...Конечно же, не "наследник Александра" и не "второй Ганнибал", но личность незаурядная и даже в чём-то уникальная (вряд ли кто-то из современников Митридата знал столько языков и ядов одновременно ). Некоторые видят в нём чуть ли не александров идеал "нового человека", эдакого "евразийца". Но был ли он им на самом деле?
Я имел в виду - зачем в списке врагов Рима римлянин Серторий, который всего лишь вел Гражданскую войну. Давайте тогда туда Цинну запишем, Мария, Помпея наконец..
Я бы не стал на Вашем месте развивать эту мысль. Во избежание, знаете ли, начала очередного ср... ой, т.е. неконструктивного выяснения отношений между "-филами" и "-фобами".
Один из расхожих штампов, кочующих из книги в книгу, касается родства Митридата VI с царским домом Селевкидов. Так, его мать называют "сирийской принцессой" To view the link Register (с. 293, 304), To view the link Register (с. 23), To view the link Register (с. 121) и др. Ряд авторов считает Митридата внуком Антиоха IV.
На самом деле не всё так просто. Как осторожно заметил специалист по династической истории эллинизма To view the link Register, у Антиоха IV был всего один законный наследник - Антиох V; о других его детях достоверной информации как не было, так и нет (с. 143-144). Мать Митридата, Лаодика, приходилась сестрой весьма тёмной во всех смыслах (кроме разве что цвета кожи) личности - Александру Баласу; он выдавал себя за сына Эпифана и якобы был похож на него. Александр стал пешкой в большой игре против селевкидского царя Деметрия I - племянника Антиоха IV, который после его смерти узурпировалвернул короче говоря, занял трон и быстро нажил себе массу врагов. Они и выдвинули Александра в цари. Глава "антидеметриевской" партии Гераклид привёз его с сестрой в Рим, представил сенаторам как законного наследника престола и в конце концов добился своего. Но античные авторы в большинстве своём претензий Александра не признавали.
Spoiler (expand)
Полибий: "Гераклид... закончил словами, что справедливость требует согласиться на возвращение в Сирию юноши и Лаодики, как родных детей царя Антиоха. Люди рассудительные не поддавались этим доводам, понимали всю ложь разыгранного перед ними представления и не скрывали своего отвращения к Гераклиду; но большинство собрания было обольщено хитросплетениями Гераклида и склонилось к следующему определению: «Александр и Лаодика, дети царя, нашего прежнего друга и союзника, предстали перед сенатом и держали речи; сенат разрешил им возвратиться на царство отца и постановил оказать им в этом помощь, как они о том просили»" (XXXIII. 9. 14).
Аппиан: "...некий Александр, ложно заявлявший, что он из рода Селевка. Птолемей, царь Египта, из-за ненависти к Деметрию поддерживал его" (Syr. 67).
Юстин: "..антиохийцы, не испугавшись вестей о случившемся, все же отложились от Деметрия. Когда же Деметрий начал против них войну, они с помощью египетского царя Птолемея, царя Азии Аттала и царя Каппадокии Ариарата подучили некоего Баласа, молодого человека самого низкого происхождения, чтобы он оружием добивался сирийского престола, якобы принадлежавшего его отцу. Чтобы довершить это надругательство, они дали Баласу имя Александр и объявили, что он сын царя Антиоха" (XXXV. 1. 5-7).
Диодор: "...Этот человек [Александр] проживал в Смирне и упорно заверял всех в том, что он сын царя Антиоха; и потому, что он был похож на него, многие поверили ему" (XXXI. 32a)
Ливий: "...Александр, неведомый человек тёмного происхождения, убивает, как сказано, царя Деметрия и воцаряется в Сирии" (Per. 52)
Родство Александра (а следовательно, и Лаодики) с Антиохом IV признают только два источника - Страбон и Иосиф Флавий. У Страбона Аттал "помог Деметрию, сыну Селевка, одолеть на войне Александра, сына Антиоха (XIII. 4. 2)". У Иосифа Флавия "Александр, сын Антиоха Эпифана" (Ant. XIII. 2. 1) вернулся в Сирию и добыл "отцовское царство" (XIII. 4. 1). При этом последний может быть пристрастен в силу того, что Александр покровительствовал евреям, а первый мог не перепроверить.
Вместе с тем, возможно, здесь имеется в виду лишь то, что Александр и Лаодика не являлись законными детьми Антиоха IV и не считались его наследниками. Сторонники наличия у Александра Баласа хоть каких-то прав на селевкидский трон (а среди исследователей такие есть) упирают на то, что царь Египта Птолемей VI Филометор не отдал бы свою родную дочь (знаменитую в узких кругах Клеопатру Тею) непонятно кому с горы из Смирны. Но как бы то ни было, легитимной селевкидской принцессой Лаодика не была.
Правда, самому Митридату всё это нисколько не мешало возводить свой род по материнской линии не только к Селевку Никатору, но и к самому Александру Великому (Iust. XXXVIII. 7. 1). Так что если бы он сам вдруг захотел получить царство Селевкидов (точнее, то, что к тому времени от него осталось), ему вполне хватило бы даже такого сомнительного предлога - особенно если бы он подкрепил свои претензии оружием и деньгами.
Так что если бы он сам вдруг захотел получить царство Селевкидов (точнее, то, что к тому времени от него осталось), ему вполне хватило бы даже такого сомнительного предлога - особенно если бы он подкрепил свои претензии оружием и деньгами.
Так почему не захотел? И вместо борьбы за "сирийское наследство" пошел на конфронтацию с Римом. Или античные правители не знали что "бог всегда на стороне больших батальонов хилиархий"?
t1aro
alZarif
Dr.Schmeisser
KhanBagatur
gurvinek2005
Crusader556
Haktar
Mady
Valyrian_Legionnaire
DinarMayor
Corrector
kosak4
Farin Frostgeir
). Некоторые видят в нём чуть ли не александров идеал "нового человека", эдакого "евразийца". Но был ли он им на самом деле?
Во избежание, знаете ли, начала очередного ср... ой, т.е. неконструктивного выяснения отношений между "-филами" и "-фобами". 
Так что если бы он сам вдруг захотел получить царство Селевкидов (точнее, то, что к тому времени от него осталось), ему вполне хватило бы даже такого сомнительного предлога - особенно если бы он подкрепил свои претензии оружием и деньгами.
Опять же, перед греками на их фоне проще было выпендриваться.