкновенными мясниками, которые возникают во время каждой революции. Но встречались и такие, которым откровенно нравилось убивать, испытывая при этом едва ли не сексуальное наслаждение.
(Хью Томас. Гражданская война в Испании 1931-1939)
Date: 16 September 2020, 21:54
Aztec lazy farmer 16 September 2020, 21:29
Так в демократической Европе фашисткий режим правил до 1970х и всех все устраивало.
Скорее, Испанию просто не трогали, а в круг серьёзных белых людей (транши от МВФ и вступление в ООН) стали пускать только в 50х, когда фаршевыжимательную машинку Франко поставил на гораздо меньшие обороты. А так, все знали что это за фрукт, но терпели его, потому что была холодная война.
Colpo Sicuro 16 September 2020, 21:53
Вот что творило левачье тогда в Испании:
Ну об этом и речь. Все ультраправые и фашистские диктаторы Европы возвысились в качестве противовеса красным революциям в межвоенный период.
Translate a Page
Log in using your account:
Conditions · Responsibility · Confid. · About · 03 Jul 2026, 06:01 · Mirrors: ImtwOrg, ImtwSite, ImtwRuImtwRu, ImtwOrg, ImtwSite