Qebedo
Когда ему сообщили о победах Александра, он сказал: "Александр побеждает женщин, а я воюю с мужчинами"
Ой ли? Было, было, было.
"И будь даже начало похода успешным, все равно не раз бы пришлось Александру, вспоминая персов, индийцев и смирную Азию, признать, что до сих пор ему доводилось воевать с женщинами. Именно это,
говорят, промолвил эпирский царь Александр, когда,
смертельно раненный, сравнил поход этого юноши в Азию со жребием, выпавшим на его долю"(Liv.IX.19.10-11)

Ливий - отец альтернативной истории.
Об этом же:
Авл Гелий(XVII, 21, 23):"Другой же Александр, прозвание которого было Молосский, прибыл в Италию с намерением воевать против римского народа - уже тогда молва о доблести и успехах римлян стала доходить до зарубежных народов, - но умер, прежде чем начал войну.
Мы узнали, что этот Александр Молосский, когда двигался в Италию, сказал, что он идет к римлянам, как в андронитий, тогда как Македонец идет к персам, как в гинекей"
Квинт Курций Руф (VIII, 1, 37 вкладывая в речь Клита): "В самом деле, каким образом ты с этими юнцами завоевал Азию? Я считаю правильными слова твоего дяди в Италии. Как известно, он сказал, что сам он вел наступление на мужей, а ты на женщин".
А вот, что Ливий пишет о смерти Александра Молосского: "При переходе через реку по незнакомому броду один из воинов, подавленный страхом д измученный, проклиная зловещее название реки, воскликнул: «Недаром зовут тебя Ахеронтом!76» Едва достигло это слуха царя, он тотчас вспомнил о предсказании и остановился, не решаясь переходить реку. Тогда Сотим, юноша из царской свиты, спросил, отчего он медлит в такой опасности, и указал при этом на луканцев, искавших его погубить. Оглянувшись, царь заметил их поодаль, гурьбою шедших к нему, и, обнажив меч, пустил коня в самую стремнину, но, когда он уже выбрался на мелкое место, луканский изгнанник издали поразил его дротиком.
Бездыханное тело с торчащим в нем древком река принесла к вражеской стоянке; там тело зверски изуродовали: разрубили надвое и часть отправили в Консенцию, часть оставили у себя для поругания."(Liv.VIII.24.11-14.)
Отсюда вопрос: перед кем и, главное, когда "смертельно раненный" Александр Молосский успел так метко высказаться?