Зодчество Александрии нам мало известно, но можно предполагать, что в нем широко применялось соединение элементов греческого и туземно-египетского. Так, по дошедшим до нас описаниям парадного корабля Птолемея IV (221—205), архитектурно оформленные части последнего были выполнены частично в греческом и частично в египетском стилях.
Египетские элементы имели место и в парадной палатке Птолемея II (283—247), представлявшей собой легкий павильон грандиозных размеров, состоявший из навеса, поддерживаемого колоннами в виде пальм и фирсов, с трех сторон обрамленного двухъярусной колоннадой. Это сооружение имело очень стройные, высокие, широко расставленные деревянные колонны, дававшие возможность довести до крайности то стремление к изысканию легких пропорций, которое намечалось еще в эпоху классики. Такого рода сооружения послужили образцами для помпейских росписей эпохи империи.
Объединение в зодчестве эллинских элементов с туземными, помимо Египта, может быть нами отмечено и в Передней Азии. Так, в находящемся в Арак-иль-Эмире (недалеко от Мертвого моря), сооруженном около 180 г. дворце Антиоха Эпифана наружное оформление портика представляет собой любопытные сочетания самых разнородных элементов. Двухъярусная колоннада, состоящая из двух гладкоствольных коринфских колонн, в каждом этаже обрамлена с боков антами, причем над большими колоннами нижнего яруса тянется дорийский триглифный антаблемент.
Этот выдержанный в духе античной архитектуры вход резко контрастирует с гладью прилегающих к нему стен, в верхних частях украшенных рельефными изображениями львов, которые представлены в геральдической схеме идущими навстречу друг другу. При этом следует отметить нарушающую архитектоничность целого, неудачную вкомпоновку крайних фигур львов, крупы которых находят на большие, замыкающие всю композицию коринфские пилястры.
Приведенные примеры ясно свидетельствуют о новом явлении в эпоху эллинизма, не наблюдавшемся в классический период: сочетании в архитектуре эллинских и варварских (иноземных) элементов. Это явление распространяется и на другие виды искусства; так, в скульптуре мы находим ряд памятников, несущих одновременно черты двух стилей — эллинского и восточного (переднеазиатского или египетского). Примерами могут служить колоссальный рельеф Нем-руд-Дага с изображением Антиоха I и бога солнца или египтизирующая голова царицы из дома Птолемеев. Параллель этому явлению в философии мы находим в учении стоиков, выдвинувших космополитизм в противовес национализму политики Аристотеля.
Еще более скудными, чем об Александрии, сведениями располагаем мы о столице Сирии — Антиохии на Оронте, основанной Селевком I Никатором после победы при Ипсе (301 г. до н. э.). Под городом находился грандиозный увеселительный царский парк в Дафне. Такие парки, украшавшиеся павильонами и соединявшиеся с виллами в одно целое, в высшей степени характерны для эпохи эллинизма. Ни один из таких ансамблей до нас не дошел; получить о них некоторое представление мы можем лишь по изображению на помпейских фресках.
Значительно обильнее наши сведения о небольшом малоазиатском городе Приене, который начал заново отстраиваться во второй половине IV в.
Город состоял из акрополя, расположенного на высоком скалистом холме и тоже укрепленного стенами нижнего города.
Нижний город был распланирован по принципу Гипподома: широкие, прямые, пересекающиеся под прямыми углами улицы были расположены правильной сетью.
Шедшая с востока на запад главная улица в центре пересекала рыночную площадь, вокруг которой была расположена значительная часть общественных построек: святилище Асклепия и Афины, священная стоя, булевтерий, пританей, гимнасий и, наконец, несколько выше, на склоне холма акрополя,—театр.
Рыночная площадь, представлявшая собой продолговатый прямоугольник, с трех сторон была обнесена колоннадой и рядом лавок, с четвертой стороны замыкалась расположенной по другую сторону главной улицы священной стоей.
Стоя была сооружена около 150 г. на месте более ранней постройки и представляла собой длинную узкую галерею, разделенную на два нефа двумя рядами колонн и задней глухой стеной. Своей открытой, т. е. обрамленной колоннами стороной стоя была обращена в сторону рынка.
К стое примыкал сооруженный, по-видимому, еще в III в. экклесиастерий — здание для собраний общины. Оно было почти квадратным в плане; внутри его находились с одной стороны места для магистратов, с трех других — места для граждан, уступами поднимавшиеся вверх, наподобие того, как это было в театре, с той, однако, разницей, что каждый из рядов образовывал не полукольцо, а шел параллельно трем стенам. Потолок опирался на четырнадцать столбов, проходивших в верхнем ряду сидений. Экклесиастерий вмещал до 500 человек.
К несколько более раннему времени относится храм Афины Полиады в Приене, датой которому служит сохранившаяся надпись Александра Македонского 334 г. Он был сооружен строителем Мавсолея, архитектором Пифеем, и знаменовал собой попытку возвращения к более простым формам в архитектуре.
Сооруженный из мрамора ионийский периптер имел по шести колонн с фасадных и по одиннадцати — с длинных сторон. Размеры его были невелики: длина около 22 м, ширина 12 м. Внутреннее помещение храма состояло из пронаоса, целлы и описфодома. Антаблемент был облегченного типа, между архитравом и карнизом фриз отсутствовал, во фронтонах скульптур не было, но зато весьма богатыми рельефными орнаментами были украшены другие части здания (карнизы, желоба, кассеты потолка и пр.).
Из других общественных сооружений в Приене упомянем новый гимнасий, сооруженный после 200 г. Главной частью этой постройки был большой, почти квадратный (34x35 м) перистильный, т. е. окруженный со всех сторон колоннадой, открытый двор, предназначенный для гимнастических упражнении. К этому двору примыкал ряд подсобных помещений (комнаты для занятий, умывальная и т. д.).
В Приене сохранилось значительное количество частных домов, дающих наглядное представление о жилищах эллинистического времени.
Для этих домов характерным является следующее: глухая стена отделяет жилище от соседних владений и улицы; окон наружу нет, и через единственную дверь ведет проход с улицы в центральную часть жилища — открытый мощеный дворик. Вокруг двора группируются все помещения: прежде всего главная комната, которая отделяется от двора колоннадой портика (простада). Через двор проникает свет во все помещения дома.
В Приене, начиная с первой половины II в., мы находим довольно широкое применение арок. Так, арками перекрыты ворота в оборонительной стене города. Свод, как конструктивный прием, был известен в Греции еще в классическую эпоху, но не имел широкого применения и ни в какой степени не определял художественных форм зодчества того времени. Лишь в эллинистическую эпоху, в связи с новыми задачами, вставшими перед зодчеством, свод начинает приобретать стилевое значение.
В эллинистическую эпоху снова расцвел заглохший под персидским владычеством Милет. В конце IV в. заново начинает отстраиваться храм Аполлона Филесия в Дидимах, некогда разрушенный персами. Пэоний из Эфеса и Дафнис из Милета были строителями нового храма. Постройка Дидимейона сильно затянулась, и еще в середине II в. храм не был закончен. Новый храм был грандиозных размеров — 109 м в длину и 51 м в ширину; вышина колонны равнялась почти 20 м. Он стоял на постаменте в виде большой семиступенной лестницы.
Храм представлял собой ионийский диптер, по фасадным сторонам которого было по десяти, а по длинным — по двадцати одной колонне. Большое внутреннее помещение храма отстояло от обрамлявших его колоннад на один интерколюмний и имело глухую стену с задней стороны. В передней части храма за колоннадой находился обрамленный антами глубокий пронаос, потолок которого поддерживали двенадцать расположенных в три ряда колонн. За пронаосом был небольшой аванзал с двумя колоннами, по обеим сторонам которого находились ведшие наверх лестницы. Пол аванзала был на 1,5 м выше пола пронаоса. Три двери из аванзала вели в гипефральную целлу, 58 м длиной, куда нужно было опуститься по большой лестнице, так как пол ее был ниже на 4,5 м. Стены целлы с задней и боковых сторон были расчленены столбами. Целла, как мы уже упоминали, не имела крыши, в ней находились священный лавр и источник.
Наружное убранство храма отличалось исключительным богатством. Базы колонн были украшены роскошным орнаментом. На капителях колонн, помимо обычных орнаментов, были вкомпонованы в волюты головы Зевса и Аполлона, а также букрании. Фриз был обильно украшен рельефными масками медус и орнаментами.
Помимо Дидимейона в Милете возникает в эллинистическую эпоху ряд общественных зданий. В некоторых из них мы находим весьма характерные для зодчества рассматриваемого периода открытые дворы, обнесенные галереями колоннад. Таков был обширный (50x60 м) двор при святилище Аполлона Дельфиния, служившем вместе с тем городским архивом.
Но особенно большим размером отличался южный рынок, представлявший собой прямоугольную площадь 200 х 164 м, со всех сторон обрамленную двухэтажной колоннадой дорийского ордера. Эти колоннады были двухнефными, снаружи обнесенными глухой стеной; в них заключалось большое количество лавок и мастерских. Помимо этого рынка в Милете находилось еще несколько колоннад, также служивших рынками.
Из других построек Милета отметим булевтерий, сооруженный между 175 и 164 гг. Это здание, построенное на средства царя Сирии, Антиоха IV, состояло из портика, украшенного снаружи четырьмя колоннами коринфского ордера, большого двора, с трех сторон обрамленного дорийской колоннадой, и, наконец, украшенной снаружи полуколоннами продолговатой постройки, заключавшей в себе зал заседаний городского совета. Зал, вмещавший более 1 500 человек, отличался от приенского экклесиастерия тем, что места в нем шли не по трем сторонам, а располагались полукругом, подобно тому, как это было в греческом театре.
Наконец, следует упомянуть начатый постройкой в эллинистическую эпоху, но законченный уже в римское время, театр в Милете, представлявший собой самый большой из театров в Малой Азии. Он был сооружен из мрамора. Вместимость театра достигала 25 000 зрителей.
Столица небольшого, но довольно богатого, могущественного и культурного эллинистического государства, Пергам, дает нам представление о распланировке эллинистического акрополя.
Этот город, сильно разросшийся в эпоху эллинизма, первоначально сосредоточивался на довольно высоком холме. Уже с середины III в. город начал увеличиваться, примерно через столетие он уже раскинулся по склонам холма, очистив вершину его для общественных зданий акрополя и дворца царя.
Распланировка пергамского акрополя строится на иных принципах, чем распланировка афинского Акрополя второй половины V в. Здесь нет той свободной расстановки зданий, которую мы наблюдали в эпоху классики, но вместе с тем он не строится по системе пересекающихся под прямым углом линий, как улицы Приены. Здания пергамского акрополя располагаются веером, обступая котловину театра.
Стоявший над этой котловиной, построенный еще в IV в., храм Афины Полиады был обрамлен двухъярусной колоннадой. В нижнем ряду стояли дорийские колонны, поддерживавшие дорийский антаблемент. Высота колонн была 5 м. Расстановка их — очень свободная, на каждый интерколюмний приходилось по четыре метопы. В верхнем ярусе колонны были ионийские (3 м высотой). Поддерживаемый этими колоннами антаблемент был смешанных ордеров: с ионийским архитравом сочетался дорийский триглифный фриз, причем на интерколюмний приходилось по пять метоп. Нижняя часть ионийской колоннады была украшена невысокой балюстрадой, сплошь покрытой рельефами.
t1aro
alZarif
Dr.Schmeisser
KhanBagatur
gurvinek2005
Crusader556
Haktar
Mady
Valyrian_Legionnaire
DinarMayor
Corrector
kosak4
Farin Frostgeir
Мягко говоря, там всё было куда сложнее, чем Вам кажется. Есть даже два враждующих течения в историографии - "виталисты" и "деклинисты": первые считают, что в эллинистический период "
