"О Дакии тёмной..."

Люди вот вылаживаю информацию про Вторую Дакийскую вону Траяна.
Активизация разбитого противника насторожила Траяна. Понимая, что решительное столкновение не?избежно, он еще более тщательно стал готовиться к новой войне. Мезия вновь превратилась в плацдарм для наступления на Дакию. На Нижний Дунай подтя?гиваются дополнительные свежие легионы с Рейна: XI Клавдиев и I Минервы, недавно сформированный II Траянов. Количество задействованных регулярных частей доходит до 16, а общая численность римской армии достигает, по оценкам некоторых специали?стов, 200 тысяч воинов.

Для облегчения переброски войск в мятежную Да?кию возле крепости Дробеты руками легионеров был построен великолепный мост. Автором его проекта являлся друг и сподвижник императора архитектор Аполлодор из Дамаска. Это было грандиозное соору?жение, от которого к настоящему времени остались лишь руины прибрежных быков. Длина моста достигала одного километра (1,2 км). Поддерживали его два?дцать соединенных арками мощных каменных стол?бов. Дион Кассий с восхищением отзывается о творе?нии дамасского архитектора, а современников поража?ла сама возможность переброски подобной конструкции через широкий, полноводный Данубий (1). Изо?бражение моста имеется на колонне Траяна, на серии монет этого времени.

Посчитав подготовку законченной и воспользо?вавшись как поводом нападением даков на язигов, им?ператор заставил сенат объявить Децебалу новую вой?ну. Рельефы колонны достаточно детально показывают нам прибытие Траяна к месту военных действий (2). Он совершает торжественные жертвоприношения, при?нимает делегации от муниципальных властей мезийских городов, посольства от дружественных племен, инспектирует ремонтные работы обветшавших в его отсутствие оборонительных сооружений.

К активным военным действиям противоборствую?щие стороны перешли летом 105 г. н. э. Первоначально Фортуна сопутствовала Децебалу. Внезапным ударом дакам удалось возвратить свою столицу и уничтожить оставленный в ней римский гарнизон. Однако затем капризная богиня удачи отвернулась от дакийского царя. Последовавший вскоре ожесточенный штурм предмостных укреплений у Дробеты, защищаемых ко?гортой храбрых антиохийцев, был отбит.

Траян, спешно закончив подготовку к вторжению, перешел в контрнаступление. Имея за плечами опыт первой дакийской кампании, он постарался избежать второго фронта и довести дело до полной победы. Расположившись в форме подковы, замыкавшейся на дакийской столице, римские войска тем самым пред?отвращали фланговый маневр со стороны противни?ка. Огромная армия тремя потоками форсировала Истр.

На левом фланге, переправившись по мосту Аполлодора с основными силами к Тапам через трансильванские Железные ворота, продвигался сам импера?тор. Вторая центральная группировка устремилась к столице даков вдоль реки Жиу через ущелье Сурдук. И наконец, легат Нижней Мезии Лаберий Максим возглавлял правый фланг наступающей армии, дейст?вуя вдоль реки Олт по направлению к перевалу Крас?ная Башня с целью сомкнуть клещи над Сармизегетузой с севера.

Рельефы колонны вновь наполняются сценами упорных схваток, сражений и осад. Дион Кассий сообщает о стойкости римских легионеров. Один из раненых всадников, потеряв сознание, был вынесен товарищами с поля боя. Придя в себя, он вновь воз?главил атаку, храбро сражался и, поразив многих, погиб. Сам император, по свидетельствам рельефов колонны, не раз находился в первых рядах, подавая пример мужества своим подчиненным (3).

В ходе второй войны противники действовали еще изобретательней и ожесточенней, чем в первой. Они понимали, что на этот раз лишь полное уничто?жение одной из сторон положит конец кровопролит?ной бойне, продолжавшейся вот уже три с половиной года на дакийской земле. Видя, что в открытом сра?жении разбить римлян невозможно, Децебал вновь прибег к хитрости. Он отказался от тактики по?сольств и попытался обезглавить наступающего про?тивника, лишив его армию командующего. Используя римских перебежчиков, дакийский царь организовал покушение на Траяна. Однако убить императора не удалось. Убийцы были схвачены. На допросе они во всем сознались (4).

Удача и далее продолжала ускользать от Децебала. Пригласив якобы для переговоров одного из выс?ших штабных офицеров Траяна ? Гая Кассия Лонгина, он захватил его в плен. Но все попытки выве?дать у важного заложника подробности стратеги?ческого плана римского командования провалились. Тогда царь даков предложил императору обмен. Он обещал освободить Лонгина за возврат территории, занятой римскими войсками. При этом император должен был возместить дакам потери, понесенные ими в ходе военных действий. Однако, как сообщает Дион Кассий, офицер избавил Траяна от трудного выбора. Достав у своего вольноотпущенника яд, Лонгин покончил жизнь самоубийством (5).

Римляне не остались в долгу. В результате успеш?ных действий вспомогательных частей к ним в руки попала семья Децебала. Мавретанской коннице Лузия Квиета удалось захватить, вероятно, внуков царя. На одном из рельефов колонны изображена сцена, где среди покрытых лесом гор чернокожие всадники ведут двух упирающихся и оглядывающихся мальчиков. Их взоры обращены к лежащему невдалеке убитому даку, вокруг которого собрались римские легионеры

Несмотря на отчаянное сопротивление, легионе?ры шаг за шагом продвигались в глубины Дакии. По пути они валили лес, прокладывая новые дороги, освобождали осажденные варварами кастеллы, убира?ли, пополняя запасы продовольствия, поспевающую пшеницу. К осени 106 г. клещи над Сармизегетузой в конце концов сомкнулись. Началась осада. Как сви?детельствуют рельефы колонны, дакийская столица была хорошо укреплена прочной стеной и высоким валом. Ее защитники оказали римским войскам упор?ное сопротивление. Они скатывали на легионеров каменные глыбы, поражали осаждающих из луков, метали копья, дротики, совершали вылазки. Бои с переменным успехом продолжались и днем и ночью.

Силы даков постепенно таяли. Наступил момент, когда легионы пошли на решающий ночной штурм.

?? Барра!! Барра ? рра ? а!!!? ? прокатилось вокруг стен осажденной Сармизегетузы. Разом вспых?нули тысячи огней. Заполыхали специально заготовленные стога соломы и бочки со смолой. Все новые и новые центурии взбирались на стену и сыпались вниз. Ревели гетские рога и римские сигнальные трубы. Но?вые и новые бойцы прибывали на стены. Началась без?жалостная резня во мраке, освещаемом неверным све?том пылающих хижин. Гребни, панцири, щиты. Греб?ни, панцири, щиты. Легионеры нескончаемым потоком взбирались на стены Сармизегетузы.
Понимая, что пощады не будет, даки подожгли свои дома. Наиболее решительные противники Рима, а также тысячи мирных жителей, не желая попадать в рабство, покончили с жизнью, выпив яд. Соответст?вующий рельеф колонны рисует нам страшную кар?тину массового самоубийства. В центре столицы на акрополе собрались вожди. Они первыми пьют смер?тоносный напиток, черпая его кубками из стоящего на помосте котла. Многие тут же в конвульсиях падают на землю. А затем ?...к помосту потянулись рядовые защитники. Бородатые угрюмые воины, приняв из рук жрецов чаши с ядом, произносили слова обращения к Кабирам и Замолксису и осушали бокалы. Матери поили детей и торопливо допивали остальное, дабы умереть раньше ребенка и не видеть его мучений.

? Пей, родной, не бойся, смотри, мама тоже пьёт!

Все больше и больше неподвижных тел устилало пространство вокруг возвышения. А шествие про?должалось. Новые и новые подходили и тянули к служителям милостивого бога чаши избавления.

Когда первые десятки V Македонского, VII Клавдиева, XVI Флавиева, II Помощник легионов прорва?лись к акрополю, взору открылось жуткое зрелище. По всей площади в различных позах, в которых застала смерть, лежали тысячи граждан дакийской столицы. Посреди этого торжества смерти горел гигантский кос?тер. Ручейки расплавленного золота и серебра текли из-под рубинового жара углей по стыкам брусчатки. Даки бросали все ценности в огонь. Легионеры бродили между самоубийцами, и нечто похожее на жалость и угрызения совести шевелилось в душах римлян при виде мертвых детей. Война была их уделом. Они, не колеблясь, кололи по приказу копьями, рубили мечами, вязали ремнями пленных и грабили павших. Но уви?денное сейчас не подходило ни под один оправдатель?ный критерий. Центурии покидали акрополь потрясенные?
Воинственность и огромное свободолюбие фра?кийцев не раз подчеркивали современные антиковеды. Теодор Моммзен в своей многотомной ?Истории Ри?ма? писал: ?Даже накануне гибели эта нация не утра?тила своей дикой храбрости и столько раз проявленной ей любви к независимости?
Под победные звуки военного марша Траян всту?пил в полуразрушенный город. Но с падением Сармизегетузы война не закончилась. Децебалу с неболь?шим отрядом удалось прорваться на восток страны, где он вновь попытался организовать сопротивление. На одном из рельефов он показан призывающим сво?их соплеменников взбодриться и не падать духом. Однако все надежды царя вскоре окончательно рухнули под натиском очередных неудач. Измена знати приняла массовый характер. Один из бывших при?ближенных Децебала ? Бицилис, надеясь на благо?склонность завоевателей, раскрыл Траяну тайну цар?ских сокровищ, спрятанных под руслом протекающей близ Сармизегетузы реки Саргеции. Накануне рим?ского вторжения ее воды в глубокой тайне отвели в сторону. На высохшем дне был вырыт котлован, куда сложили золото, серебро, ценные вещи, не подвер?женные влиянию воды. Сверху тайник перекрыли ка?менными плитами, завалили камнями. Реку вернули в прежнее состояние, а всех строителей и рабочих бес?пощадно перебили. Децебал, вероятно, очень надеялся использовать свою сокровищницу для продолжения борьбы. Ее потеря, несомненно, была для него силь?нейшим ударом. О количестве спрятанного можно судить по соответствующему рельефу колонны, кото?рый показывает, что римлянам пришлось перевозить попавшие в их руки богатства на мулах (9). Положение дакийского царя стало совсем безысходным, когда пала его северная столица ? Апул. Децебал бежал в горы на восток страны, но был окружен римскими войсками. Его немногочисленные соратники частью были перебиты, частью покончили с собой. На одном из последних рельефов наглядного памятника далекой трагедии, разыгравшейся в Карпатских горах, видно, что царь попытался спастись, но под ним внезапно пал конь. Не желая попадать в плен, Децебал пронзил себя мечом.По сообщению Диона Кассия, голова непримири?мого врага римлян была принесена Траяну, находящемуся в крепости Ранистре. В 1965 г. при раскопках у города Филиппы в Македонии археологи обнаружили надгробную плиту ?эксплоратора? ('разведчика') Второй паннонской алы Тиберия Клавдия Максима. Вы?битая на ней надпись сообщает, что именно он смог захватить тело дакийского царя, а затем доставить кровавый трофей императору (11). Сначала его выста?вили на блюде в центре римского лагеря, как это пока?зано на рельефе колонны, а потом отправили в Рим, где сбросили с лестницы Гемоний.

Последние сцены колонны рассказывают о завер?шающем походе римлян на север Дакии. Несколько когорт ауксилариев показаны сражающимися с воина?ми какого-то племени, облаченными в несвойственные дакам доспехи. Возможно, это костобоки или карпы, жившие у границ Дакии. Римляне побеждают. Они убивают молодого вождя, сжигают крепость варва?ров.
началу 107 г. н. э. последние очаги сопротив?ления были подавлены. Вторая дакийская война за?кончилась, но огонь освободительной борьбы, то раз?гораясь, то затухая, тлел в стране постоянно в течение всего римского господства.

Заключение
Причины поражения Децебала кроются в рыхло?сти созданного им племенного союза, в измене ста?рой родовой знати, предавшей царя в решающую ми?нуту. Несмотря на героизм и отвагу, народное опол?чение даков не смогло выстоять в противоборстве с профессиональной римской армией, вооруженной по последнему слову техники.
В результате двух ожесточенных, кровавых войн Траян сумел разгромить самого опасного своего про?тивника на северо-восточных рубежах империи. С дакийской угрозой, о которой, начиная еще с I в. до н. э., часто со страхом упоминали в своих стихах римские поэты, было покончено. Вновь, как это происходило не раз в прошлом, железные легионы Рима доказали, что безнаказанно оскорблять честь ?повелителей ми?ра? нельзя. Но, в отличие от прежних сравнительно быстротечных блистательных кампаний против от?дельных варварских племен, победа досталась им те?перь ценой крайнего напряжения сил. Она потребовала привлечения более половины всего военного потен?циала империи.
В 107 г. н. э. Марк Ульпий Траян объявил о созда?нии на Нижнем Дунае новой провинции. Первым наместником Дакии стал Д. Теренций Скавриан. Перед ним сразу встало множество труднейших задач. Рим?ское вторжение принесло дакийскому народу много бедствий и горя. Страна была опустошена. Тысячи даков покинули оккупированную территорию. Большая часть мирного местного населения погибла во время военных действий. Особенно много погибло мужчин. В рабство попало около полумиллиона даков. Города и крепости лежали в руинах, богатства страны были расхищены, скот перерезан, поля сожжены. Требова?лись экстренные меры, чтобы восстановить замершую жизнь в некогда цветущем краю.Однако завоевание Дакии, по единодушному мне?нию специалистов, имело для Римской империи важ?ное значение. В первую очередь ? стратегическое. Даже Т. Моммзен, несколько скептически относя?щийся к завоеваниям Траяна, признает, что с образо?ванием новой провинции ?укрепленные позиции на Дунае были значительно усилены? (13). Дакия почти на два столетия превратилась в закованный горами передовой северо-восточный редут римской обороны, о который разбивались волны варварских вторжений.Несомненно, что захват территории, богатой по?лезными ископаемыми, и прежде всего золотом, раз?решил на время многие экономические, социальные проблемы империи. Дакийская добыча была огромна. Траяну досталось около пяти миллионов римских фун?тов золота (более 1 500 тонн) и в два раза больше се?ребра. Это позволило, выпустив несколько серий монет с изображением покоренной Дакии, урегулировать финансовый кризис, пожертвовать в храм Юпитера Капитолийского 50 миллионов сестерциев, дважды, в 102 и 107 гг., произвести щедрые раздачи награблен?ной добычи римскому народу. За счет дакийских бо?гатств император смог полностью расплатиться с ар?мией, сформировать новые воинские части для похода в Парфию. На эти же средства Траян организовал пышные торжества и роскошные зрелища по поводу одержанной победы. Они продолжались 123 дня. В Колизее было затравлено 11 тысяч диких зверей. На арене сражалась 4 941 пара гладиаторов. Наконец, не?малые суммы ушли на возведение двух по-своему ве?личественных монументов. Один из них находился в далекой Мезии, а другой ? в центре нового форума в столице империи. Несмотря на свою внешнюю непо?хожесть, и варварский ?Трофей?, и знаменитая Траянова колонна были подчинены одной цели ? увекове?чить знаменательную победу римского оружия на Нижнем Дунае.

Мультипостинг. Посты склеил.

Community Imperial: "О Дакии тёмной..." - Сообщество Империал