t1aro
alZarif
Dr.Schmeisser
KhanBagatur
gurvinek2005
Crusader556
Haktar
Mady
Valyrian_Legionnaire
DinarMayor
Corrector
kosak4
Farin Frostgeir
Удивительная, на мой взгляд, личность - блестящий публицист, оратор, прирожденный лидер, организовываший массовые протесты, человек, разочаровавшийся в демократической и легальной борьбе, ушедший в подполье, да какое подполье: террористические акты, ограбления банков, угон автомашин.
По сути, с одной стороны - Майнхоф - настоящая интеллектуалка, политолог, вскрывшая некоторые нюансы общественной жизни западноевропейских стран, чье влияние на умы молодежи того времени мало с кем сравнимо, с другой - бандитка и террористка, как называли ее западноевропейские СМИ.
![Imp]()
Не самый лучший материал, он более художественный, чем нужно,. Ну, что что есть
По сути, с одной стороны - Майнхоф - настоящая интеллектуалка, политолог, вскрывшая некоторые нюансы общественной жизни западноевропейских стран, чье влияние на умы молодежи того времени мало с кем сравнимо, с другой - бандитка и террористка, как называли ее западноевропейские СМИ.
Не самый лучший материал, он более художественный, чем нужно,. Ну, что что есть
Spoiler (expand)
Ульрика Майнхоф была прекрасно образованной и яркой личностью, люби-
мицей журналистов. Но она предпочла стать фанатичной и жестокой терро-
ристкой. Ее история во многом таинственна и необъяснима.
В среде послевоенной немецкой молодежи не все верили в экономическое
чудо, которое может возродить разрушенную экономику, поднять города из
руин и сделать Германию еще более сильной и процветающей, чем при дово-
енном "третьем рейхе". Идеи новой революции зрели в школьной, универси-
тетской, академической среде, в некоторых слоях интеллигенции. Эти люди
с надеждой смотрели на Восток, особенно на Восточную Германию, скрытую
за каменной стеной и колючей проволокой. Они всерьез рассматривали ГДР
как модель государства будущего.
Эти "кухонные радикалы", представители среднего класса, верили, что
концепция капитализма изжила себя и пришло время истинно пролетарской
революции. Но они были убеждены, что реализовать эту идею мирным путем
невозможно - новый Иерусалим должен быть воздвигнут на крови. В неистовом
потоке насилия имя Ульрики Марии Майнхоф оказалось неразрывно связанным с
именем Андреаса Баадера. Созданная ими организация была одной из самых
известных террористических групп в Германии.
Живой ум и природное обаяние
Ульрика родилась в Нижней Саксонии 7 октября 1934 года и принадлежала
к тому "потерянному поколению", которое было искалечено войной. Рожден-
ная в период восхождения фюрера к власти, достаточно взрослая, чтобы
понять, что он поставил страну на колени, она рано столкнулась с труд-
ностями реальной жизни. Ее отец умер от рака в конце войны, а мать скон-
чалась в 1948 году. Приемная мать позаботилась о том, чтобы Ульрика по-
лучила образование. Интеллигентная, высокоодаренная молодая женщина,
Ульрика обладала живым умом и природным обаянием. Ее привлекали паци-
фистские идеи, труды Бертрана Рассела и Веры Бриттен. Бурная эпоха оста-
вила свой след в ее юном сознании.
К двадцати трем годам она поступила в докторантуру Мюнстерского уни-
верситета. Ульрика была активным членом различных левых движений, высту-
пала за запрещение ядерного оружия, призывала бороться с растущей угро-
зой милитаризма в Германии со стороны правых - в то время это было ос-
новное политическое направление. Даже социал-демократ Вилли Брандт, ко-
торый стал впоследствии канцлером Федеративной Республики, не оставался
в стороне от этих идей.
К 1959 году Ульрика приобрела устойчивую репутацию радикала и передо-
вого ученого. Она мастерски владела аудиторией, поэтому ее постоянно
приглашали выступать. На антиядерной конференции в Бонне она познакоми-
лась с редактором студенческой газеты "Конкрет" Клаусом Райнером Ролем.
Они полюбили друг друга и в 1962 году стали мужем и женой. Через год
Ульрика родила близнецов. Хотя теперь она стала много времени уделять
семье, ее увлечение политикой не ослабло. В 60-х годах, когда в Англии
появились "битники", а слова "свободная любовь" были на устах у всех,
Ульрика пришла к выводу, что старый капиталистический строй должен быть
разрушен. Однако все глубже погружаясь в пучину "левой" идеологии, она
неплохо жила в той системе, которую презирала.
Ульрика и Клаус были обеспеченными людьми. Роль с немалой выгодой пе-
реводил порнографические шведские книги на немецкий язык, а доходы
Ульрики росли по мере увеличения тиража газеты "Конкрет", редактором ко-
торой она стала. Вокруг них сформировалась группа разных по социальному
статусу людей, объединенных стремлением изменить окружающий мир. Ульрика
стала постоянным и популярным гостем политических радиопередач, при лю-
бой возможности пропагандируя "альтернативные" взгляды на текущие собы-
тия. В течение всех этих лет обеспеченной жизни - с "мерседесом" возле
собственного дома и подвалом, наполненным отличными винами, - Ульрика
Майнхоф продолжала утверждать, что лишь насильственный переворот может
излечить современное общество от всех его болезней.
В конце 60-х произошли два события, которые изрядно пошатнули ее упо-
рядоченный мир. Во-первых, в 1968 году она развелась с мужем, который
постоянно ей изменял и в конце концов перешел все границы приличия.
Во-вторых, состоялся судебный процесс по делу молодого революционера
Андреаса Баадера.
Баадер родился в Мюнхене в 1943 году. Он был приверженцем на-
сильственных методов классовой борьбы, которая, как он считал, необходи-
ма в современном немецком обществе. Красивый бездельник, никогда не ра-
ботавший, любимец женщин, он приехал в Берлин и регулярно участвовал во
всевозможных демонстрациях, которые происходили ежедневно в старой сто-
лице империи. Тут протестовали по любому поводу и боролись за что угодно
- от защиты прав людей, незаконно вселившихся в квартиры, до требования
повысить студенческие стипендии. В 1967 году убежденная коммунистка Гуд-
рун Эннслин бросила мужа с маленьким ребенком и сошлась с Баадером, с
которым познакомилась на студенческой демонстрации. Как раз в то время
Андреас Баадер стал яростно проповедовать свою философию классовой нена-
висти. Он стал призывать к вооруженной партизанской борьбе против госу-
дарства, к так называемой "народной войне".
На пути к террору
Самый первый акт вооруженной борьбы оказался неудачным. Баадер и
Эннслин подложили зажигательные устройства во франкфуртский универмаг в
знак протеста против войны во Вьетнаме, но были схвачены на месте прес-
тупления и отданы под суд. Во время этого процесса Ульрика Майнхоф была
на стороне Баадера и его действий. Убежденная пацифистка сделала первый
шаг к новой роли - террористки, готовой принести в жертву человеческие
жизни для достижения своих целей.
Баадер, Эннспин и два других "партизана" были приговорены за поджог
универмага к трем годам каждый. В июне 1969 года, после того как они от-
сидели четырнадцать месяцев, по ходатайству адвокатов их выпустили на
свободу до пересмотра дела. Но Баадер, его любовница и один из сообщни-
ков не стали ждать нового суда и сбежали во Францию. Ими занялся Ингер-
пол, и в 1970 году они были вновь арестованы, доставлены в Германию и
посажены в тюрьму. Ульрика Майнхоф была возмущена этим до глубины души.
Теперь она жила в Западном Берлине, ее связи с "левыми" укрепились, а
квартира стала местом встреч политических единомышленников. В 1970 году
Ульрика окончательно встала на путь террора. Вместе с несколькими сорат-
никами Баадера она решила вызволить его из тюрьмы.
В Германии сформировалась группа людей, симпатизирующих Баадеру и его
делу. Она была известна как фракция "Красная армия". Создал ее Хорст Ма-
лер, адвокат, защищавший Баадера на судебном процессе, ярый сторонник
насильственного свержения государственного строя в Западной Германии.
"Красная армия" была связана не только с местными подпольщиками-экстре-
мистами, но имела также контакты с террористическими группами на Ближнем
Востоке.
Сипами этой организации был устроен побег из тюрьмы Баадера и его
единомышленников. После побега Малер, Майнхоф, Баадер и Эннслин отправи-
лись в Иорданию, где в учебном лагере намеревались пополнить свое терро-
ристическое "образование".
Учеба у палестинцев
Майнхоф оказалась способной ученицей. Она успешно постигала премуд-
рости терроризма: как выпрыгнуть на ходу из мчащейся машины и при этом
не пострадать, как поражать цель из пистолета новейшего образца. Но от-
ношения между арабскими хозяевами и их немецкими гостями были прохладны-
ми; каждая из сторон обвиняла другую в высокомерии. Арабов, похоже, осо-
бенно раздражал Баадер, который отказывался участвовать в групповых за-
нятиях, заявив, что они "не подходят" для той войны, которую он планиру-
ет вест в Европе.
Когда разногласия между двумя группами достигли предела, немцам было
предложено покинуть учебный лагерь. Ульрика решила задержаться - ее
очень интересовали бомбы, и она хотела научиться правильно их применять.
Но палестинцы ничего не хотели слушать. Группа тайно вернулась в Герма-
нию. Там им пришлось скрываться на квартирах и в домах радикалов, друзей
Ульрики, оставшихся со времен ее бурной политической деятельности.
Ульрика посылает сыновей в лагерь террористов
Ульрика была настолько убеждена в справедливости дела "Красной ар-
мии", что послала своих семилетних сыновей-близнецов в Иорданию, в тот
самый учебный лагерь террористов, который недавно покинула. Она хотела,
чтобы в будущем они вместе с палестинцами сражались против Израиля. Это
желание, как она объясняла, было истинным выражением ее любви к детям.
Мальчики доехали только до Сицилии, где были задержаны полицией. Сопро-
вождавшего их террориста арестовали. Через несколько недель лагерь, в
который они направлялись, был превращен в руины авиацией короля Хусейна.
Тем временем Ульрика и ее единомышленники принялись разрабатывать
план "народной войны". Выяснилось, что прежде всего необходимо позабо-
титься о главном - деньгах. Малер организовал серию налетов на банки,
чтобы добыть сумму, необходимую для приобретения взрывчатки, фальшивых
документов, оружия и складов, где можно было бы все это хранить. В один
из дней они умудрились ограбить сразу три банка, но Ульрика была недо-
вольна, поскольку добыча оказалась ничтожной. С тех пор ограбления вошли
в привычку. Безрассудная смелость в сочетании с тщательной подготовкой
акций во многом обеспечивала успех задуманных операций.
Рабочий-автомеханик Карл-Хайнц Руланд тоже попал в эту группу, так
как имел возможность снабжать налетчиков машинами. Интеллектуалы-заговор-
щики смотрели на новичка свысока, но именно его из всех мужчин "Красной
армии" Ульрика выбрала себе в любовники. Поговаривали, что ее сексу-
альный выбор демонстрировал убеждение в том, что классовая система отми-
рает и что она, Ульрика, не признает никаких классовых предрассудков.
Однако Рулавд считал иначе. "Я простой рабочий, которого она учила, -
сказал он позже. - И хотя она интеллектуально намного выше меня, она ни-
когда не напоминала об этом".
Ульрика была интендантом группы. Она обеспечивала ее оружием через
палестинские контакты, разрабатывала планы налетов на государственные
учреждения, чтобы добыть официальные бланки и печати. Потом их использо-
вали для изготовления фальшивых документов, которые открывали доступ к
таким местам, как военные лагеря и исследовательские центры. Налеты на
банки продолжались. Таким образом удалось добыть сотни тысяч марок.
Но подобные акции, по мнению террористов, были недостаточно эффектив-
ны, для того чтобы разрушить "антинародную" государственную систему.
Нужно было ясно и точно определить цели "народной войны".
В октябре 1970 года Малер совершил грубую ошибку и угодил в полицейс-
кую ловушку.
Руководство группой легло на плечи Баадера. Неуравновешенный, склон-
ный к сумасбродству, Баадер нуждался в трезвом аналитическом уме Ульрики
Майнхоф, чтобы держать свою "партизанскую армию" в руках.
После ограбления преступниками двух банков в Касселе полиция активи-
зировала свои поиски. Немецкая криминальная полиция - КРИПО - сформиро-
вала специальное подразделение, чтобы раз и навсегда покончить с этой
преступной группой. Многие члены "Красной армии" оказались за решеткой.
Был момент, когда только Баадер, Майнхоф и еще несколько боевиков оста-
вались на свободе. Однако недостатка в желающих вступить вместе с ними
на преступный путь не было. Скоро банда переключилась с ограбления бан-
ков на уничтожение людей, и кровь полилась рекой.
"Банда сумасшедших" - одно из подразделений "Красной армии" - была
порождением извращенного ума доктора Вольфганга Хубера из Гей-
дельбергского университета. Этот деятель утверждал, что психические бо-
лезни провоцирует государство; измените политическую систему - и психи-
ческие заболевания исчезнут. Он учил своих пациентов подрывному делу,
искусству наблюдения, дзюдо и прочим способам рукопашного боя. Жена Ур-
сула была его верной помощницей. К середине 1971 года группа убийц-пси-
хопатов решила, что "Красная армия" очень близка им по духу, и присоеди-
нилась к ней. Сыщики из КРИПО прозвали эту группу "бандой сумасшедших".
22 октября 1971 года экипаж патрульной машины в Гамбурге опознал чле-
на "банды сумасшедших" Маргрит Шиллер, когда она выходила из здания вок-
зала. Она встретилась с двумя сообщниками. Патрульные офицеры Хельмут
Шмид и Генрих Лемке попытались взять террористов, но троица была хорошо
вооружена, и полицейские оказались отличными мишенями для "сумасшедших".
Шмвд умер с шестью пулями в груда, а Лемке повезло - он отделался легким
ранением.
Ликвидация "отступников"
Убийство полицейского прибавило блюстителям закона решимости разгро-
мить "Красную армию". Маргрит Шиллер была арестована через два дня после
убийства. При ней оказались оружие и "Церковная черная книга", написан-
ная Майнхоф. В книге обнаружили список священнослужителей, врачей, жур-
налистов, адвокатов, на которых "Красная армия" могла положиться в труд-
ную минуту. Эта книга вызвала в обществе бурю возмущения деятельностью
проповедников насилия и террористов.
Тем не менее убийства продолжались. 22 декабря 1971 года был застре-
лен полицейский Герберт Шонер, когда банда грабила банк в прирейнском
городке Кайзерлаутерн. Ему было 32 года, у него остались жена и ма-
ленькие дети.
Участвовавшая в налете 19-летняя Ингеборг Барц, недавно присоединив-
шаяся к банде, была потрясена видом крови и детским криком. Она решила
уехать в Берлин к матери, устроиться на работу машинисткой в какую-ни-
будь маленькую фирму и постараться забыть жизнь революционерки и крики
детей, до смерти напуганных налетчиками.
Но Майнхоф издала приказ о "ликвидации" любого члена "Красной армии",
который решил "завязать".
Член банды Герхарт Мюллер позже будет свидетельствовать против своих
бывших сообщников и расскажет, что Майнхоф пришла в ярость, когда услы-
шала, что Ингеборг хочет уехать. Мюллер показал на следствии, что Ульри-
ка Майнхоф и Баадер отвезли Ингеборг в заброшенный каменный карьер и там
расстреляли "отступницу".
"Бэби-бомба" Ульрики
Полицейских погибало все больше. Один из них был убит пулями
"дум-дум" - варварским средством умерщвления, запрещенным международной
конвенцией. Майнхоф совершенствовала серию бомб, изготавливаемых из на-
чиненных взрывчаткой обрезков трубы. Такое устройство называли "бэ-
би-бомба". Оно подвешивалось на ремнях через плечо так, что лежало на
животе, и женщина казалась беременной.
Майнхоф была мозговым центром "бомбовой" кампании. Она планировала
акции, намечала в качестве целей государственные учреждения в районе
Гамбурга, Гейдельберга, Аугсбурга, Мюнхена и Франкфурта.
Во Франкфурте Жан-Карл Распэ, очередной любовник Ульрики и лидер
группы, Баадер и Эннслин заложили несколько бомб в штаб-квартиру 5-го
американского армейского корпуса. От взрыва погиб американский полков-
ник, тринадцать гражданских и военных сотрудников были ранены. Амери-
канскую армию Ульрика определила как одну из целей борьбы. Она считала,
что именно Америка повинна во всех европейских неурядицах. Кроме того,
это была месть за войну во Вьетнаме, войну, к которой "Красная армия"
относилась резко отрицательно по известным идеологическим причинам.
В следующем году "Красная армия" продолжала свою кровавую кампанию.
Пять человек были ранены в помещениях мюнхенских полицейских участков,
где взорвались бомбы с часовыми механизмами, оставленные в чемоданах.
Жена судьи, который подписал ордера на арест террористов, была тяжело
ранена взорвавшейся бомбой в своей машине, когда повернула ключ зажига-
ния. Ульрика лично подложила бомбы в офисы крупнейшего издательства Ак-
селя Шпрингера во Франкфурте. Еще три американца погибли неделю спустя
от взрыва бомбы в казармах города Гейдельберга. Бомбы Ульрики были срабо-
таны талантливым механиком Дьерком Хоффом, который сменил прежний род
занятий на политический террор. Он делал такие чувствительные таймеры,
что оружейные фирмы впоследствии искали его чертежи, чтобы использовать
в производственных целях.
Засада
Легкость, с которой действовали террористы, кровавые следы, которые они
оставляли, вызывали сильное беспокойство правительства Западной Германии.
Стало известно, что Ульрика Майнхоф часто наведывается в Восточную Герма-
нию, чтобы пополнить запасы оружия. Однако выследить ее было очень трудно
- она часто меняла и внешность, и документы. Но именно она больше всех
интересовала полицию и спецслужбы, поскольку была мозговым центром "крас-
ноармейского" террора.
Спустя неделю после преступления "Красной армии" в Гейдельберге жите-
ли франкфуртского пригорода, отправляясь на работу, вряд ли обращали
внимание на группу рабочих, разгружавших торф возле гаражей в стороне от
жилого массива. Вокруг гаражей была голая земля. Тот, кто видел происхо-
дящее, наверняка решил, что городские власти наконец-то собрались посе-
ять тут траву. На самом деле рабочие были снайперами КРИПО, а торф был
нужен, чтобы в случае необходимости быстро сделать укрытие, так как по-
лиции стало известно, что в одном из гаражей террористы устроили склад
оружия. После долгого и безрезультатного ожидания полиция обыскала гара-
жи и действительно обнаружила в одном из них склад оружия. Заменив
взрывчатку и оружие муляжами, оперативники из КРИПО решили все-таки дож-
даться появления террористов.
На улице, где сидели в засаде снайперы, рано утром притормозил "пор-
ше". Из него вышли два человека и направились к гаражу. Третий -
Жан-Карл Распэ, любовник Ульрики, - остался ждать в машине, нервно пог-
лядывая в сторону ближайших садов. Многолетний опыт и чутье террориста
подсказывали ему, что здесь что-то не так. И когда полицейские окружили
его и предложили сдаться, он ответил градом пуль, но был мгновенно схва-
чен.
Андреас Баадер и Хольгер Майнс успели укрыться в гараже, но туда были
брошены гранаты со слезоточивым газом. Террористы начали отстреливаться,
однако Баадер был ранен в ногу. Через несколько минут они сдались.
Последнее убежище
Через неделю в гамбургском салоне одежды случайно попалась Гудрун
Эннслин.
Из всего руководства группы на свободе оставалась только Ульрика. Ее
любовник был арестован, второй лидер группы тоже, "семья" распалась:
кто-то оказался за решеткой, кто-то был убит. Даже друзья из "левых" от-
вернулись от нее, возмущенные той волной насилия и грабежей, которую
подняла ее группа.
После того как надежный дом в Берлине попал под наблюдение полиции,
Ульрика нашла новое убежище. Она и Герхард Мюллер обосновались в доме
школьного учителя из "левых" Фритца Родевальда, который поначалу симпа-
тизировал ее идеям. Но Родевальд был социалистом, а не террористом. Он
был уважаемым человеком, президентом союза учителей, у него были семья и
стабильное положение в обществе, том самом, которое она стремилась раз-
рушить. По совету друзей Родевальд позвонил в полицию.
Когда группа захвата ворвалась в квартиру, Ульрика распаковывала ве-
щи. Среди тряпок в чемоданах оказались три пистолета, две ручные грана-
ты, автомат и одна из ее "бэби-бомб". Герхард Мюллер сдался сразу и дол-
жен был стать важным свидетелем. Но надеть наручники на Ульрику оказа-
лось нелегким делом: она дралась как дикая кошка.
На фотографиях, сделанных в следственном изоляторе, лицо Ульрики выг-
лядит одутловатым. Но это не результат применения транквилизаторов -
просто жизнь в бегах наложила на нее свой отпечаток. За последние месяцы
террористка похудела и весила чуть более 45 килограммов.
Арест Ульрики Майнхоф был последним гвоздем, вбитым в крышку гроба
"Красной армии". Она была движущей силой всех операций, обладала уни-
кальными способностями и пользовалась несомненным авторитетом среди еди-
номышленников. Одни подпольные группы пытались освободить ее, другие в
ответ на ее арест провели ряд террористических актов.
21 мая 1975 года начался судебный процесс над Майнхоф, Баадером,
Эннслин и Распэ. Вместе с ними на скамье подсудимых должен был сидеть и
Майнс, но он объявил голодовку и умер в заключении.
Четыре тысячи человек шли за ее гробом
Судебный процесс тянулся целый год. Обвиняемые не говорили ни слова,
заявив, что не признают этот суд. Но в конце концов Эннслин "сломалась".
Она подтвердила, что банда совершила целую серию убийств. Через четыре
дня Ульрика разорвала тюремное полотенце на полоски, сделала веревку,
привязала се к решетке окна своей камеры и повесилась.
Ее смерть подняла новую волну террора. Кульминацией стало убийство
промышленника Ганса-Мартина Шлейера и захват самолета "Люфтганзы" в ок-
тябре 1977 года. При освобождении пассажиров группой специального назна-
чения трое из четырех террористов были убиты на месте, а один ранен.
Эта новость так ошеломила Распэ, Баадера и Эннслин, которые были при-
говорены к пожизненному заключению, что мужчины застрелились из тайно
переданных им пистолетов, а Эннслин повесилась.
Когда полиция еще раз внимательно пересмотрела список разыскиваемых
террористов, "примеряя" его к взбудоражившему весь мир убийству Ган-
са-Мартина Шлейера (известный западногерманский промышленник, незадолго
до этого похищенный "Красной армией", был умерщвлен через несколько ча-
сов после провала террористической операции по захвату самолета в аэро-
порту столицы Сомали), экспертам бросилось в глаза то обстоятельство,
что по крайней мере половину этого списка составляли террористки с
явственным "почерком" Ульрики Майнхоф.
Джиллиан Бейкер, автор биографической хроники переполненной кровавыми
событиями жизни Ульрики Майнхоф, пишет: "Иногда она вела себя как взбал-
мошный подросток, в котором вдруг проснулась неуемная любовная жажда. В
ней непримиримо пытались сосуществовать пуританка и бунтарь, одинаково
увлеченные и обманутые коммунистической утопией".
Но те, кто хорошо знал Ульрику Майнхоф, утверждают, что где-то на дне
ее души, вытеснив оттуда любовь, таилась черная ненависть, которая и
сделала эту женщину "королевой террора".
мицей журналистов. Но она предпочла стать фанатичной и жестокой терро-
ристкой. Ее история во многом таинственна и необъяснима.
В среде послевоенной немецкой молодежи не все верили в экономическое
чудо, которое может возродить разрушенную экономику, поднять города из
руин и сделать Германию еще более сильной и процветающей, чем при дово-
енном "третьем рейхе". Идеи новой революции зрели в школьной, универси-
тетской, академической среде, в некоторых слоях интеллигенции. Эти люди
с надеждой смотрели на Восток, особенно на Восточную Германию, скрытую
за каменной стеной и колючей проволокой. Они всерьез рассматривали ГДР
как модель государства будущего.
Эти "кухонные радикалы", представители среднего класса, верили, что
концепция капитализма изжила себя и пришло время истинно пролетарской
революции. Но они были убеждены, что реализовать эту идею мирным путем
невозможно - новый Иерусалим должен быть воздвигнут на крови. В неистовом
потоке насилия имя Ульрики Марии Майнхоф оказалось неразрывно связанным с
именем Андреаса Баадера. Созданная ими организация была одной из самых
известных террористических групп в Германии.
Живой ум и природное обаяние
Ульрика родилась в Нижней Саксонии 7 октября 1934 года и принадлежала
к тому "потерянному поколению", которое было искалечено войной. Рожден-
ная в период восхождения фюрера к власти, достаточно взрослая, чтобы
понять, что он поставил страну на колени, она рано столкнулась с труд-
ностями реальной жизни. Ее отец умер от рака в конце войны, а мать скон-
чалась в 1948 году. Приемная мать позаботилась о том, чтобы Ульрика по-
лучила образование. Интеллигентная, высокоодаренная молодая женщина,
Ульрика обладала живым умом и природным обаянием. Ее привлекали паци-
фистские идеи, труды Бертрана Рассела и Веры Бриттен. Бурная эпоха оста-
вила свой след в ее юном сознании.
К двадцати трем годам она поступила в докторантуру Мюнстерского уни-
верситета. Ульрика была активным членом различных левых движений, высту-
пала за запрещение ядерного оружия, призывала бороться с растущей угро-
зой милитаризма в Германии со стороны правых - в то время это было ос-
новное политическое направление. Даже социал-демократ Вилли Брандт, ко-
торый стал впоследствии канцлером Федеративной Республики, не оставался
в стороне от этих идей.
К 1959 году Ульрика приобрела устойчивую репутацию радикала и передо-
вого ученого. Она мастерски владела аудиторией, поэтому ее постоянно
приглашали выступать. На антиядерной конференции в Бонне она познакоми-
лась с редактором студенческой газеты "Конкрет" Клаусом Райнером Ролем.
Они полюбили друг друга и в 1962 году стали мужем и женой. Через год
Ульрика родила близнецов. Хотя теперь она стала много времени уделять
семье, ее увлечение политикой не ослабло. В 60-х годах, когда в Англии
появились "битники", а слова "свободная любовь" были на устах у всех,
Ульрика пришла к выводу, что старый капиталистический строй должен быть
разрушен. Однако все глубже погружаясь в пучину "левой" идеологии, она
неплохо жила в той системе, которую презирала.
Ульрика и Клаус были обеспеченными людьми. Роль с немалой выгодой пе-
реводил порнографические шведские книги на немецкий язык, а доходы
Ульрики росли по мере увеличения тиража газеты "Конкрет", редактором ко-
торой она стала. Вокруг них сформировалась группа разных по социальному
статусу людей, объединенных стремлением изменить окружающий мир. Ульрика
стала постоянным и популярным гостем политических радиопередач, при лю-
бой возможности пропагандируя "альтернативные" взгляды на текущие собы-
тия. В течение всех этих лет обеспеченной жизни - с "мерседесом" возле
собственного дома и подвалом, наполненным отличными винами, - Ульрика
Майнхоф продолжала утверждать, что лишь насильственный переворот может
излечить современное общество от всех его болезней.
В конце 60-х произошли два события, которые изрядно пошатнули ее упо-
рядоченный мир. Во-первых, в 1968 году она развелась с мужем, который
постоянно ей изменял и в конце концов перешел все границы приличия.
Во-вторых, состоялся судебный процесс по делу молодого революционера
Андреаса Баадера.
Баадер родился в Мюнхене в 1943 году. Он был приверженцем на-
сильственных методов классовой борьбы, которая, как он считал, необходи-
ма в современном немецком обществе. Красивый бездельник, никогда не ра-
ботавший, любимец женщин, он приехал в Берлин и регулярно участвовал во
всевозможных демонстрациях, которые происходили ежедневно в старой сто-
лице империи. Тут протестовали по любому поводу и боролись за что угодно
- от защиты прав людей, незаконно вселившихся в квартиры, до требования
повысить студенческие стипендии. В 1967 году убежденная коммунистка Гуд-
рун Эннслин бросила мужа с маленьким ребенком и сошлась с Баадером, с
которым познакомилась на студенческой демонстрации. Как раз в то время
Андреас Баадер стал яростно проповедовать свою философию классовой нена-
висти. Он стал призывать к вооруженной партизанской борьбе против госу-
дарства, к так называемой "народной войне".
На пути к террору
Самый первый акт вооруженной борьбы оказался неудачным. Баадер и
Эннслин подложили зажигательные устройства во франкфуртский универмаг в
знак протеста против войны во Вьетнаме, но были схвачены на месте прес-
тупления и отданы под суд. Во время этого процесса Ульрика Майнхоф была
на стороне Баадера и его действий. Убежденная пацифистка сделала первый
шаг к новой роли - террористки, готовой принести в жертву человеческие
жизни для достижения своих целей.
Баадер, Эннспин и два других "партизана" были приговорены за поджог
универмага к трем годам каждый. В июне 1969 года, после того как они от-
сидели четырнадцать месяцев, по ходатайству адвокатов их выпустили на
свободу до пересмотра дела. Но Баадер, его любовница и один из сообщни-
ков не стали ждать нового суда и сбежали во Францию. Ими занялся Ингер-
пол, и в 1970 году они были вновь арестованы, доставлены в Германию и
посажены в тюрьму. Ульрика Майнхоф была возмущена этим до глубины души.
Теперь она жила в Западном Берлине, ее связи с "левыми" укрепились, а
квартира стала местом встреч политических единомышленников. В 1970 году
Ульрика окончательно встала на путь террора. Вместе с несколькими сорат-
никами Баадера она решила вызволить его из тюрьмы.
В Германии сформировалась группа людей, симпатизирующих Баадеру и его
делу. Она была известна как фракция "Красная армия". Создал ее Хорст Ма-
лер, адвокат, защищавший Баадера на судебном процессе, ярый сторонник
насильственного свержения государственного строя в Западной Германии.
"Красная армия" была связана не только с местными подпольщиками-экстре-
мистами, но имела также контакты с террористическими группами на Ближнем
Востоке.
Сипами этой организации был устроен побег из тюрьмы Баадера и его
единомышленников. После побега Малер, Майнхоф, Баадер и Эннслин отправи-
лись в Иорданию, где в учебном лагере намеревались пополнить свое терро-
ристическое "образование".
Учеба у палестинцев
Майнхоф оказалась способной ученицей. Она успешно постигала премуд-
рости терроризма: как выпрыгнуть на ходу из мчащейся машины и при этом
не пострадать, как поражать цель из пистолета новейшего образца. Но от-
ношения между арабскими хозяевами и их немецкими гостями были прохладны-
ми; каждая из сторон обвиняла другую в высокомерии. Арабов, похоже, осо-
бенно раздражал Баадер, который отказывался участвовать в групповых за-
нятиях, заявив, что они "не подходят" для той войны, которую он планиру-
ет вест в Европе.
Когда разногласия между двумя группами достигли предела, немцам было
предложено покинуть учебный лагерь. Ульрика решила задержаться - ее
очень интересовали бомбы, и она хотела научиться правильно их применять.
Но палестинцы ничего не хотели слушать. Группа тайно вернулась в Герма-
нию. Там им пришлось скрываться на квартирах и в домах радикалов, друзей
Ульрики, оставшихся со времен ее бурной политической деятельности.
Ульрика посылает сыновей в лагерь террористов
Ульрика была настолько убеждена в справедливости дела "Красной ар-
мии", что послала своих семилетних сыновей-близнецов в Иорданию, в тот
самый учебный лагерь террористов, который недавно покинула. Она хотела,
чтобы в будущем они вместе с палестинцами сражались против Израиля. Это
желание, как она объясняла, было истинным выражением ее любви к детям.
Мальчики доехали только до Сицилии, где были задержаны полицией. Сопро-
вождавшего их террориста арестовали. Через несколько недель лагерь, в
который они направлялись, был превращен в руины авиацией короля Хусейна.
Тем временем Ульрика и ее единомышленники принялись разрабатывать
план "народной войны". Выяснилось, что прежде всего необходимо позабо-
титься о главном - деньгах. Малер организовал серию налетов на банки,
чтобы добыть сумму, необходимую для приобретения взрывчатки, фальшивых
документов, оружия и складов, где можно было бы все это хранить. В один
из дней они умудрились ограбить сразу три банка, но Ульрика была недо-
вольна, поскольку добыча оказалась ничтожной. С тех пор ограбления вошли
в привычку. Безрассудная смелость в сочетании с тщательной подготовкой
акций во многом обеспечивала успех задуманных операций.
Рабочий-автомеханик Карл-Хайнц Руланд тоже попал в эту группу, так
как имел возможность снабжать налетчиков машинами. Интеллектуалы-заговор-
щики смотрели на новичка свысока, но именно его из всех мужчин "Красной
армии" Ульрика выбрала себе в любовники. Поговаривали, что ее сексу-
альный выбор демонстрировал убеждение в том, что классовая система отми-
рает и что она, Ульрика, не признает никаких классовых предрассудков.
Однако Рулавд считал иначе. "Я простой рабочий, которого она учила, -
сказал он позже. - И хотя она интеллектуально намного выше меня, она ни-
когда не напоминала об этом".
Ульрика была интендантом группы. Она обеспечивала ее оружием через
палестинские контакты, разрабатывала планы налетов на государственные
учреждения, чтобы добыть официальные бланки и печати. Потом их использо-
вали для изготовления фальшивых документов, которые открывали доступ к
таким местам, как военные лагеря и исследовательские центры. Налеты на
банки продолжались. Таким образом удалось добыть сотни тысяч марок.
Но подобные акции, по мнению террористов, были недостаточно эффектив-
ны, для того чтобы разрушить "антинародную" государственную систему.
Нужно было ясно и точно определить цели "народной войны".
В октябре 1970 года Малер совершил грубую ошибку и угодил в полицейс-
кую ловушку.
Руководство группой легло на плечи Баадера. Неуравновешенный, склон-
ный к сумасбродству, Баадер нуждался в трезвом аналитическом уме Ульрики
Майнхоф, чтобы держать свою "партизанскую армию" в руках.
После ограбления преступниками двух банков в Касселе полиция активи-
зировала свои поиски. Немецкая криминальная полиция - КРИПО - сформиро-
вала специальное подразделение, чтобы раз и навсегда покончить с этой
преступной группой. Многие члены "Красной армии" оказались за решеткой.
Был момент, когда только Баадер, Майнхоф и еще несколько боевиков оста-
вались на свободе. Однако недостатка в желающих вступить вместе с ними
на преступный путь не было. Скоро банда переключилась с ограбления бан-
ков на уничтожение людей, и кровь полилась рекой.
"Банда сумасшедших" - одно из подразделений "Красной армии" - была
порождением извращенного ума доктора Вольфганга Хубера из Гей-
дельбергского университета. Этот деятель утверждал, что психические бо-
лезни провоцирует государство; измените политическую систему - и психи-
ческие заболевания исчезнут. Он учил своих пациентов подрывному делу,
искусству наблюдения, дзюдо и прочим способам рукопашного боя. Жена Ур-
сула была его верной помощницей. К середине 1971 года группа убийц-пси-
хопатов решила, что "Красная армия" очень близка им по духу, и присоеди-
нилась к ней. Сыщики из КРИПО прозвали эту группу "бандой сумасшедших".
22 октября 1971 года экипаж патрульной машины в Гамбурге опознал чле-
на "банды сумасшедших" Маргрит Шиллер, когда она выходила из здания вок-
зала. Она встретилась с двумя сообщниками. Патрульные офицеры Хельмут
Шмид и Генрих Лемке попытались взять террористов, но троица была хорошо
вооружена, и полицейские оказались отличными мишенями для "сумасшедших".
Шмвд умер с шестью пулями в груда, а Лемке повезло - он отделался легким
ранением.
Ликвидация "отступников"
Убийство полицейского прибавило блюстителям закона решимости разгро-
мить "Красную армию". Маргрит Шиллер была арестована через два дня после
убийства. При ней оказались оружие и "Церковная черная книга", написан-
ная Майнхоф. В книге обнаружили список священнослужителей, врачей, жур-
налистов, адвокатов, на которых "Красная армия" могла положиться в труд-
ную минуту. Эта книга вызвала в обществе бурю возмущения деятельностью
проповедников насилия и террористов.
Тем не менее убийства продолжались. 22 декабря 1971 года был застре-
лен полицейский Герберт Шонер, когда банда грабила банк в прирейнском
городке Кайзерлаутерн. Ему было 32 года, у него остались жена и ма-
ленькие дети.
Участвовавшая в налете 19-летняя Ингеборг Барц, недавно присоединив-
шаяся к банде, была потрясена видом крови и детским криком. Она решила
уехать в Берлин к матери, устроиться на работу машинисткой в какую-ни-
будь маленькую фирму и постараться забыть жизнь революционерки и крики
детей, до смерти напуганных налетчиками.
Но Майнхоф издала приказ о "ликвидации" любого члена "Красной армии",
который решил "завязать".
Член банды Герхарт Мюллер позже будет свидетельствовать против своих
бывших сообщников и расскажет, что Майнхоф пришла в ярость, когда услы-
шала, что Ингеборг хочет уехать. Мюллер показал на следствии, что Ульри-
ка Майнхоф и Баадер отвезли Ингеборг в заброшенный каменный карьер и там
расстреляли "отступницу".
"Бэби-бомба" Ульрики
Полицейских погибало все больше. Один из них был убит пулями
"дум-дум" - варварским средством умерщвления, запрещенным международной
конвенцией. Майнхоф совершенствовала серию бомб, изготавливаемых из на-
чиненных взрывчаткой обрезков трубы. Такое устройство называли "бэ-
би-бомба". Оно подвешивалось на ремнях через плечо так, что лежало на
животе, и женщина казалась беременной.
Майнхоф была мозговым центром "бомбовой" кампании. Она планировала
акции, намечала в качестве целей государственные учреждения в районе
Гамбурга, Гейдельберга, Аугсбурга, Мюнхена и Франкфурта.
Во Франкфурте Жан-Карл Распэ, очередной любовник Ульрики и лидер
группы, Баадер и Эннслин заложили несколько бомб в штаб-квартиру 5-го
американского армейского корпуса. От взрыва погиб американский полков-
ник, тринадцать гражданских и военных сотрудников были ранены. Амери-
канскую армию Ульрика определила как одну из целей борьбы. Она считала,
что именно Америка повинна во всех европейских неурядицах. Кроме того,
это была месть за войну во Вьетнаме, войну, к которой "Красная армия"
относилась резко отрицательно по известным идеологическим причинам.
В следующем году "Красная армия" продолжала свою кровавую кампанию.
Пять человек были ранены в помещениях мюнхенских полицейских участков,
где взорвались бомбы с часовыми механизмами, оставленные в чемоданах.
Жена судьи, который подписал ордера на арест террористов, была тяжело
ранена взорвавшейся бомбой в своей машине, когда повернула ключ зажига-
ния. Ульрика лично подложила бомбы в офисы крупнейшего издательства Ак-
селя Шпрингера во Франкфурте. Еще три американца погибли неделю спустя
от взрыва бомбы в казармах города Гейдельберга. Бомбы Ульрики были срабо-
таны талантливым механиком Дьерком Хоффом, который сменил прежний род
занятий на политический террор. Он делал такие чувствительные таймеры,
что оружейные фирмы впоследствии искали его чертежи, чтобы использовать
в производственных целях.
Засада
Легкость, с которой действовали террористы, кровавые следы, которые они
оставляли, вызывали сильное беспокойство правительства Западной Германии.
Стало известно, что Ульрика Майнхоф часто наведывается в Восточную Герма-
нию, чтобы пополнить запасы оружия. Однако выследить ее было очень трудно
- она часто меняла и внешность, и документы. Но именно она больше всех
интересовала полицию и спецслужбы, поскольку была мозговым центром "крас-
ноармейского" террора.
Спустя неделю после преступления "Красной армии" в Гейдельберге жите-
ли франкфуртского пригорода, отправляясь на работу, вряд ли обращали
внимание на группу рабочих, разгружавших торф возле гаражей в стороне от
жилого массива. Вокруг гаражей была голая земля. Тот, кто видел происхо-
дящее, наверняка решил, что городские власти наконец-то собрались посе-
ять тут траву. На самом деле рабочие были снайперами КРИПО, а торф был
нужен, чтобы в случае необходимости быстро сделать укрытие, так как по-
лиции стало известно, что в одном из гаражей террористы устроили склад
оружия. После долгого и безрезультатного ожидания полиция обыскала гара-
жи и действительно обнаружила в одном из них склад оружия. Заменив
взрывчатку и оружие муляжами, оперативники из КРИПО решили все-таки дож-
даться появления террористов.
На улице, где сидели в засаде снайперы, рано утром притормозил "пор-
ше". Из него вышли два человека и направились к гаражу. Третий -
Жан-Карл Распэ, любовник Ульрики, - остался ждать в машине, нервно пог-
лядывая в сторону ближайших садов. Многолетний опыт и чутье террориста
подсказывали ему, что здесь что-то не так. И когда полицейские окружили
его и предложили сдаться, он ответил градом пуль, но был мгновенно схва-
чен.
Андреас Баадер и Хольгер Майнс успели укрыться в гараже, но туда были
брошены гранаты со слезоточивым газом. Террористы начали отстреливаться,
однако Баадер был ранен в ногу. Через несколько минут они сдались.
Последнее убежище
Через неделю в гамбургском салоне одежды случайно попалась Гудрун
Эннслин.
Из всего руководства группы на свободе оставалась только Ульрика. Ее
любовник был арестован, второй лидер группы тоже, "семья" распалась:
кто-то оказался за решеткой, кто-то был убит. Даже друзья из "левых" от-
вернулись от нее, возмущенные той волной насилия и грабежей, которую
подняла ее группа.
После того как надежный дом в Берлине попал под наблюдение полиции,
Ульрика нашла новое убежище. Она и Герхард Мюллер обосновались в доме
школьного учителя из "левых" Фритца Родевальда, который поначалу симпа-
тизировал ее идеям. Но Родевальд был социалистом, а не террористом. Он
был уважаемым человеком, президентом союза учителей, у него были семья и
стабильное положение в обществе, том самом, которое она стремилась раз-
рушить. По совету друзей Родевальд позвонил в полицию.
Когда группа захвата ворвалась в квартиру, Ульрика распаковывала ве-
щи. Среди тряпок в чемоданах оказались три пистолета, две ручные грана-
ты, автомат и одна из ее "бэби-бомб". Герхард Мюллер сдался сразу и дол-
жен был стать важным свидетелем. Но надеть наручники на Ульрику оказа-
лось нелегким делом: она дралась как дикая кошка.
На фотографиях, сделанных в следственном изоляторе, лицо Ульрики выг-
лядит одутловатым. Но это не результат применения транквилизаторов -
просто жизнь в бегах наложила на нее свой отпечаток. За последние месяцы
террористка похудела и весила чуть более 45 килограммов.
Арест Ульрики Майнхоф был последним гвоздем, вбитым в крышку гроба
"Красной армии". Она была движущей силой всех операций, обладала уни-
кальными способностями и пользовалась несомненным авторитетом среди еди-
номышленников. Одни подпольные группы пытались освободить ее, другие в
ответ на ее арест провели ряд террористических актов.
21 мая 1975 года начался судебный процесс над Майнхоф, Баадером,
Эннслин и Распэ. Вместе с ними на скамье подсудимых должен был сидеть и
Майнс, но он объявил голодовку и умер в заключении.
Четыре тысячи человек шли за ее гробом
Судебный процесс тянулся целый год. Обвиняемые не говорили ни слова,
заявив, что не признают этот суд. Но в конце концов Эннслин "сломалась".
Она подтвердила, что банда совершила целую серию убийств. Через четыре
дня Ульрика разорвала тюремное полотенце на полоски, сделала веревку,
привязала се к решетке окна своей камеры и повесилась.
Ее смерть подняла новую волну террора. Кульминацией стало убийство
промышленника Ганса-Мартина Шлейера и захват самолета "Люфтганзы" в ок-
тябре 1977 года. При освобождении пассажиров группой специального назна-
чения трое из четырех террористов были убиты на месте, а один ранен.
Эта новость так ошеломила Распэ, Баадера и Эннслин, которые были при-
говорены к пожизненному заключению, что мужчины застрелились из тайно
переданных им пистолетов, а Эннслин повесилась.
Когда полиция еще раз внимательно пересмотрела список разыскиваемых
террористов, "примеряя" его к взбудоражившему весь мир убийству Ган-
са-Мартина Шлейера (известный западногерманский промышленник, незадолго
до этого похищенный "Красной армией", был умерщвлен через несколько ча-
сов после провала террористической операции по захвату самолета в аэро-
порту столицы Сомали), экспертам бросилось в глаза то обстоятельство,
что по крайней мере половину этого списка составляли террористки с
явственным "почерком" Ульрики Майнхоф.
Джиллиан Бейкер, автор биографической хроники переполненной кровавыми
событиями жизни Ульрики Майнхоф, пишет: "Иногда она вела себя как взбал-
мошный подросток, в котором вдруг проснулась неуемная любовная жажда. В
ней непримиримо пытались сосуществовать пуританка и бунтарь, одинаково
увлеченные и обманутые коммунистической утопией".
Но те, кто хорошо знал Ульрику Майнхоф, утверждают, что где-то на дне
ее души, вытеснив оттуда любовь, таилась черная ненависть, которая и
сделала эту женщину "королевой террора".
