t1aro
alZarif
Dr.Schmeisser
KhanBagatur
gurvinek2005
Crusader556
Haktar
Mady
Valyrian_Legionnaire
DinarMayor
Corrector
kosak4
Farin Frostgeir
Но давайте вернёмся к основной теме этой ветки - к УКРЕПРАЙОНАМ.
Нашёл хорошую статью В.Каминского о причинах, побудивших советское руководство к постройке данных укреплений и о взглядах на предполагаемый характер боевых действий, бытовавших в ту пору.
Статья называется "ДОЛГОВРЕМЕННЫЙ СУХОПУТНЫЙ ФРОНТ СССР (1927-1939)"
Привожу её фрагмент.
"...
Программа Тухачевского
Владимир Каминский
Военно-инженерный журнал "Редут" №1'2006 стр.16-30 Долгие годы история строительства и службы укрепленных районов в приграничных округах СССР не то чтобы замалчивалась в «открытой» советской печати /1/, но все же ей уделялось несравнимо меньше внимания, чем другим родам войск. /2/ В постсоветское время в печати, а особенно в интернете, был опубликован ряд работ, выполненных, в основном, по материалам полевых исследований и сравнительно мало опирающихся на архивы. /3/ В этой статье история строительства, оперативные и инженерные вопросы по укрепрайонам излагаются, главным образом, по материалам фондов Российского Государственного военного архива, а общий военный и политический контекст - в основном, по работам О.Н. Кена, С.Т. Минакова, Л.Самюэльсона, Н.С. Симонова и другим.
Зачем нужны укрепрайоны?
В 1924-1925 гг. в Советском Союзе была проведена военная реформа, в результате которой Рабоче-Крестьянская Красная Армия (РККА) была сокращена примерно до 600 тыс. человек. Такая численность заведомо не гарантировала обороноспособность страны. Но содержать более крупную армию страна, разоренная первой мировой и гражданской войнами и потерявшая часть своих развитых западных районов, в этот период была просто не в состоянии. Только к 1926-1928 гг. было восстановлено производство в основных отраслях промышленности на уровне 1913 г. Этот уровень уже был недостаточным для ведения современной войны. Подготовка к новой войне началась уже в 1923-1924 гг. Дополнительный импульс эта подготовка получила в 1927 г. в результате очередного резкого обострения международного положения СССР. Так называемая, «военная тревога» достигла своей наивысшей напряженности к сентябрю, когда в Советском руководстве посчитали (либо, по меньшей мере, сочли нужным «озвучить»), что «сложилась угрожающая ситуация, когда Британия хотела бы блокировать СССР на море и побудить Польшу к нападению на суше, к которому присоединилась бы Румыния на юге и Финляндия на севере»./4/ Война в 1927 г. все же не началась, но «военная тревога» подтолкнула Советское руководство ускорить индустриализацию страны, вопрос о которой был поставлен еще в 1925 г./5/, как базу роста обороноспособности, а в Красной Армии - заняться в первую очередь улучшением ее мобилизационной готовности.Мобилизационную работу направлял и координировал Совет Труда и Обороны (СТО). Его основными рабочими аппаратами, согласно постановлению от 25 июня 1927 г. являлись Реввоенсовет СССР (РВС) и Сектор обороны Госплана. При этом на РВС среди прочих задач «было возложено решение вопросов разработки плана ведения войны»./6/ В июне 1927 г. начальник Штаба РККА Михаил Николаевич Тухачевский представил СТО план развития армии, в котором среди прочего предлагалось создание укрепленных районов (укрепрайонов, УР) в приграничных округах. Эта форма заблаговременного укрепления театра военных действий была признана основной на совещании начальников инженеров округов и представителей центральных управлений./7/ Совокупность «новых» укрепленных районов в документах того времени часто называлась «долговременным сухопутным фронтом» или просто «сухопутным фронтом». Чем же была вызвана, по мнению Тухачевского,/8/ необходимость в укрепленных районах? Предполагалось, что войну на Западе придется вести с коалицией соседних буржуазных государств от Финляндии до Румынии, за спиной которых могла стоять денежная и техническая поддержка Англии и Франции./9/ Чтобы получить преимущество над противником, имеющим общий численный перевес, требовалось сосредоточить главные силы на одном из стратегических участков, добиться здесь превосходства над противником, и, сковывая его ограниченными силами на остальных участках, разгромить на главном направлении. После чего, разбив и выведя из войны слабейших членов коалиции (Финляндию и прибалтийские государства), всеми силами обрушиться на сильнейших (Польшу и Румынию), применяя тот же принцип концентрации сил. Замысел был красив, но и от противника не приходилось ожидать, что он будет «сидеть, сложа руки». Прорыв же на важных направлениях мог привести к тому, что Красная Армия была бы вынуждена вступать в бой по частям (как, кстати, это и случилось в начале Великой Отечественной). А такой поворот событий привел бы к затяжной войне на истощение, к которой СССР в то время совершенно не был готов. Между тем, чтобы отмобилизовать войска, а затем сосредоточить их согласно тому или иному плану войны, требовалось значительное время./10/ Это объяснялось в немалой степени слаборазвитым транспортом как в глубине страны, так и в приграничных районах. Ведь наиболее развитая часть стратегической сети железных дорог, построенных еще в царское время, после распада империи и неудачной Советско-Польской войны осталась в Прибалтике, Западной Белоруссии и Западной Украине и работала бы в случае войны на врага. Хотя дореволюционная железнодорожная сеть в западных районах СССР была, в основном, восстановлена к середине 20-х гг., а к концу 20-х гг. было завершено строительство нескольких дополнительных ведущих к границе веток (например, в Белорусском военном округе это были ветки Орша-Лепель и Осиповичи-Слуцк), быстро сосредоточить у границы сильные группировки войск было невозможно. Даже в 1939 г., через 12 лет ускоренного развития СССР, советская сторона на переговорах с военными миссиями Англии и Франции заявляла, что на сосредоточение армии требовалось от 8 до 20 дней./11/ По оценке же Разведуправления Штаба РККА финская армия могла сосредоточить главные силы на Карельском перешейке с 7-го по 10-й день мобилизации, латвийская армия на Двинском направлении — со 2-го по 6-й день, а польская армия могла сконцентрировать главные силы южнее Полесья (обширной болотистой низменности, занимающей, в основном, бассейн реки Припять) для удара в направлении Киева на 15-й день мобилизации./12/ Решение этой проблемы Штаб РККА видел в том, чтобы удержать в своих руках до окончания оперативного развертывания целый ряд важных районов. Для этого требовалось заблаговременно подготовить их оборону. А значит было необходимо: во-первых, содержать там в мирное время те войсковые части, которые должны были принять на себя оборону этих районов; во-вторых, требовалось заранее укрепить эту оборону военно-инженерными средствами,/13/ т. е. разного рода оборонительными сооружениями и заграждениями, а также заранее подготовить дороги, связь, склады и прочее, что в целом в наше время называют «инфраструктурой». Необходимость именно заблаговременного производства указанных инженерных работ объяснялась тем, что, как показали расчеты, проведенные на примере Полоцкого района, «потребность в рабочей силе и транспорте в короткий срок мобилизационного периода выражается в столь больших цифрах, что удовлетворить ее из имеющихся на месте ресурсов не будет никакой возможности». Кроме того, необходимые затраты времени на организацию работ (доставка рабочих, обеспечение жильем и питанием) не дали бы возможности развернуть и выполнить работы одновременно в короткий срок./14/
Что же касается оборонительных сооружений, то их следовало возводить ш материалов, которые обеспечивали бы как хорошую защиту от пуль и снарядов, так и стойкость к различным неблагоприятным природным воздействиям на протяжении длительного времени, а также сохранность установленного в них вооружения и оборудования. Поэтому такие сооружения назывались долговременными. Дело в том, что дерево-земляные постройки без постоянного проветривания и просушки в течение двух-трех лет в условиях климата большей части территории СССР приходили в негодность. А чтобы обеспечить защиту от снарядов тяжелой артиллерии, их стенам и боевому покрытию пришлось бы придавать такую толщину, при которой они становились бы легкой целью для артиллеристов противника, т. е. их было бы легко обнаружить и легко попасть в них. Наилучшими материалами для долговременных сооружений еще до первой мировой войны были признаны железобетон и броня. Однако, чтобы железобетону набрать основную прочность, требовалось около месяца, а на приобретение полной прочности требовалось около года. В то время уже существовал и быстротвердеющий бетон, но эта технология еще разрабатывалась, и производство необходимого количества специального цемента в СССР еще не было налажено.
..."
Схема первых 4-х УРов - общая, где:
1- Карельский УР, 2 - Полоцкий УР, 3 - Мозырьский УР и 4 - Киевский УР.
To view the link Register
Подробнее:
КаУР
To view the link Register
и КиУР
To view the link Register
Нашёл хорошую статью В.Каминского о причинах, побудивших советское руководство к постройке данных укреплений и о взглядах на предполагаемый характер боевых действий, бытовавших в ту пору.
Статья называется "ДОЛГОВРЕМЕННЫЙ СУХОПУТНЫЙ ФРОНТ СССР (1927-1939)"
Привожу её фрагмент.
"...
Программа Тухачевского
Владимир Каминский
Военно-инженерный журнал "Редут" №1'2006 стр.16-30 Долгие годы история строительства и службы укрепленных районов в приграничных округах СССР не то чтобы замалчивалась в «открытой» советской печати /1/, но все же ей уделялось несравнимо меньше внимания, чем другим родам войск. /2/ В постсоветское время в печати, а особенно в интернете, был опубликован ряд работ, выполненных, в основном, по материалам полевых исследований и сравнительно мало опирающихся на архивы. /3/ В этой статье история строительства, оперативные и инженерные вопросы по укрепрайонам излагаются, главным образом, по материалам фондов Российского Государственного военного архива, а общий военный и политический контекст - в основном, по работам О.Н. Кена, С.Т. Минакова, Л.Самюэльсона, Н.С. Симонова и другим.
Зачем нужны укрепрайоны?
В 1924-1925 гг. в Советском Союзе была проведена военная реформа, в результате которой Рабоче-Крестьянская Красная Армия (РККА) была сокращена примерно до 600 тыс. человек. Такая численность заведомо не гарантировала обороноспособность страны. Но содержать более крупную армию страна, разоренная первой мировой и гражданской войнами и потерявшая часть своих развитых западных районов, в этот период была просто не в состоянии. Только к 1926-1928 гг. было восстановлено производство в основных отраслях промышленности на уровне 1913 г. Этот уровень уже был недостаточным для ведения современной войны. Подготовка к новой войне началась уже в 1923-1924 гг. Дополнительный импульс эта подготовка получила в 1927 г. в результате очередного резкого обострения международного положения СССР. Так называемая, «военная тревога» достигла своей наивысшей напряженности к сентябрю, когда в Советском руководстве посчитали (либо, по меньшей мере, сочли нужным «озвучить»), что «сложилась угрожающая ситуация, когда Британия хотела бы блокировать СССР на море и побудить Польшу к нападению на суше, к которому присоединилась бы Румыния на юге и Финляндия на севере»./4/ Война в 1927 г. все же не началась, но «военная тревога» подтолкнула Советское руководство ускорить индустриализацию страны, вопрос о которой был поставлен еще в 1925 г./5/, как базу роста обороноспособности, а в Красной Армии - заняться в первую очередь улучшением ее мобилизационной готовности.Мобилизационную работу направлял и координировал Совет Труда и Обороны (СТО). Его основными рабочими аппаратами, согласно постановлению от 25 июня 1927 г. являлись Реввоенсовет СССР (РВС) и Сектор обороны Госплана. При этом на РВС среди прочих задач «было возложено решение вопросов разработки плана ведения войны»./6/ В июне 1927 г. начальник Штаба РККА Михаил Николаевич Тухачевский представил СТО план развития армии, в котором среди прочего предлагалось создание укрепленных районов (укрепрайонов, УР) в приграничных округах. Эта форма заблаговременного укрепления театра военных действий была признана основной на совещании начальников инженеров округов и представителей центральных управлений./7/ Совокупность «новых» укрепленных районов в документах того времени часто называлась «долговременным сухопутным фронтом» или просто «сухопутным фронтом». Чем же была вызвана, по мнению Тухачевского,/8/ необходимость в укрепленных районах? Предполагалось, что войну на Западе придется вести с коалицией соседних буржуазных государств от Финляндии до Румынии, за спиной которых могла стоять денежная и техническая поддержка Англии и Франции./9/ Чтобы получить преимущество над противником, имеющим общий численный перевес, требовалось сосредоточить главные силы на одном из стратегических участков, добиться здесь превосходства над противником, и, сковывая его ограниченными силами на остальных участках, разгромить на главном направлении. После чего, разбив и выведя из войны слабейших членов коалиции (Финляндию и прибалтийские государства), всеми силами обрушиться на сильнейших (Польшу и Румынию), применяя тот же принцип концентрации сил. Замысел был красив, но и от противника не приходилось ожидать, что он будет «сидеть, сложа руки». Прорыв же на важных направлениях мог привести к тому, что Красная Армия была бы вынуждена вступать в бой по частям (как, кстати, это и случилось в начале Великой Отечественной). А такой поворот событий привел бы к затяжной войне на истощение, к которой СССР в то время совершенно не был готов. Между тем, чтобы отмобилизовать войска, а затем сосредоточить их согласно тому или иному плану войны, требовалось значительное время./10/ Это объяснялось в немалой степени слаборазвитым транспортом как в глубине страны, так и в приграничных районах. Ведь наиболее развитая часть стратегической сети железных дорог, построенных еще в царское время, после распада империи и неудачной Советско-Польской войны осталась в Прибалтике, Западной Белоруссии и Западной Украине и работала бы в случае войны на врага. Хотя дореволюционная железнодорожная сеть в западных районах СССР была, в основном, восстановлена к середине 20-х гг., а к концу 20-х гг. было завершено строительство нескольких дополнительных ведущих к границе веток (например, в Белорусском военном округе это были ветки Орша-Лепель и Осиповичи-Слуцк), быстро сосредоточить у границы сильные группировки войск было невозможно. Даже в 1939 г., через 12 лет ускоренного развития СССР, советская сторона на переговорах с военными миссиями Англии и Франции заявляла, что на сосредоточение армии требовалось от 8 до 20 дней./11/ По оценке же Разведуправления Штаба РККА финская армия могла сосредоточить главные силы на Карельском перешейке с 7-го по 10-й день мобилизации, латвийская армия на Двинском направлении — со 2-го по 6-й день, а польская армия могла сконцентрировать главные силы южнее Полесья (обширной болотистой низменности, занимающей, в основном, бассейн реки Припять) для удара в направлении Киева на 15-й день мобилизации./12/ Решение этой проблемы Штаб РККА видел в том, чтобы удержать в своих руках до окончания оперативного развертывания целый ряд важных районов. Для этого требовалось заблаговременно подготовить их оборону. А значит было необходимо: во-первых, содержать там в мирное время те войсковые части, которые должны были принять на себя оборону этих районов; во-вторых, требовалось заранее укрепить эту оборону военно-инженерными средствами,/13/ т. е. разного рода оборонительными сооружениями и заграждениями, а также заранее подготовить дороги, связь, склады и прочее, что в целом в наше время называют «инфраструктурой». Необходимость именно заблаговременного производства указанных инженерных работ объяснялась тем, что, как показали расчеты, проведенные на примере Полоцкого района, «потребность в рабочей силе и транспорте в короткий срок мобилизационного периода выражается в столь больших цифрах, что удовлетворить ее из имеющихся на месте ресурсов не будет никакой возможности». Кроме того, необходимые затраты времени на организацию работ (доставка рабочих, обеспечение жильем и питанием) не дали бы возможности развернуть и выполнить работы одновременно в короткий срок./14/
Что же касается оборонительных сооружений, то их следовало возводить ш материалов, которые обеспечивали бы как хорошую защиту от пуль и снарядов, так и стойкость к различным неблагоприятным природным воздействиям на протяжении длительного времени, а также сохранность установленного в них вооружения и оборудования. Поэтому такие сооружения назывались долговременными. Дело в том, что дерево-земляные постройки без постоянного проветривания и просушки в течение двух-трех лет в условиях климата большей части территории СССР приходили в негодность. А чтобы обеспечить защиту от снарядов тяжелой артиллерии, их стенам и боевому покрытию пришлось бы придавать такую толщину, при которой они становились бы легкой целью для артиллеристов противника, т. е. их было бы легко обнаружить и легко попасть в них. Наилучшими материалами для долговременных сооружений еще до первой мировой войны были признаны железобетон и броня. Однако, чтобы железобетону набрать основную прочность, требовалось около месяца, а на приобретение полной прочности требовалось около года. В то время уже существовал и быстротвердеющий бетон, но эта технология еще разрабатывалась, и производство необходимого количества специального цемента в СССР еще не было налажено.
..."
Схема первых 4-х УРов - общая, где:
1- Карельский УР, 2 - Полоцкий УР, 3 - Мозырьский УР и 4 - Киевский УР.
To view the link Register
Подробнее:
КаУР
To view the link Register
и КиУР
To view the link Register
