Кен, македонянин по происхождению, родился в горной области Македонии – Элимиотиде, приходился сыном Полемократу и братом Клеандру. Точный возраст Кена неизвестен, но, вероятно, он являлся сверстником царя Александра и был младшим сыном Полемократа. О молодом возрасте Кена свидетельствует сообщение Арриана, называющего его на первоначальном этапе Восточного похода в числе молодоженов (I. 24, 1-2).
Положение, которое Кен занимал в войске Александра, указывает на его аристократическое происхождение. Еще до начала Восточного похода, Кен получил должность таксиарха в македонской фаланге и осуществлял непосредственное руководство над таксисом, набранного из воинов Элимиотиды.
Так, весной 335 г. до н.э. Кен во главе со своим таксисом в составе македонской армии отправляется с Александром в поход против восставших северо-балканских племен. Таксисам фаланги в этом походе пришлось особенно нелегко, так как македоняне передвигались через горы и неровности, последовательно преодолевая диктуемые топографическими элементами местности препятствия, и одерживая победы над внезапно атакующим противником. Таксис Кена, наряду с таксисом Пердикки составляли в данном походе основу македонской фаланги, которая благодаря оперативным атакам и маневрам вместе с легковооруженными пехотинцами повергла неприятеля в бегство (Аrrian., Exped. Alex. I. 6, 9). В результате, опасность с Севера была устранена, а фракийцы и иллирийцы были вынуждены признать власть македонского царя. Успех боевых операций на Балканах показывает, что Кен сумел проявить себя в качестве ответственного командира еще до начала завоевательного похода в Азию.
В 334 г. до н.э. Кен в числе 12 тыс. македонских пехотинцев отправляется в Восточный поход против Персидской империи. Во главе собственного таксиса он принимает участие в сражении при Гранике (Аrrian., Exped. Alex. I. 14, 2). По всей видимости, Кен вступил в бой вместе с остальными пехотинцами против греческих наемников, которые, окруженные со всех сторон македонянами, в большинстве своем были перебиты, а оставшиеся в живых, взяты в плен и отправлены на каторжные работы в Македонию.
После победы у Галикарнаса, когда македоняне оккупировали Карию, Кен наряду с телохранителем Птолемеем сыном Селевка и таксиархом Мелеагром по распоряжению Александра был отправлен на зимовку в Македонию для набора новобранцев (Аrrian., Exped. Alex. I, 24, 1). Но уже этой зимой 334/333 г. до н.э., Кен вместе с указанными командирами и пополнением возвращается из Македонии и пребывает в город Гордий, где и находился Александр с основной македонской армией.
В битве при Иссе в 333 г. до н.э. таксис Кена располагался на правом фланге войска македонян, впереди таксиса Пердикки (Аrrian., Exped. Alex., II, 8, 3; Quint. Curt. III. 9, 7). Во время боя таксисы Кена и Пердикки обратили в бегство персидских воинов, находящихся на левом фланге. Эта удача позволила подразделениям Кена и Пердикки оказать оперативную помощь теснимым и дезорганизованным пехотинцам центральной части македонского войска, которых внезапно атаковали греческие наемники. Как сообщает Арриан: «В это время полки правого крыла, видя, что персы, стоявшие против них, уже бегут, повернули на чужеземцев, Дариевых наемников, в помощь своим теснимым товарищам. Они отбросили врага от реки и, значительно выдвинувшись вперед персидского войска в том месте, где в нем образовался прорыв, напали на него с фланга и перебили чужеземцев.» (Аrrian., Exped. Alex., II. 11, 1). Поражение греческих наемников в столкновении с македонскими фалангитами и бегство Дария вселило всеобщий страх в ряды персидских воинов и бактрийская конница, которая до сего момента активно теснила фессалийских всадников, тоже бежала с поля боя.
При осаде Тира, Кен вместе педзетайрами находился на одном из кораблей, которые направились покорять неприступные стены города. Когда городские стены были захвачены и македоняне спустились в город, началась страшная бойня. Причем, педзетайры Кена сыграли в этой схватке не последнюю роль (Аrrian., Exped. Alex. II. 24, 3).
В октябре 331 г. до н.э. между армиями Александра и персидского царя Дария III произошло грандиозное сражение при Гавгамелах, определившее судьбу Персидского царства. Таксис Кена располагался на передовой линии правого фланга македонского войска (Аrrian., Exped. Alex., III. 11, 9). Когда началось сражение, таксис Кена принял участие в выполнении тактического маневра, целью которого, следует полагать, являлось разрывание вражеского фронта. И действительно, предпринятый македонянами тактический ход принес настоящий успех. Когда атака серпоносных колесниц была успешно отражена македонскими пехотинцами, и Дарий бросил оставшуюся конницу левого фланга на правый фланг македонян, в его передних рядах образовался прорыв. В этот момент построенные в боевые порядки войсковые части македонян, в числе которых находился и таксис Кена, под руководством храброго македонского царя под звуки труб и с боевым кличем двинулись в прорыв. В результате, левое крыло и центр персидского войска, где располагался персидский царь, были обращены в бегство (Аrrian., Exped. Alex., III. 14, 3; Diod., XVII, 57, 2). В этот момент, Кен и другие командиры отрядов пехоты получили известие, что индам и части персидской конницы удалось воспользоваться ослаблением левого фланга македонян. Варвары принялись грабить македонские обозы и убивать невооруженных людей. Получив соответствующий приказ, Кен совместно с остальными таксиархами и хилиархами атаковал варваров в тыл и обратил их в бегство. Когда же многочисленная вражеская конница принялась окружать со всех сторон и теснить левый фланг македонского войска, Александр по обращению его командира – Пармениона пришел на помощь. Началось кровопролитное сражение. Не представляется возможным проследить, как в состоявшемся побоище действовал таксис Кена, однако однозначно можно констатировать, что он сыграл весьма значительную роль. Сам Кен не только получил ранения (Аrrian., Exped. Alex., III. 15, 2; Diod., XVII, 61, 3), но и чуть не погиб от вражеской стрелы варваров (Quint. Curt., IV, 16, 32).
После победы македонян в сражении при Гавгамелах, когда македонское войско продвигалось к столицам Персидского царства и оккупировало крупнейшие вражеские города, Кену поручались мероприятия стратегического значения, которые он успешно выполнял. Так, во время штурма Персидских ворот, Кен фигурирует в числе командиров, которым македонским царем было поручено вести оставшуюся часть войска в сторону равнины и соорудить мост через реку, которую надлежало форсировать на пути в Персиду. Согласно Курцию, во время продвижения к месту назначения, Кен совместно с Аминтой, Филотой и Полиперхонтом нанес удар в тыл осажденному и обескураженному противнику, что в немалой степени поспособствовало победе македонян над варварами, занявших неприступные места у Персидских ворот (V. 4, 30).
Наивысшего апогея военная деятельность Кена достигла при походе Александра в Среднюю Азию. Когда македонское войско достигло Парфии, на Кена были возложены обязанности по фуражировке. Причем, в подчинении Кена находились не только воины из его таксиса, но и отряд всадников. Какое-то время Кен действовал обособленно от войска Александра, так как македонскому царю пришлось принять оперативные меры для преследования персидских аристократов, захвативших в плен и впоследствии вероломно убивших последнего Ахеменида – Дария III. Сочинения античных авторов, описывающие поход Александра, не упоминают отряд Кена в числе воинов, преследовавших персидских беглецов. Вполне вероятно, что Кен по завершению фуражировки отправился следом за Александром и присоединился к нему вместе с остальными отставшими войсковыми частями лишь в столице Гиркании – Задракартах. В Гиркании, таксис Кена принимает участие в походе против воинственного племени мардов, так никем и непокоренного до прихода македонян (Аrrian., Exped. Alex. III. 24, 1-2).
По завершении данного предприятия, когда македоняне выступили из Гиркании, продвинулись через Арию и Сузию и, уже собрались выступить в Бактрию, Кену пришлось принять участие в новой боевой операции по усмирению восставшего арийского сатрапа Сатибарзана. Тем не менее, сражения между ними не состоялось, так как Сатибарзан, испугавшись столь стремительного движения, бежал в Бактрию. Впоследствии, Сатибарзан будет побежден в битве и убит, но уже не Кеном, а митиленцем Эригием.
Отдельного внимания заслуживает позиция Кена во время процесса над Филотой. Кен, предприимчивый и бесстрашный таксиарх держался в окружении Александра подчеркнуто лояльно и занимал одно из видных мест в числе его «друзей». Столь преданное отношение к своему царю на момент расследования деяний Филота, которому инкриминировались в качестве преступлений недонесение о готовящемся заговоре и участие в нем, явно обособило Кена среди остальных обвинителей на процессе. Характерно, что Кен приходился мужем сестры Филота, и столь серьезное обвинение последнего в заговоре вызывало в нем обоснованную тревогу, что гнев царя может обратиться и против него. Кроме того, содержание обвинения представлялось Кену столь резонансным, что во время судебного следствия, он не удержался от охватившего его презрения, схватил лежащий у ног камень и вознамерился бросить его в Филота(Quint. Curt., VI, 9, 30;). Возмущение Кена не ограничилось столь рьяной демонстрацией. Во время дальнейшего расследования Кен, наряду с верными и близкими Александру друзьями Гефестионом и Кратером принимал активное участие в допросе Филота, который под тяжестью пыток был все же вынужден признать свою виновность в указанных преступлениях. Филота был казнен, а данный процесс стал свидетельством «слепой» верности Кена своему царю. Пройдет еще много лет, прежде чем он рискнет на побережье Гифасиса откровенно выразить свое мнение о неосуществимости царских планов .
После описываемых событий следует рассказать о роли Кена в подавлении народного восстания в Согдиане, которое вспыхнуло примерно в сентябре 329 г. до н. э. и завершилось зимой 328/327 г. до н. э. Восстание инициировал согдиец Спитамен и следует признать, что на первых порах ведения боевых действий, у него получилось добиться того, чего не удавалось совершить ни одному человеку или народу, которые противостояли Александру. Македоняне дважды терпели неудачи, встречаясь со Спитаменом на поле брани и понесли значительные потери (Quint. Curt., VII, 6, 24; 9, 21). Кен на момент восстания управлял 1/5 частью армии, отправившейся вместе с Александром в Согдиану. Сначала он успешно действовал вместе с тогдашним сатрапом Бактрии – Артабазом, а когда последний по выслуге лет был уволен с должности сатрапа, Кен приобрел статус единоначального командующего над вверенной армией. Войско Кена включало не только Кенов таксис, но так же таксис Мелеагра, 400 гетайров, корпус конных дротометателей (гиппаконистов) и контингенты бактрийской и согдийской конницы. Примечательно, что кавалерия бактрийцев и согдийцев впервые вошла в состав основной армии македонян и приняла участие в сражении против своих же соотечественников. Сам Кен получает в этот момент одно из важнейших поручений за всю свою военную карьеру – установить в Согдиане гарнизоны для ее охраны от набегов кочевников, а в случае атаки со стороны Спитамена, устроить ему засаду и захватить его. Оборонительный план действительно оказался безупречным, а успешное расположение Кеновых гарнизонов вынудило Спитамена вместе с присоединившимися к нему союзниками скифами-массагетами, нанести удар по армии Кена. Кен в этом предприятии проявил себя в качестве блестящего тактика, которому не только удалось отразить атаку Спитамена, но и нанести ему ответный и сокрушительный удар. В результате жестокого сражения македоняне одержали победу, которая окончательно сломила сопротивление согдийского мятежника, а отрубленная голова Спитамена, которая была прислана македонянам в качестве трофея согдийскими союзниками – скифами-массагетами в знак покорности, послужила символической кульминацией наиболее сложного этапа антимакедонского движения в Средней Азии.
На последующем этапе Среднеазиатской кампании воинские соединения под началом Кена продолжают одерживать победы в отдельных боевых операциях. Кен принимает участие в успешных походах против аспасиев и ассакенов, играет ключевую роль при осаде Базир, а так же руководит 1/3 части армии при штурме Согдийской скалы.
Победы Кена в Средней Азии представляют особую ценность. Именно его подразделения принимали участие практически во всех Среднеазиатских операциях по усмирению воинствующих кочевников и сыграли важнейшую роль при подавлении наиболее сложного народного восстания, с которыми македонянам приходилось сталкиваться на Востоке.
Заключительным этапом военной карьеры Кена является его участие в Индийском походе Александра. В Индии, на первоначальном этапе, Кен участвует в осаде богатого индийского города – Бейра. Как и в Средней Азии, он выступает в роли одного из основных командиров македонского войска. И более того, Александр доверяет Кену вести наиболее тяжеловооруженную его часть. Источники, к сожалению, не располагают сведениями об участии Кена в захвате других приграничных индийских городов. Тем не менее, данный изъян оправдывается подробным и красочным описанием деятельности Кена в Северном Пенджабе, где македонянам предстояло подчинить трех великих раджей, каждый из которых владел значительной территорией.
Безусловно, наиболее ярким событием этого периода является сражение с индийским раджой Пором при р. Гидасп, которое произошло в конце июня 326 г. до н.э. Именно в этом сражении слава Кена как блистательного и исполнительного военачальника Александра окончательно за ним закрепилась. До начала сражения Кен получает стратегическое поручение – разобрать суда, которые были заготовлены для переправы через Инд, и доставить их к Гидаспу, чтобы форсировать эту реку в неожиданном для индийцев месте и нанести по ним стремительный удар (Аrrian., Exped. Alex. V, 8, 4; 12, 2). Характеристика статуса Кена в битве при Гидаспе в источниках очень противоречива. Согласно Арриану, Кен во время расположения войск перед началом битвы впервые предстает перед нами в лице гиппарха, которому было поручено командование не только собственной гиппархией, но и гиппархией Деметрия (Аrrian., Exped. Alex. V, 16, 3). Курций Деметрия не упоминает и называет гиппархию Кена в числе четырех гиппархий, которыми так же командовали Птолемей, Пердикка и Гефестион. Представляется, что наиболее точен Арриан, который как до начала битвы при Гидаспе так и после ее завершения, не сообщает о наличии у Кена собственной гиппархии. Вполне вероятно, что ее вообще не существовало, в связи с чем, очень характерна версия Н. Хэммонда, который полагает, что Кен во время сражения мог возглавить чужую гиппархию, так как гиппархий просто не хватало на всех гиппархов. По мнению Хэммонда, Кен в процессе битвы мог возглавить гиппархию Пердикки. Помимо гиппархии в сражении принимал участие таксис Кена. Но так как Кен не имел возможности одновременно управлять конными соединениями и подразделениями тяжелой пехоты, последними, вполне вероятно, командовал Антиген, который на последующем этапе похода проявит себя как таксиарх.
Несмотря на присутствующие в источниках противоречия при описании битвы при Гидаспе, Арриан и Курций одинаково сообщают, что Кену было поручено с тыла напасть на конницу правого фланга индов, когда она двинется на помощь своей кавалерии на левом фланге, которую должен будет атаковать Александр с остальной частью конницы. Расчеты полностью оправдались. Когда Александр нанес удар по левому флангу индийской кавалерии, а индийская конница правого фланга устремилась ей на помощь, ее, как и планировалось, с тыла атаковал Кен. Этот маневр привел в смятение правый фланг, что позволило Кену соединиться с Александром и поддержать атаку против оставшейся индийской конницы, которая в конечном итоге потерпела сокрушительное поражение вместе с остальными подразделениями армии Пора, так же не устоявшими против натиска легкой и тяжелой пехоты.
Таким образом, осуществленный Кеном маневр решил судьбу самого великолепного из всех сражений, которые давала армия Александра восточному противнику. Вместе с тем, битва при Гидаспе стала последним сражением, в котором принял участие Кен.
Последующие поручения Кена по большей части носили организаторский характер. Когда македонская армия переправилась через р. Акесин, Кену было поручено оставаться на противоположном берегу, чтобы добыть необходимый провиант из земли уже покоренных индов и организовать переправу оставшихся македонских воинов (Аrrian., Exped. Alex. V, 21, 1). Соединиться с армией Александра Кену с его отрядом и обозами удалось лишь возле Гифасиса. Именно это место и стало той «трибуной», которая позволила Кену поставить на кон собственную честность и благородство, лояльность и глубокую преданность своему царю, чтобы убедить его принять мудрое и взвешенное решение. Как показывают события этого времени, македонский царь решительно настаивал на продолжении дальнейшего похода в сторону Ганга, однако его утомленные за 3 года Индийского похода солдаты, воспротивились продвигаться дальше. Тогда Кен набрался смелости и взял на себя ответственность выступить перед Александром в качестве представителя всего македонского войска. Обращаясь к царю, Кен указал на полное изнеможение македонской армии, о необходимости положить предел завоевательной кампании, чтобы впоследствии со свежими силами снарядить новый поход в любую страну. Речь Кена оказалась настолько нравственной и убедительной, что вызвала одобрение у всех присутствующих. Сам Александр, будучи пораженным успехом, который произвело выступление Кена, был вынужден закрыть собрание и после нескольких дней раздумий принял решение прекратить поход и возвращаться домой (Аrrian., Exped. Alex. V, 27, 1-9; 28, 1; Curt., IX, 3, 3-17).
Именно во время возвращения из Восточного похода, когда македоняне вновь достигли Гидаспа и принялись сооружать флот с целью отплытия, внезапно заболел и умер Кен. Он был похоронен с торжеством и почестями (Аrrian., Exped. Alex. VI, 2, 1). Курций сообщает, что Александр оплакивал умершего стратега, но так и не простил ему речи, произнесенной на берегах Гифасиса (Quint. Curt., IX, 3, 20).
Так трагически и завершил свою военную карьеру стратег Кен, явивший собой великолепный образец талантливого и исполнительного командира, характерного и верного военачальника.
t1aro
alZarif
Dr.Schmeisser
KhanBagatur
gurvinek2005
Crusader556
Haktar
Mady
Valyrian_Legionnaire
DinarMayor
Corrector
kosak4
Farin Frostgeir
) сражение, где армии сражались на ровном поле, выстроенные друг против друга правильным строем, да и действовали они в соответствии с общепринятыми и понятными методами (последовательность атак по фронту, давление на фланги...). АМ только применил своё ноу-хао - прорыв кавалерии для уничтожения полководца и его штаба... 